Чтение онлайн

— Что ж, — начал подводить итоги я, — на балу по случаю прохождения испытаний, я расставлю все метки где нужно. А эти, телепортационные, в тех местах, что вы мне укажете.

— На карте все будет отмечено, — поддакнул Олег.

— А позже придется дежурить у карты-датчика, чтобы не пропустить тревогу, — проговорил Фомин, — установим смены.

— Если прозвучит тревога, каждый будет обязан активировать свою пару меток-телепортов, чтобы оказаться в школе. Ну а дальше мы прижучим эту тварь, — сказал я.

— И еще одно, — вдруг начал Фомин, — ни с метками-детекторами, ни с тем более телепортами, тебя поймать не должны. Вообще, никто не должен увидеть, как ты их ставишь. И если с детекторами может начаться просто неприятный скандал, то телепорты — это уже уголовная ответственность.

— Пойдем за решетку все, — хмыкнул Олег.

— Что ж, — я подбросил шарик, — тогда пожелайте мне удачи.

Ночью того же дня

Академия Екатеринодара

Река в этом месте была очень спокойной. Убывающая луна стояла высоко и на воде отражались ее серебряные очертания.

Лодка, подгоняемая магической тягой бежала быстро, но плавно. Мясницкий перегнулся через борт и зачерпнул холодной воды, смочил лицо.

— Не вздумай делать глупостей, друг мой, — не обращая к нему золотой маски, проговорил Сновидец.

Мясницкий бросил на него внимательный взгляд. Сновидец выглядел немного иначе. Он сидел, лицом вперед, к носу лодки, одетый в белую рубашку и высокие черные брюки. Китель по-гусарски висел на плече, схваченный на груди шнуром.

Сновидец был с непокрытой головой. Короткие белые, почти седые волосы, казалось, светились в сиянии убывающей луны.

— У меня и в мыслях не было.

— Я бы все равно выловил тебя магией, старик, — проговорил Сновидец уже более холодным тоном, — а потом залил в тебя столько воды, что ты захлебнулся бы. Ну а потом вытянул ее обратно и снова залил. И снова вытянул, — он, наконец, обратил золотую маску к Мясницкому, — чтобы ты на всю жизнь нахлебался.

Герцог не ответил, потер связанными кулаками повязку на глазнице.

Они были втроем. Плыли почти посередине реки. Сновидец — на носу, а огромный Сикорский за спиной герцога. Если бы Мясницкий даже и попытался бы утопиться, у него вряд ли что-нибудь получилось бы.

На правом берегу, высилась черная в желтых огнях громада школы. На левом шумел лес.

Течение будто бы само принесло их к песчаному берегу, раскинувшемуся за школой. Они сошли на берег, Сикорский в одиночку вытянул лодку на мель.

— Не торопись, друг мой, — проговорил Сновидец, когда Мясницкий зашагал вперед, — или ты решил сбежать?

— Ты не хуже меня знаешь, что я никуда не сбегу, — проговорил герцог.

— Знаю, — хихикнул Сновидец, — я видел это во сне. Но не могу отказать себе в удовольствии поиздеваться.

Мясницкий не ответил, только гневно засопел.

Потом он увидел какое-то движение со стороны школы. Там замелькал свет. В свете магического фонаря к ним приближались три загадочные фигуры.

Когда обе группы разделили едва сто шагов, незнакомцы замерли. Сновидец поднял руку. Одна из загадочных теней сделала то же самое. Тогда Сновидец разрешил имм идти.

— Здравствуйте-здравствуйте, — радостно проговорил он и обнялся с двоими из троих незнакомцев.

Вернее, один из них был знакомцем. Малиновский узнал в грузном человеке Петра Лодычева.

— Так, ты ты теперь роялист, — не удержался он.

Лодычев виновато посмотрел на герцога, но ничего не сказал.

— Конечно, роялист, — подошел к нему Сновидец и обнял за плечи, похлопал по руке, — он же хочет быть на стороне победителей. Верно, князь?

— Я бизнесмен. Человек дела, — немного смущенно проговорил Лодычев, — а с роялистами дела вести очень приятно.

— Рад слышать, рад слышать. О, друг мой, — обратился он ко второму низенькому и худощавому незнакомцу. Его Малиновский уже правда не знал, — ты привел ее.

— Хотел чтобы вы сами увидели работу моего покойного брата, — неожиданно низким и боевым голосом проговорил худощавый.

Сновидец приблизился к третьему незнакомцу. Вернее, незнакомке. Мясницкий понял, что это была девушка лет шестнадцати. Магический светильник обозначил ее юное лицо: очень большие глаза, тонкие губки, маленькие носик и бледная кожа — все это искажала печальная маска.

— Какая же ты красавица, — бесцеремонно взял ее за подбородок Сновидец.

Стал рассматривать, словно молодую кобылку. Казалось, вот-вот полезет в рот, чтобы посмотреть, в каком состоянии зубы. Девушка при этом не издала ни звука.

— Она сильна?

— Ее антимагическая аура поражает воображение, — проговорил худощавый, — и мы научили ее еще паре трюков.

— Как ректор? — Холодно спросил Сновидец, когда отпустил девушку.

— Под моим контролем, — ответил худощавый, — брат покойного Синицына очень помог нам с заклинаниями демоники.

— Прекрасно. Он все же решил выступить на нашей стороне?

— Да, — кивнул худощавый, — я все устроил. Тень очень помогла нам, чтобы создать повод изменить школьные правила. Абитуриенты не покинут здания школы до самого окончания вступительных испытаний.

— Ты отлично поработал, — положил он руку на плечо худого, — доцент Иван Лакруа.

— Я отомщу Замятину за смерть моего дяди. За смерть Семена Малиновского. Этот ублюдок даже тело его уничтожил!

— Что значит, не покинут академии? — Удивился Мясницкий.

— То и значит, — веселым тоном произнес Сновидец, — телепортарию, знаешь ли, очень нужно топливо, друг мой.

Академия магии и чародейства Екатеринодара развернулась за городом. Она представляла собой большой замок с множеством башен и надстроек. Перед замком развернулся широкий двор с плацем для построений, а за ней еще более широкая учебная зона, ограничивала которую бегущая за школой река.

В Академию я прибыл с водителем. Абитуриентам и студентам, вплоть до четвертого курса почему-то не разрешалось ездить туда на машине.