Чтение онлайн

— Комар, где ты взял собаку?!

— Выменял!

Комар с нескрываемой гордостью оглядел свое сокровище.

— Чистокровная овчарка! — сообщил он.

Лешка жестоко завидовал Комару. Он протянул руку, погладил мягкую спину щенка, потрепал его за уши.

— Комар! — неожиданно воскликнул Лешка. — Ты влип!

Огромные черные глаза Комара тревожно взглянули на Лешку.

— Это не овчарка, — торжественно объявил Кондратьев, — это переродок.

Потрясенный Комар бессильно опустился на ступеньку. Несколько секунд он растерянно переводил глаза с Лешки на щенка и обратно. Наконец пришел в себя, вскочил, решительно подтянул штаны и шагнул к Кондратьеву.

— Что ты врешь! — закричал он возмущенно. — Что ты все врешь! Не видишь, что ли, какой хвост?

— А что твой хвост, когда уши главнее! Ишь, болтаются, как тряпки.

Комар стремительно наклонился к щенку, схватил его и дернул за уши. Собачонка жалобно завыла. Комар поднялся.

— Иди отсюда! — грозно сказал он Лешке. Его губы дрожали от негодования. Он вплотную придвинулся к Лешке.

— Иди, говорю, гуляй! — выразительно повторил он.

— А, что с тобой связываться! — не очень уверенно сказал Лешка. — Уйду. Только ты сначала монеты отдай.

— А ты их на марки променял или нет?
– возмутился Комар.

— Марки твои дрянь, забирай обратно.

Терпение Комара лопнуло. Он спустил щенка на землю и заорал:

— Сигнал, взять его!

Щенок трусливо прижал уши, перевернулся на спину и поднял все четыре лапы. Сигнал сдавался без боя!

Убитый собачьей глупостью, Комар потерял всю воинственность. Федор, смеясь, наклонился к Сигналу и потрепал его пушистую мордочку.

— Ты, наверно, медвежонок, а не овчаренок, — приговаривал Федя, лаская щенка.

— Слушай, — встрепенулся Комар, — может, он медвежьей породы?

— Сам ты медвежьей породы! — расхохотался в лицо Комару Лешка. И Федя смеялся от души, глядя на маленького, худощавого, расстроенного Комара. А тот, оскорбленный, засунул щенка под мышку и пошел прочь. И тут Лешка вспомнил, зачем они пришли к Комару. Он догнал незадачливого хозяина Сигнала, как ни в чем не бывало дружески хлопнул его по плечу и изложил суть дела.

— Ничего не выйдет, — пренебрежительно ответил Комар. — Ермиловна уже и котят не берет, полную хату их развела.

Но Лешка горячо просил Комара отвести Федю к старой Ермиловне и помочь ему войти к ней в доверие. Комар слушал молча, почесывая у щенка за ушами, потом у себя в носу… И тут Федю осенило: он предложил Комару в благодарность за знакомство с Ермиловной выучить Сигнала охотничьему делу.

Заряд попал в цель. Комар сразу согласился, но затем с недоверием посмотрел на Федю и спросил:

— А сам-то ты понимаешь что-нибудь в охоте?

— Да он же с Севера приехал, — сказал Лешка, с сожалением глядя на Комара. — Он же там всех лисиц перестрелял!

Федя смущенно дернул Лешку за руку. Но тот только отмахнулся и продолжал нести про друга такие небылицы, что у Феди загорелись щеки. Зато грозный хозяин Сигнала поглядел на Федю с явным уважением.

— Кондрат, — спросил он очень серьезно, — а почему Горев рыжий?

— Сам ты рыжий! — сердито оборвал Лешка. — Не видишь, что ли, Федя — каштановый. Поди хоть Симку спроси.

Спрашивать Симку Комар не пошел — поверил так. Он поручил щенка Лешке и предложил Феде сейчас же идти к Ермиловне. Но тут же, сурово глядя на обоих друзей, предупредил, чтобы не жулили, а не то… И Комар показал маленький грязный кулак.

Комар осторожно постучал в низкую темную дверь и тонким голосом спросил:

— Можно?

Дверь открыла сгорбленная седая старуха.

— Чего тебе? — недовольно спросила она Комара. — Сказано было: больше ничего не дам. Кого это ты привел?

Старуха недружелюбно оглядела Федю маленькими бесцветными глазками.

— Бабушка Ермиловна, — вкрадчиво заговорил Комар, — этот пацан привез с Севера сибирского котенка.

Федор тихонько охнул. Старуха недоверчиво оглядела его и ввела гостей в сумрачную грязную кухню. Но дальше порога не пустила. Пока Комар плел Ермиловне про несуществующего котенка редкой рыжей масти с фантастическими полосами на спине, Федя рассматривал Ермиловну и ее неприютное жилище. На кровати с засаленным темным одеялом спали три кошки. Бегали по кухне, задирая друг друга, озорные котята, прыгали на стулья, оттуда на стол и убегали, едва к столу подходила Ермиловна и замахивалась на них грязным полотенцем.

Наконец Комар так заврался, что Ермиловна его остановила, сердито прикрикнув:

— Не обманывай!

Тогда Комар, спасая положение, поклялся, что говорит одну правду, и призвал в свидетели Федю. Тот молчал. Комар пихнул его в бок локтем и возмущенно шепнул:

— Да говори же!

Федя совсем не знал, что говорить. Он отступил от наседавшего Комара да угодил ногой в блюдце с молоком, стоявшее на полу. Блюдце зазвенело, опрокинулось, по полу разлилась молочная лужа. Подбежали три пушистых котенка и, задрав хвосты, принялись лакать молоко из лужи.

Федя испуганно смотрел на лужу. Ермиловна закричала, что они хулиганы и чтоб немедленно убирались с ее глаз.

Присмиревший Комар притащил из сеней тряпку и старательно вытер лужу. Чтоб задобрить рассерженную старуху, он предложил принести дров. Пусть только она даст им ключ от сарая.

Но Ермиловна ключи им не дала, а велела идти на двор и ждать ее там.

— Чую, за какими вы дровами, — ворчала старуха, открывая сарай:

— То вам труба нужна…

— Труба? — недоверчиво переспросил Комар. — Какая труба?

— А про то тебе знать не надо! — отрезала Ермиловна. Она не отходила от дверей, то и дело окликая Комара, шнырявшего по всему сараю. Быстрый и зоркий Комар все-таки успел рассмотреть за бревнами большую медную трубу. Он восхищенно вздохнул и поманил Федю.

— Гляди, — шепнул ему Комар, — это получше подсвечников и кроватей!

Федя в этом не сомневался! Однако долго им любоваться трубой не пришлось: Ермиловна велела им выходить из сарая и нести дрова в кухню.

Дрова сложили у плиты. Запрыгали по поленьям веселые котята. Ермиловна турнула их, а мальчишкам велела уходить. Комар потоптался у порога и спросил нерешительно, надо ли приносить бабушке необыкновенного сибирского котенка.

— Принеси, погляжу, — смилостивилась Ермиловна.

— А вы нам за него трубу дадите, хорошо? — выпалил Комар необдуманно.

— Ишь, чего захотел! И не мечтай! — отрезала старуха. Той трубе цены нет. А он — отдай!

Федя понял, что Комар успеха не достигнет.

— Бабушка Ермиловна, — осторожно начал он, — дайте нам, пожалуйста, хоть подсвечники. Мы собираем медь на тепловоз… Они очень сильные, тепловозы, они…

— Много вас здесь ходит! А до ваших тепловозов дела мне нету. И больше не приходите. И котенка вашего мне не надо.