Чтение онлайн

— Ну, это я еще раз могла сделать и по телефону, — и вот сейчас улыбнулась. Без какого-либо напряжения. Спокойно и тепло. — Хотя букет, повторюсь, шикарный и еще раз — спасибо.

— Меня тоже приучили благодарить людей, — заверил он, подстраиваясь по её небольшой шаг, негромко продолжая, — За проявленное внимание. За потраченное время, — задержав на ней секундный взгляд, вдруг спросил, — Надеюсь, с цветами хоть немного угадал?

Еще один момент. Оказалось, крайне важно узнать, что букет ей понравился! И что сейчас искренна, а не придерживается неписаного тона вежливости.

— В детстве мне розы казались королевскими цветами, — призналась Рита, вновь улыбнувшись.

А Константинов снова отметил отсутствие напряжения. По крайней мере — видимого, бросающегося в глаза, ощущаемого физически. Она согласилась принять его в качестве друга? Начала доверять чуть больше? Или просто видит желаемое? На сколько осторожно должен действовать и чего, в особенно, делать категорически не должен?

— В таком случае очень надеюсь, что хоть немного, но королевой вы себя почувствовали, — не удержался от замечания. Странно, но, действительно, хотелось хоть как-то порадовать едва знакомую женщину. Молодую, достаточно интересную женщину, которая по какой-то непонятной для него причине, загнала себя в жесткие рамки неприятия всего и вся.

— Контраст неожиданный.

И снова не поучилось вежливо закрыть тему. Этот человек одним своим существованием заставлял нарушать собственные правила и установки. Было интересно общаться с ним, хотя вроде и не говорили ни о чем серьезном. А ещё… Рядом с ним, едва знакомым человеком, накатывало такое спокойствие, что самой становилось страшно.

— Как и вы: то женственная, спокойная, а то — резкая, категоричная, колючая, — обрисовывая своё видение её характера, очень надеялся, что в лице собеседницы не наживет себе непримиримого врага. — Рита, вы обиделись? — задал вопрос в ответ на слишком затянувшееся с её стороны молчание.

Либо его слова просто осмысливались и это самое лучшее, что сейчас мог предположить. Либо, а это уже более худший вариант, его сейчас, без объяснения причин, отправят в черный список, при этом сама немедленно развернется и уйдет…

— На что? — совершенно спокойным тоном, наконец, прозвучал её вопрос. — Вы ничего обидного не сказали. И в чем-то даже правы.

А вот правоту за мужчиной оставляла впервые за… А черт его знает, за какой период времени. Сама уже не помнила, когда позволяла себе соглашаться, даже частично, с представителями сильной половины человечества, в каком-либо вопросе. Спорила почти всегда.

В этот момент они остановились у пруда парка. Того самого, где была проложена пешеходная дорожка из деревянных кругов. Было у нее несколько фотографий из этой части парка. В том числе и на кругах. Буквально на втором — третьем от берега. Дальше уходить опасалась. Однако нынешний кавалер, достаточно уверенно шагнув на круг, обернувшись, протянул ей руку, предложив:

— Идёмте? — пруд можно было обойти по дорожке парка, что, обычно, в прежние времена с успехом и делала. — Рита, я знаю, вы боитесь воды, — продолжал он спокойно, при этом и шага, не делая в её направлении. — Поверьте, мой вес больше вашего, но круги подо мной даже не шатаются. Конструкция надежная.

— Это говорит человек, который на съемках больше восьмидесяти процентов трюков на воде исполняет без дублёра, — проворчала Рита, с опаской ступив на круг.

Пройтись по ним давно хотелось, но, действительно, страх воды останавливал. Присутствие Константинова вселяло непонятную уверенность в полной собственной безопасности. Повторялась история с колесом обозрения. Только в данном случае до панических атак дело не доходило. Просто страх.

2

Самый запад России. Фраза милой спутницы приятно удивила. Не ждал с её стороны сколько-нибудь серьезного, да и вообще какого-либо интереса к своей профессии еще достаточно долго. Его дам обычно интересовало состояние его кошелька и, как следствие — возможностей исполнения определенных желаний.

— Вы стали интересоваться моей работой? — полюбопытствовал Константинов не без иронии, при этом удерживая за руку при переходе с берега на круг. — Что еще интересного узнали про меня? — продолжал он, стараясь не сильно увеличивать между ними расстояние во время передвижения по надводной дорожке.

— Вы отличный пловец, серьезно занимаетесь спортом, требовательны к своим партнершам по проектам, — продолжала она и, в какой-то момент, возможно, на что-то отвлечась, оступившись едва не оказалась в воде, хотя и находилась фактически на середине круга.

Константинов намеренно шел с самого края давая пространство для ощущения безопасности. Заметил с первых минут новой встречи, еще около недели назад, странную реакцию на свое присутствие рядом. Особенно, когда расстояние сокращалось до минимума. Причины той понять никак не получалось. Обычно к его обществу относились с интересом, а здесь — сплошная настороженность. И, главное, повода же не давал!

— Рита, — успел удержать её от падения в воду, одним резким рывком притянув к себе. Они буквально пол шага не дошли до середины дорожки, где несколько кругов объединялись в некое увеличенное пространство. — Да что ж такое, я вроде не кусаюсь и щупалец не имею, — продолжал он, выводя молодую женщину на безопасное пространство. Только какой-нибудь истерики той сейчас и не хватает. — Успокоились?

— Извините, нога подвернулась, — проворчала Рита, попытавшись увеличить между ними расстояние. Однако Константинов, по всей видимости предполагая нечто подобное, только крепче сжал её руку, удерживая около себя.

— Потерпите мое близкое нахождение до берега, — попросил он, сохраняя ровный тон. — Здесь не глубоко, но, если решите искупаться, намокнете основательно. А от меня новый гардероб вряд ли согласитесь принять. А с перепугу еще и воды нахлебаетесь. Дай Бог, чтобы искусственного дыхания не пришлось делать. Не хочется как-то вот вашим злейшим врагом становиться, — добавил он, перехватив её взгляд.

— Дело, правда, не в вас, — если бы могла хоть как-то объяснить суть своего странного полу падения, к которому не было никаких предпосылок.

— Дело не во мне, но напряжены до предела, — не удержался Константинов от едкого замечания. — Рита, мы в центре парка, вокруг масса людей, не смотря на вечер… — встретившись с ней всего на мгновение взглядом, резко изменившимся тоном закончил, — Извините, наверно, не следовало идти здесь…

— А вот теперь меня терпите, — возразила Рита решительно, при этом не стремясь слишком увеличить расстояние между ними, и даже попытавшись улыбнуться. — Говорят, что каждый человек в жизни другого появляется с какой-то определенной целью, — продолжала Коташова, делая решительный шаг в сторону круга, продолжающего дорожку к берегу. — Вот вы, по всей видимости, появились, чтобы некоторые мои мечты наконец осуществились, а фобии исчезли. А значит так легко от меня избавиться теперь не получится.

Она не видела улыбки Константинова, удерживающего её по-прежнему за руку, но, при этом, идущего чуть позади… А вот при переходе на твердую почву вновь оказался первым, поддержав за руки, помог перешагнуть с дорожки, на какое-то мгновение придержав около себя.

— Всё хорошо? — поинтересовался он негромко, гадая о причине, по которой его сегодняшняя спутница не торопится увеличить между ними расстояние, хотя оба давно уже находились на твердой почве, а деревянные круги на пруду «оккупировала» стайка подростков, устроивших фотосессию.