Чтение онлайн

Бекки с торжествующим воплем вскакивает со стула. Она — ярая поклонница йоги. Какой-то прохожий фотографирует ее на мобильник; Бекки оборачивается, корчит гримасу и демонстрирует оттопыренный средний палец. Она умеет обращаться с зеваками.

А вот Имани явно нужна помощь.

— Тебе нравится? Где занимаешься? Да ты знаешь, как долго я мечтала приохотить тебя к йоге?

Честно говоря, до сих пор Имани побывала в студии лишь раз. Да, ей понравилось, но сама мысль о том, чтобы собраться с силами и повторить, удерживает ее от второго визита. Придется изменить распорядок дня, решить, в какую группу записаться, потом грузить в машину коврик, полотенце и прочие вещи… как утомительно. Ее очень тепло приняли, и она боится завязнуть в тех кругах, которые, возможно, окажутся ей неинтересны. Гораздо проще никуда не ходить.

— Меня пока что трудно назвать горячей поклонницей, — говорит она.

— Не важно. Тебе понравится. А какой стиль?

Ну вот! Откуда ей знать?

— Масала, — отвечает Имани, вспомнив единственное индийское слово, которое приходит на ум.

Судя по выражению лица Бекки, та пытается понять, шутит подруга или нет. Некогда ходили слухи, что Бекки курит травку; если сейчас она под кайфом, есть по крайней мере шанс, что этот разговор забудется.

Или же она раскусила Имани.

— Ну ладно… — Бекки машет рукой. — Стиль не важен, все они хороши. У меня никаких планов на сегодня. Давай устроим день йоги. Я покажу тебе много интересного. Как хорошо, что мы подкрепились!

Бекки ведет ее в спортивный магазин в Беверли-Хиллз — именно туда она ходит за покупками. Магазин набит покупателями, и в их числе не только женщины; там работают самые красивые сотрудники, каких только видела Имани. А самое удивительное, они очень вежливы. Нельзя ли распространить эту систему по всему городу?

— В чем ты занимаешься? — спрашивает Бекки.

Имани не собирается признаваться, что во время своего единственного визита в студию она была в топике и спортивных трусах, некогда купленных для Глена (он отказался их носить). Она слышала, что надо надеть что-нибудь просторное — трусы подошли как нельзя лучше!

— Как обычно, — уклончиво отвечает она.

Бекки поджимает губы.

— Я так понимаю, купить придется всё, — говорит она. — Давай начнем со штанов.

Она вытаскивает короткие спортивные брюки:

— Смотри, какие замечательные. Они облегают ноги, но не стесняют движения. Идеально подойдут, когда будешь делать… например, ардху чандрасану.

— Я понятия не имею, что это такое, — перебивает Имани. — Ты только посмотри, — вытаскивает она ярлычок. — И к ним непременно нужен «корректирующий» топ. Кошмар.

Имани замечает, что большинство покупательниц — женщины самых разных возрастов и размеров — держатся очень уверенно, когда примеряют одежду, даже если это узкие брюки и топы. Они ведут себя совсем не так, как обычные посетительницы спортивных магазинов. Похоже, им нравятся их тела…

Еще она замечает, что, помимо привычного хихиканья и пристальных взглядов при появлении Бекки (и Имани), в магазине витает дух товарищества. Все запросто заговаривают с ними: «Кажется, месяц назад я видела вас у Родни Уи?»; «Вы были в новой студии в Брентвуде?»; «Обязательно побывайте в Спортивном клубе, преподаватель там просто прелесть!»

Через час, потратив гораздо больше денег, чем хотелось бы, Имани выходит из магазина, нагруженная таким количеством вещей, что они занимают все заднее сиденье в машине. Брюки, топики, нижнее белье, которое не будет врезаться в тело. Может быть, она перегнула палку, но в конце концов придется сходить на занятия, хотя бы для того, чтобы показать обновки. Значит, деньги потрачены недаром.

Бекки приказывает следовать за ней, и они вместе едут по бульвару Санта-Моника. Бекки круто сворачивает направо (Имани чуть не промахивается мимо поворота), и они оказываются в тихом переулке. Имани ожидает, что подруга отведет ее в какую-нибудь экстравагантную студию йоги, но Бекки въезжает на парковку возле маленькой церкви.

— Я знаю, — говорит она, выходя из машины, — знаю, что это не слишком шикарно, но не спеши критиковать. Я здесь в списке учеников и получаю по почте объявления о новых мастер-классах. Сегодня обещают нечто невероятное. Преподаватель — прямой потомок какого-то знаменитого свами. По крайней мере таковы слухи.

Они заходят через боковую дверь в маленький зал, похожий на помещение, куда Имани в детстве ходила с матерью на дешевые распродажи. В комнате — человек двадцать, в основном худенькие женщины, которые кажутся смутно знакомыми. Модели, догадывается Имани. Есть и несколько женщин постарше — у них почти те же формы, что и у манекенщиц, но лица усталые и как будто потрепанные жизнью. Некоторые улыбаются, глядя на новоприбывших, но без особого пиетета.

Бекки помогает подруге расстелить коврик возле стены и садится, скрестив ноги и закрыв глаза. Имани отчего-то начинает нервничать. От здешних женщин исходит странное, но ощутимое напряжение. Зайдя в старенький туалет, она переоделась, но теперь, опустив глаза, понимает, что забыла срезать ярлычки. «Посмотрите на меня, я никогда раньше не занималась йогой». Для чего она притворялась целый день? В чем цель? Имани кажется, что ее выбросили из лодки посреди огромного озера и велели плыть к берегу. Она шепчет Бекки:

— Я слегка преувеличила насчет йоги… я была всего на одном занятии. И у меня не очень хорошо получалось. Наверное, мне лучше уйти.

Бекки берет подругу за руку:

— Ты никуда не пойдешь. Просто начни дышать. И все будет в порядке.

Когда Ли заходит в комнату отдыха, Тина складывает в картонную коробку спортивные майки и шорты. Они куплены в маленькой местной фирме, которая производит простую и довольно красивую спортивную одежду. Сотрудники фирмы несколько месяцев бегали за Ли, убеждая принять их продукцию, и теперь она с досадой убеждается, что все придется вернуть.

— Никто не заинтересовался? — спрашивает Ли.

— Нет.

Ли достает из коробки топик. Прекрасный светло-синий цвет. Топик достаточно длинный, чтобы не выставлять напоказ живот во время переворотов.

— Жаль, — говорит она. — Вещи очень милые.

— Фирма сама виновата, — замечает Тина. — Я сказала, что это безнадежно, а они все-таки прислали одежду. И теперь именно мне приходится отправлять ее обратно.

— И почему же они сами виноваты?

— Потому что прислали средние размеры. Кто тут будет их покупать?

Ли задумывается. Она гордится тем, что ее занятия привлекают мужчин и женщин разной комплекции.

— Не сомневаюсь, что вещи многим подойдут.

— Я не шучу. Женщины, которые занимаются йогой, ни за что не купят вещь «среднего» размера. Это же равносильно оскорблению. Слово «маленький» и то выглядит сомнительно. Пусть начинают с XXXS. Или даже с 4XS.

Ли думает: «Было время, когда это имело для меня смысл. Но к счастью, оно миновало».

Она заходит в кабинет и пытается сосредоточиться. Ее ожидает насыщенный день. Через двадцать минут — занятие, а потом она поедет домой, чтобы встретиться с Аланом и людьми из «Мира йоги» для предварительного обсуждения.