Чтение онлайн

Я нащупал выключатель на стене, и вспыхнул свет. Леня шевельнулся на скамье и хрипло застонал, прижав ладонь к лицу. Лениво и натужно, как медведь, он повернулся на бок и уставился на меня сонными глазами.

Наступила тишина.

Некоторое время я молча стоял перед камерой с поднятым стаканом воды и не сводил взгляда с Лени.

Потом глаза у него прояснились, он закашлялся и что-то пробурчал под нос.

– С добрым утром, - сказал я бесцветным голосом.

Леня сел, похрустев шеей, и прислонился спиной к стене. Глаза его тускло горели, словно потухающие угли, рот застыл кроваво-темной полосой.

Я взял стул, подвинул ближе к камере, присел и посмотрел на Леню.

– Бляха… Нафиг ты приехал? – спросил он.

– Потрещать с тобой хочу за жизнь. Недолго.

Леня посмотрел на меня хмуро и не проронил ни слова.

Страха перед бывшим другом у меня не появилось. Даже протрезвев, Леня выглядел раздавленным, беспомощным, словно орел с обрезанными крыльями, и не внушал ни капли опасения. Только брезгливость и презрение.

Он бросил жадный взгляд на полную бутылку воды в моей руке, сглотнул. Кадык на его шее дернулся и сразу же упал.

Не вставая со стула, я налил воды в стакан и протянул ему. Леня мягко взял его через решетку и мгновенно осушил, пролив малость на воротник рубашки.

– Первый мой вопрос, - начал я. – Как так получилось, что вы с Игнатом оказались знакомы?

Вытерев обмоченные губы, Леня прищурился, а потом ответил:

– А-а… Да это… Я же говорил: ко мне все время на работу кто-то приходил по вечерам и изливал душу у барной стойки. Обычно это были работяги, офисные крысы и уставшие от жизни образцовые мужья. Они все напивались и давай мне на уши садиться. Про жизнь свою никчемную рассказывать.

Леня поставил пустой стакан на скамью и недолго помолчал, глядя перед собой.

– Вот и Игнат ко мне пришел однажды. Странный такой, мрачный тип в пальто...

– И сразу рассказал, какие мутные дела он проворачивал в компании Гофмана? – хмыкнул я.

Леня покачал головой.

– Ну, кто же сразу о таком будет болтать? Сначала мы за баб, за тачки терли, за политику, как и со всеми посетителями. Мне поначалу пофиг было, что он там болтает. Он раза четыре приходил ко мне по вечерам и плакался. Про жизнь и про свою работу мне рассказывал, про постоянную проблему с бабками…

Тут Леня взял пустой стакан со скамьи и протянул мне. Я плеснул еще воды из бутылки.

– …и вот на пятой нашей встрече у него язык и развязался. Игнат рассказал, как они с коллегами взломали одного из дублей в базе, научили его бегать, драться и стрелять и вообще сделали очень умным, будто это был не дубль, а живой человек.

После этих слов у Лени появилась странная мазохистская улыбка на лице, словно этот факт доставлял ему удовольствие.

– Я, естессно, не поверил поначалу. Все звучало как дешевые понты. Даже Гофман не смог довести дублей до такого уровня, а тут – какие-то ребята с улицы, айтишники, прыгнули выше головы начальства.

– Не факт, что Гофман бы не смог, - ответил я. – Возможно, он просто на такое не решился. Но зато нашлись другие, более сметливые и хитроумные. А обо мне Игнат откуда узнал?

– От меня, от кого же еще? Я ведь тоже не молчал, когда мы с ним беседовали, о себе немного рассказал. Что у меня есть друг… - Он глянул бегло на меня и побледнел, словно последнее слово обожгло ему язык. – Показал Игнату наши фотки, и он увидел на одной из них Нику. Рассказал, что раньше с ней работал и пытался подкатить к твоей мадам. Безуспешно, правда. А потом я рассказал, что у тебя тоже есть дубль.

– То есть весь этот ублюдский план с подменой ты придумал? Так?

Леня отвел глаза и промолчал.

– Я сначала просто ляпнул это как прикол, что можно дубля твоего взломать и заменить тебя программой. Сделать так, чтобы она жила вместо тебя. Я ж тогда еще не верил в то, что мне Игнат наплел про взломы. Но его эта иедя зацепила, и он начал о тебе расспрашивать. Где живешь, много ли зарабатываешь, где живут твои родные, много ли у тебя родственников здесь, в Москве. И мы стали раскручивать эту затею.

Тут я не сдержал усмешку. В голове сразу сложился четкий, будто мини-фильм, и пугающий фрагмент их разговора. Вот Леня стоит, согнувшись над барной стойкой, напротив краснолицего и захмелевшего Игната и в красках обрисовывает ему свой гениальный план. Как можно незаметно притвориться мной и, выжив меня из дома, по-быстрому продать квартиру. Глаза его жадно блестят, он оживленно, много-много говорит, размахивая перед собой руками – Леня всегда так делал, когда был чем-то озабочен или разозлен.

Интересно, он хотя бы секунду сомневался в том, что делает? Или сразу решил сыграть ва-банк, когда почуял запах денег?

– Короче, мы решили, что можно продать твою квартиру и выручить с нее «лимонов» девять-десять, - подытожил Леня. – И мы даже почти ее продали. Потом Игнат запоздало вспомнил про твои соцсети и обнаружил «Вконтакте» вашу переписку с неким Загурским. Плюс еще Ника приехала в город, и нужно было срочно избавляться от вас обоих. Мы, кстати, готовились завершить сделку с квартирой уже на следующий день.

– Ты говоришь, что у Игната были проблемы с деньгами, - сказал я, вспомнив, что то же самое мне говорила Ника в пятницу. – Это из-за его азартной зависимости?

Леня кивнул.

– Он постоянно спускал бабки в автоматах и не мог остановиться. Ему все время нужно было больше денег. Я даже в долг ему иногда наливал, когда Игнат приходил с пустыми карманами. Ну, я и сыграл на этом – предложил взломать твоего дубля, и а потом мы бы поделили деньги за квартиру пополам.

Я усмехнулся.

– Кроме того, после той кражи копий из «Дубликата» Гофман похлопотал, чтобы этих разработчиков больше никуда не взяли на работу в айти сферу. Не знаю, что у Гофмана были за связи, но после того случая Игната и правда никуда не мог устроиться.

– Ну, хоть здесь что-то приятное.

Повисла пауза.

В тусклом свете за решеткой камеры хорошо просматривалось известково-бледное лицо Лени и его дрожащие губы. Было видно, что ему трудно дается этот разговор, но я готов был сидеть в изоляторе хоть до вечера, пока он все мне не расскажет.