Чтение онлайн

— Только если он не пользовался артефактом, на который достаточно лишь в нужном месте пару раз нажать, чтобы побрякушка заработала — хмыкнул Олег, кивая в сторону горстки пепла и дырявых тряпок, которые раньше были довольно могущественной вампиршей. — Иначе бы вы уже подняли тревогу из-за наличия незарегестрированного кровососа, верно.

— Верно, — был вынужден нехотя признать главный жандарм Франции. — Тот, кто играет против нас, хорошо изучил как работают мои люди, пожалуй даже слишком хорошо…

— Ничаво-ничаво, башня хучь и большая но тут же исчо и время важно. Десяток подозреваемых, ну может сотня…Переберем всех потихонечку. — Покосился в сторону ажурного сооружения Святослав, — Кстати, а зачем вам ента махина вообще нужна-то?

— Первоначально она была не более чем временным сооружением, при помощи молниеносного возведения которого Эйфиль намеревался продемонстрировать всему миру свой инженерный талант, величие научной школы Франции и заслужить титул официально признанного архимага… — Вздохнул Бонопарт, рассматривая ажурную постройку, которая стала одним из самых узнаваемых символов. — Но потом, когда англичане устроили на него покушение и почти достигли успеха, он решил переделать её в устройство для контроля эфира, с которым можно было бы либо услышать все сообщения, которыми обмениваются между собой маги астрала в Британии, либо полностью их заглушить. И он бы довел свою работу до конца, выбив почву из-под ног у финансистов Лондона, привыкших благодаря стекающимся к ним сведениям всегда заключать самые выгодные сделки! Но, к сожалению, пал жертвой коварных убийц немного раньше…

— Дык, и вы не сумели предотвратить второе покушение, хотя и понимали, шо его не может не быть? — Поразился Святослав. — Бить британцев в кошелек… Енто ж у них самое больное место! Они ради своих стал быть, прибылей, сделаютъ даже то, чё никогда не осилить сугубо во имя своей королевы!

— Второе — предотвратили. И третье, а также четвертое, пятое, шестое…Эйфель пал на семнадцатом, буквально за пару часов до того, как начал финальные ритуалы настройки своего детища, которое с тех пор так никому до конца и не подчинилось. Техномагом он был действительно великим, а вот в быту часто проявлял излишнюю беспечность, из-за чего и пропустил отраву, приправленную растворяющим саму душу проклятием. — Тяжело вздохнул Луи, для которого потеря подобного человека, вероятно, была большим ударом по профессиональной гордости главного жандарма и личной трагедией, ведь высшие маги такой маленькой страны не могли не быть связаны друг с другом теснейшими узами. — Кстати, предлагаю не уподобляться ему и проводить дальнейшие следственные мероприятия не посреди улицы, а проследовать в специально предназначенное для этого место. Там банально удобнее, да и тут недалеко, а ваша гостиница напротив и мне точно станет спокойнее при твердой уверенности — там всё в порядке…

Главное логово жандармов Франции внутри оказалось на удивление аскетичным, напоминая самый обычный полицейский участок, пусть и очень большой, а также обладающий некоторой спецификой. Так снующие туда-сотрудники могли перетаскивать как кипы бумаг, так и тяжелое вооружение…Или капающую кровью корзину, полную свежеотрубленных голов. Впрочем, за последнюю какой-то помощник палача, решивший срезать путь из одного крыла в другое через главный корпус, был нещадно бит. Уборщицей. А потом ещё и начальник всей этой организации, сопровождавший высоких гостей к своему рабочему кабинету прямо по заляпанному полу, строгий выговор влепил, громко пообещав за повторение подобного косяка дополнительный сеанс работы с гильотиной, но только уже без того, чтобы свои ноги утруждать.

— Итак, пока эта наемно-телохранительская мразь допрашивается моими лучшими менталистами, предлагаю заняться самой очевидной обвиняемой. Так называемая Жанна Пламенная, танцовщица бурлеска, полудемон, точнее, наполовину суккуб. Выпускница Сиреневого питомника полукровок, имеющая особые таланты в танцах, пении, флирте, актерском мастерстве, медицине и магии иллюзий. Была устроена в ночное варьете Алый Бутон до тех пор, пока не отработает свой долг, но около двух месяцев назад воспользовавшись народными гуляниями, устроенными Деспотом в честь победы при Стамбуле, совершила побег… — Главный жандарм Франции принялся было изучать доставленное кем-то из архива досье на одну конкретную полусуккубу, но прервался и посмотрел на арестованную красотку как на какое-то мерзкое и вонючее насекомое, ибо та повела себя в присутствии сразу нескольких высших магов до крайности дерзко, вызывающе и самоубийственно. Посмела пару раз негромко хихикнуть, ещё и цепями вновь нацепленных негаторов звякнув. Только зачем на неё посреди крепости стражей и порядка да ещё и в присутствии такого количества высших магов нахлобучили еще и толстенные антимагические оковы, порвать которые вероятно и Доброслава бы затруднилась, Олег понять не мог…Вероятно, жандармы просто действовали по инструкции, нарушать которую в присутствии Хозяина Гильотин было чревато. — Я сказал что-то смешное?

— Да! Очень! — Улыбнулась ему девушка, по всей видимости находящаяся сейчас в состоянии тихой истерии. Истерика эта была бы куда более громкой, но предвидя нечто подобное, Олег слегка отрегулировал её гормональный фон, притушив эмоции. Только вот заставить Жанну вести себя совершенно спокойно не мог. Максимум — сознания лишить или заставить бредить наяву. В любом другом случае сознание полукровки работало бы пусть не на полной скорости, но по привычным схемам, а потому дочь суккубы четко, ясно, хладнокровно и совершенно логично приходило к единственно возможному выводу — ей звиздец. Полный и окончательный. Ну и реагировала соответственно. — Что я выпускница, а не продукт. Да только те, кто оказался недостаточно хорош для успешной сдачи экзамена даже могилы не получили, поскольку их либо разделали на органы и останки бросили свиньям, либо просто скормили кому-нибудь заживо. И что из борделя, куда меня продали, можно выкупиться, отработав долг.

— Ну, распорядок работы питомников не относится к моему ведомству, поскольку все они находятся в частных владениях и потому пользуются правилами самоуправления, покуда не доставляют проблем окружающим…Но за работу в варьете тебе должны были платить определенный процент от твоего заработка. Это — закон! — Наставил на пленницу указательный палец архимагистр. Кажется, Луи решил поиграть в добренького полицейского. — Скажешь, он нарушался? Я ведь проверю…И за нарушение накажу, ох как я накажу…

— О да, мне действительно платили. Формально. Целых три процента от заработка! — оскалился белые ровные зубки девушка, чья бесшабашная храбрость была во многом вызвана тем же самым маго-медикаментозным воздействием, из-за которого она не билась сейчас в истерике, завывая как раненное животное. — А после вычитали плату за шикарные объедки, роскошную трехъярусную койку, стирку простыней, починку порванного белья…И как бы не любила меня публика, но почему-то сумма долга только прибавлялась. Каждый раз! Месяц за месяцем, год за годом…

— Нарушения трудового законодательства будут проверены, — кивнул головой Луи и, вероятно, был даже серьезен. На ровном месте слегка прижать каких-то уважаемых людей, владеющих в Париже ночным варьете государственная безопасность Франции явно бы посчитала совсем не лишним, ведь дело это полезное и выгодное либо государству, либо отдельным его представителям. — Однако либо ты сейчас скажешь мне то, что я хочу услышать и это все окажется правдой, а после отправишься на декапитацию, либо любоваться на торжество справедливости тебе придется уже с содранной кожей, посыпанной солю, сидящей на колу и чувствующей, как в этот самый кол капля за каплей сама твоя суть утекает. Ты знаешь, у меня есть соответствующие специалисты, которые будут день за днем держать тебя в постоянной агонии, держа на грани абсолютного небытия. Кажется, Париж стал забывать, что не стоит сердить слуг Деспота или доставлять недовольство его гостям, пора бы напомнить.

— Дык, не…Казнь, которую ей могутъ устроить пусть даже самые лучше палачи, но люди, енто как-то скучно, банально без огонька…Лучше мы ей семейное воссоединение, стал быть, устроим, — отвлек Святослав главного жандарма Франции от беседы с преступницей, которая и так-то в сознании из-за переживаемого стресса едва держалась, а услышав о грозящей ей судьбе и вовсе попыталась было помереть от инфаркта. И если бы не Олег, купировавший приступ в зародыше несмотря на создаваемые негатором помехи, вполне могла бы это сделать, усилием воли и в прямом смысле слова проломившем грудную клетку сердцем превзойдя свою неестественную живучесть, являющуюся следствием демонического наследия. — Шо? Я же, стал быть, знаю какими методами поддерживается дрессура в ентих вашах питомниках полукровок. Интересовался как-то раз вопросом, дык, по случаю…

— Я скажу все! Всё!!! Но пожалуйста, отрубите мне голову!!! — Храбрость и самоконтроль окончательно оставили пленницу, что попыталась было бухнуться на колени и в таком виде поползти к волшебникам, но из-за ограничивающих её передвижение цепей смогла разве только дернуться в выбранном направлении. — Я же не виновата! Меня заставили! И я даже этим боярам помогла, как сумела, в сторону настоящих злоумышленников указав!!!

— Действительно, он указала, — кивнул Олег, окончательно приходя к выводу: мир тесен. Ибо какие у него были шансы только приехав во Францию наткнуться на кого-то из сестер Камиллы? Ну, на самом деле не такие уж и плохие, наверное. Все-таки породившая их адская дыра, в которой коренные обитательницы преисподней были далеко не так плохи, как те, кто их использовал, функционировала достаточно давно, регулярно поставляя всем заинтересованным кадрам свежи партии «товара». Теперь оставалось только придумать, как бы ему выручить эту особу из беды…И сделать это тайно от Анжелы, которая вряд ли простит полукровке попытку покушения на себя и, самое главное, на детей. Впрочем, чародей и сам из-за этого теплых чувств к данной полусуккубе не питал. А вот её сестер по несчастью хотел бы под каким-нибудь благовидным предлогом вывести из страны, после того как зальет стены питомника пламенем, предварительно распяв на них каждого из сотрудников и покровителей данного заведения. — И только поэтому мы сначала будем задавать тебе вопросы и только потом, если ответы нам не понравятся, перейдем к форсированным методам дознания. Но лучше начинай уже рассказывать сама.