Сотрется часть, гд сонъ еще въ пути?О, странность угасающихъ широтъ!..Все можетъ говорить проворный ротъ.Но ты, скучающій, сметиЕго мечты, далекія для насъ.Ходящихъ по Лун на ломаныхъ ходуляхъ.Алмазовъ нтъ въ аукціонныхъ стульяхъ:Жизнь повторяетъ старый сказъ.Страдаетъ улочка и въ окнахъ – никого.Вс камни сломаны навчно.Стрла съ письмомъ ложится безсердечно.На рукъ рисунки сбрызнувъ молоко.Вдыхаетъ кто всю безысходность вкаИ занятъ тмъ, апострофы стирая?На мысль первую наложится втораяИ въ голов откроется библіотека.Въ зарницу застекленную войтиЗа тайнописью стараго ночлега —Въ порок, карнаваловъ стоптаннаго снгаНа разстояніи двухъ лицъ селенье обойти.
«А можетъ не стоить?..»
А можетъ не стоить?
А можетъ быть хватитъ
Ходить по намытой палат
Туда и сюда, изнывая
О дняхъ, не дожитыхъ;
О лжи, не слпившей руки,
О мрак безсилія, страха и боли?
Сверкаютъ огни.
Бжитъ по дорог не тнь.
Не подопытный кроликъ лакаетъ растворъ
Омдненной воды съ кучей разныхъ приправъ.
Должна же быть воля!
Съ приходомъ зимы въ декабристы побреюсь.
Но виселицъ хватить ли?
Лсъ – на бумагу истраченъ…
Руки мшаютъ не пачкать священные сны.
Сплю у стны…
Сплю на стн…
Кофе и курево – ночь не впустуто.
Но гд же бревно —
Не въ воздухъ же гвозди!
Хлопнула дверь
И повяло дымомъ отъ лифта.
Лнь покупать вс творенія Свифта.
Пачками носятъ мои сотворенныя капли
Минутные странники —
Жить мн безъ нихъ.
Вставивъ лопату по горло.
Кто-то ухалъ?
А стоить ли ждать?
Надо ли суть Бытія измнять?
Я смотрю на экранъ
И на стну съ узоромъ цвтовъ —
Вотъ и все.
Тишина…
«Онъ твердъ…»
Онъ твердъ.Онъ нуженъ втру.Онъ сладокъ, какъ свобода для души.Онъ мертвъ.Онъ несъ себя по свту;Кормилъ себя призывомъ «не грши».Она мягка.Она – основа Бытія.Она горька, какъ сокъ апрля.Она жива.Она – спрямленная заря;Держала жизнь въ своихъ оковахъ «врю».Они – Инь-Янь…Они – Ночь-День…Они – Стекло и Воздухъ…Другіе – Сядь и Встань…Другіе – Сила-Лнь…Другіе сдлать ничего не могутъ…
«Подъ нескончаемымъ потопомъ…»
Подъ нескончаемымъ потопомъ.
Подъ яркимъ всполохомъ небесъ
Мы корабли по докамъ разставляемъ.
Ночной капризъ безудержно мерцаемъ
И, уходя съ часами въ лсъ
Своимъ наивнымъ автостопомъ
На страх держитъ до утра дожитъ…
О томъ здсь рчь идетъ нескладно.
Что не ступалъ за лто я туда.
Гд общаній скорыхъ лебеда
Течетъ по августу нарядно.
Не прекращая замокъ сторожитъ.
«Иванъ Иванычъ…»
Иванъ ИванычъИзъ Тульской губерніиРегулярно вставалъ съ птухами,Бгалъ къ ркИ на воздух свжемъСексомъ съ женой занимался.Но кто его помнитъ теперь?Петръ Петровичъ —Старый холопъ изъ Смоленска.Трубку курилъ.Ноты писалъ,Стуча себя по буйной голов.Да и пилъ безпробудно.Сталъ онъ героемъ народнымъ.Оба ониУжъ давно отошлиИ ждутъ друзейЗа столомъ треугольнымъ;Въ банныхъ халатахъКарманы рвутъ.Въ чемъ же суть Бытія?
«Ночь въ стил барокко…»
Ночь въ стил барокко…Нмыя трещины гранитаЗаполнены переплетеніемъ чужихъДругъ другу словъ.Со снгомъ яркимъ – одиноко;Съ рядами креселъ – кружево софита,Что сиротливо разливаетъ на двоихъГлаголовъ ревностный покровъ.Не добжать… Упалъ мой голосъ,Столкнувшись съ неразвнчаннымъ панноБезбрежно одинокихъ стайШаговъ, забытыхъ за окномъ.Воображать… Среди бурьяна – колосъ;Закладка въ Книг книгъ – вино.Не вришь въ чудо – не глотайТого, что не теб дано.Тончайшій всплескъ… Перста – какъ нити.Подъ темной каплей прошепчу сполнаО линіяхъ, узломъ далекимъНе тронувшихъ мой слухъ.Наказъ прикройте свой и имъ паритеНадъ ветхой бурей, какъ волна.Самъ міръ вдь вашъ даетъ имъДень, какъ камню ночь – лопухъ.
«Входи… Мой чайникъ – знакъ уюта…»
Входи… Мой чайникъ – знакъ уюта.
Все выслушать готовъ. Все описать
По линіямъ хромого абсолюта.
Къ которому, увы. не привыкать.
Садись… Зажми въ ладони тишину.
Я ждалъ ее. Не ты ли ей была?
Не жду отвта, глядя въ вышину
Съ далекаго банальнаго е2.
Смотрю въ окно… Въ конц бываетъ ложь.
Такъ не измнимъ же законамъ жанра!
И та ушла. И ты сейчасъ уйдешь,
Не давъ любви отчаявшимся жабрамъ.
Не лезь въ слова… Печаль сама свершится.
Фальшивыхъ дней возникнетъ пониманье.
Въ рукахъ мой снгъ пескомъ крошится
Изъ Зазеркалья описанья…
«Вы оконъ моихъ пробгаете мимо…»
Вы оконъ моихъ пробгаете мимо,Не щурясь отъ дохлыхъ,Потерянныхъ капель.Мн жить для вагона – противно:Вс трутся объ истину моха.Гд нужный припрятанъ намъ скальпель.Желтете рано. Зачемъ это вамъ?Что ждете отъ насъ, забывающихъ разомъПощечины ліщъ. кто въ довріе входитъ?Мы вс проживемъ, гд гуляющій хламъЗамтитъ не то вновь прищуреннымъ глазомъСредь снга въ замерзшей погод.Есть часъ, чтобъ добраться до пункта метро.Пропасть въ ощущеніяхъ старыхъ подложекъИ стать хоть немного живе.Обратную сторону видимъ кино.Которая спряталась въ рядъ босоножекъИ встала отъ голоса силы праве.
«Поэтъ. Отчаянный мечтатель…»
Поэтъ. Отчаянный мечтатель.Всегда одинъ. Всегда съ перомъ.Безгршенъ, какъ его создатель.Онъ не идетъ ко слав напроломъ.Не говоритъ съ друзьями. «Да» и «нть»Ихъ на холст въ его уютной кель.Онъ всмъ молчитъ, даруя не совть,Но волю погибать, живя при дл.Кто разыскать отважится тоть холмъ.Гд онъ найдетъ божественный покой?Никто не пропоетъ ему на греческомъ псаломъ.Забудутъ люди про поклонъ земной.А надо ли поэту пафосное слово?Онъ самъ себ сказалъ, что нтъ.Въ его стяхъ я не нашелъ улова.Онъ просто всмъ передаетъ привть.
«Одни въ трамваяхъ бьются безпардонно…»
Одни въ трамваяхъ бьются безпардонно.Не вдая усталости и пораженій;Другіе безразличны ко всму и сонноПрислушиваются къ мату заявленій.Однихъ выносятъ къ остановк головою,Оставшейся на разухабистыхъ плечахъ.Другіе познаютъ игрушкой заводноюПосольство міра въ сломанныхъ печахъ.Одни ломаютъ все больничное доброИ снова рвутся съ кулаками.Другіе – безъ эмоцій къ БА и БО.Но одинаково вс сдохнутъ мудаками.