Чтение онлайн

– Что это значит?

– Разное, – покрутил сигаретой в воздухе Алекс. – Глупости всякие военные.

– Пистолет покажешь? Или я сам его возьму?

– Какой ты нудный дурак, Сардж. Зачем он тебе?

– Ты, Алекс, такой же нудный дурак, – я отхлебнул из стакана, встал и, слегка покачиваясь, направился к шкафу.

– Стой! – окликнул Алекс. – Ты о нем откуда знаешь?

– Вязовски, кончай тупить. Я ВСЕ знаю. Так дашь или что? – я открыл шкаф.

– Отойди, – он уже стоял у меня за спиной. – Я тебе покажу пистолет.

Ни скрипа кресла, ни шороха шагов… Хотя, я был пьян и мог не услышать.

Я вернулся на свое место и, довольный, отхлебнул еще.

Раздался металлический щелчок, чуть сзади, и над ухом, я обернулся и увидел, как Алекс крутит в руке пустую обойму, выпавшую ему на ладонь.

– Что за…, он посмотрел на меня: – Твои проделки?

Я пьяно улыбнулся и подбородком показал ему на балкон – если посмотреть с него в клумбу, то даже в тусклом свете ночных огней наверняка можно было заметить металлический блеск патронов.

– Что за шутки, Сардж?

– Ну, я подумал, что у меня за телохранитель такой без оружия? Когда ты пошел в туалет, я нашел пистолет, и в голову мне пришла мысль провести тренировку! Как быстро ты сможешь сгонять за патронами и вернуться?

– Ты совсем опупел, сопляк? – Вязовски был на удивление спокоен.

– Ты такой спокойный, потому что у тебя есть еще один пистолет с патронами?

– Нет больше ничего.

– А если вдруг сейчас в номер ворвутся эти Красные партизаны?

– Бригады, – поправил меня Алекс.

– Точно, они самые! Так что делать будем, если вдруг…

– Мы умрем, – так же спокойно оборвал меня Вязовски. – Зачем ты это сделал, Сардж?

– Значит, больше оружия нет?

– Нет!

Я посмотрел на часы:

– Хорошо, будем считать, что ты говоришь правду. Да я и вижу это. Включи телевизор. Найди какойнибудь новостной канал. Самое время.

Из “Панасоника”, стоявшего в углу, сначала раздалось шипение, потом обычная итальянская скороговорка, разобрать которую могли только сами итальянцы, потом были песни, пара сериалов с тяжелой трагической музыкой, мелькнуло лицо всесоюзного любимца Каттани из La Piovra – Вязовски переключал каналы… Остановился Алекс только услышав безупречный английский ведущего CNN. Минут пять мы слушали самую значимую новость дня – итоги 30й церемонии “Грэмми”: комментаторы восторгались Полом Саймоном и U2, и только под занавес передачи мимоходом упомянули о взрыве отеля в Милане.

– Вот и все, – сказал я. – Пусть земля вам будет пухом.

Складывать два и два Алекса научили еще в детском саду:

– Ты убил Дэни и Уильяма?

– Да, – просто ответил я. – Вернее, я убил Бориса Киричева и Дениса Чернова. Подполковника и полковника соответственно.

В дверь осторожно постучали, и Алекс посмотрел на практически бесполезный пистолет в своей руке. Он спрятал его за спину и крикнул:

– Открыто, войдите, – при этом он переместился так, чтобы закрыть меня от входящего.

В комнату ввалились три небритых итальянца в светлых плащах, зыркнули по сторонам своими черными глазами, один прошел во вторую комнату, другой остановился напротив Вязовски:

– У вас есть оружие? Сдайте его мне!

– А вы кто? – Алекс не спешил выполнять распоряжения незнакомцев. Но и не видя очевидной угрозы, не торопился выходить из ситуации силовым методом.

– Служба безопасности народного банка Вероны, – вместо итальянца произнес знакомый голос за его спиной.

– Привет, Сардж, здравствуйте, Алекс, – на пороге стоял улыбающийся Захар. – Вот и я. Алекс, вы же не станете стрелять здесь направо и налево?

– У него нет патронов, – открыл я захватчикам военную тайну.

– Ну и славно, – Захар скинул плащ в шкаф, размещенный в стене у входа. – Тогда можно даже выпить за то, что хорошо кончается.

– Что за балаган? Сардж? Что происходит? – Алекс не понимал, что происходит.

– Можно я отвечу? – Захар поднял руку вверх, словно выучил урок и теперь желал сверкнуть знаниями.

Я кивнул и поднял с пола последний стакан с “Веселой вдовой”:

– Расскажи, ему можно знать.

– Тогда, пожалуй, я отпущу ребят. Луиджи, вы с Пьетро и Лукой можете занять соседний номер, снятый для сеньора Вязовски, – обратился он к одному из небритых спутников. – Только, закажите нам еще несколько “Веселых…”

– Нет! – я остановил его. – Только не вдов. Пусть это будет хоть “Кровавая Мэри”, но выносить запах елок я больше не могу!

– Луиджи, спросите у них бурбон. Старый, добрый бурбон! Бутылки нам хватит. И вы, Алекс, расслабьтесь, – Захар подмигнул, – Сарджу ничего не угрожает, а мои ребята обеспечат надежную охрану. Абы кого в безопасность нашего банка я бы брать не стал. Подождите, пожалуйста, десять минут, мне нужно привести себя в порядок, окей?

Алекс положил свой пистолет на стол и уселся на диван, тройка итальянцев ретировалась, а Захар заскочил в ванну “умыться с дороги”. Я в это время переключал каналы телевизора и пьяно улыбался симпатичным милашкам, что в изобилии водились на программах итальянского телевидения – от вездесущего RAI до местечкового “Tele Liguria”.

Наконец тот самый служка, что весь вечер таскал нам коктейли, принес заказанный бурбон, и удостоился похвалы от Майцева:

– Ты молодец, Джованни, просто молодец. “Винокурни Келлера – Коллинза” – это наш выбор! Ступай, больше мы тебя звать не станем.

Любовно потирая стеклянный бок, он пронес бутылку через весь номер, немножко налил в три стакана:

– За знакомство!

– Пока мне не объяснят, что здесь происходит, пить я не стану. – Вязовски демонстративно сложил руки на груди.

– На нет и суда нет, – согласился Захар, и чокнулся со мной.

– В общем, не буду ходить вокруг да около, друзья мои! Да простят меня революционеры из “Красных бригад”, на которых я свалил сразу несколько преступлений, но к моему похищению они не имеют никакого отношения. Я сам себя похитил!

– Это я уже понял, – Алекс был хмур. – Какого черта вы убили Дэни и Уильяма?

– Это не я! Это “Красные бригады”! – рассмеялся Захар. – Ничего вы не докажете!

– Или вы прекращаете морочить мне голову, или…

– Или что? – невинно осведомился Захар. – Ты нас поколотишь? Сдашь в полицию? Вернешь на родину? Что? Что будет, если “или”?

Майцев выждал секунд пять и закончил мысль:

– Ничего! Поэтому заткнись и слушай.

Он налил нам еще по стакану:

– Пей, Алекс, за коллег. Помянем. Хоть и были они не те, за кого стоило бы выпить, но все ж люди. Пей. А я тебе расскажу, как все было на самом деле. В тот день, когда Блэк пришел к Сарджу и сообщил о прибытии группы, Сардж позвонил мне в Вену. Вернее, я ему позвонил, но это неважно. А важно то, что со стороны тех людей, что вас к нам послали “на усиление” – так это называется? – так вот, с их стороны было настоящей наивностью полагать, что мы, не первый год ворочающие приличными деньгами, не имеем никаких способов защиты своих капиталов. Нет, старики, конечно молодцы, но, кажется, уже не понаслышке знакомы с маразмом. Мне за два года учебы в МВА барабанные перепонки истерли увещеваниями о необходимости такого подразделения! Здесь тебе и борьба с конкурентами, и выживание в правовом государственном поле, и защита рынков. Что ты!