Дух Татуина
Шрифт:
— Понятно, почему йавы не приехали на встречу, — произнес Борно, подойдя к Лее и остальным. — Имперцы их нашли.
— Да нет, — ответила Лея. — Их нашел патруль.
— Не вижу разницы.
Чубакка зарычал, пытаясь объяснить.
— Верно, — отозвалась Лея. — Имперцы не нашли пескоход. Они потеряли патруль. Если бы «Химера» знала о местонахождении пескохода, здесь бы уже работали специалисты. Они бы этот пескоход на части разобрали.
Чубакка, подумав, выдал довольно мрачное предположение.
Лея покачала головой.
— Если бы они хотели заманить нас в ловушку, давно бы атаковали, — она проверила хронометр. Меньше десяти минут осталось до следующего захода. — И если они знали, куда мы направляемся, почему продолжали летать по заданному маршруту?
Чубакка рыкнул.
— Дай-ка угадаю, — вмешался Борно. — Это значит «правильно мыслишь?»
Чубакка кивнул. Из-за рососпинников появился Ц-ЗПО.
— Какое жуткое преступление! — возопил дроид. — Йавы мне не друзья, конечно, но то, что сделали эти штурмовики, нарушает конвенции по ведению войн, которые чуть ли не старше Старой Республики! А что они сделали с дроидами… зачем они убили пленников, не понимаю!
— Потому что они не понимают дроидов, — сказал Борно внезапно. — Или вообще не понимают технологию.
Ц-ЗПО повернулся к аскайанцу:
— Простите, сэр, но я знаю по своему опыту, что Империя очень даже интересуется технологией.
— Он не про имперцев говорит, Ц-ЗПО. — Лея посмотрела на Борно: — Думаете, это песчаные люди?
— Думаю, да. Они, должно быть, напали на штурмовиков, когда те обыскивали пескоход — Он ткнул толстым пальцем в направлении трапа, усыпанного осколками металла: — Эти дыры проделаны пулями.
Лея кивнула:
— Борно, не хочу проявлять неуважение к вашим торговым партнерам, но у нас всего девять минут до следующего захода. Он вполне может пролететь над каньоном и увидеть…
— Гусеницу. Я тоже это заметил, — Борно отдал несколько приказов на аскайанском. Когда наездники принялись за работу, он перевел для Леи и Чубакки: — Укроем гусеницу камнями. Не думаю, что мертвые обидятся, что мы займемся ими через пару минут.
— Думаю, подождать придется чуть дольше. — Лея показала на урусаев: — Если они взлетят и начнут кружить…
— Да, имперцы заметят, — кивнул Борно. — Думаю, йавы не будут возражать.
— Вообще-то, — начал Ц-ЗПО. — Традиции йав очень…
— Ц-ЗПО, — перебила Лея.
— Да, госпожа?
— Не сейчас.
— Конечно. Я просто хотел объяснить…
Чубакка заревел, и Ц-ЗПО отошел за спину Борно.
— Нет, мне бы вовсе не хотелось присоединиться к дроидам йав.
Лея проверила хронометр:
— Восемь минут.
Она позвала остальных за собой и направилась в глубь пещеры, где потолок ее смыкался с песчаным полом, а на земле не было трупов. Воздух был прохладным — во всяком случае, не горячим — и даже, похоже, немного влажным. Одной рукой Лея помогла Чубакке усадить Хэна у стены, а второй дала Ц-ЗПО пустые бутыли.
— Найди наших рососпинников и наполни бутылки из бурдюков, — приказала она. — И быстро. Чуи, посмотри — может, найдешь бронекостюм штурмовика с рабочей системой охлаждения. Грис, я была бы очень признательна, если… — Лея обернулась, чтобы поговорить со сквибами, и увидела, что их нигде нет.
— А где сквибы?
Остальные обернулись, и Ц-ЗПО указал на трап пескохода, где сгрудились урусаи:
— Думаю, они там, госпожа Лея.
Чубакка зарычал и хотел было кинуться вслед за сквибами.
— Нет, — удержала его Лея. — Сначала найди броню. Вуки посмотрел на Хэна, потом на сквибов и возразил, что Хэн будет зол, если узнает, что из-за него воришкам удалось украсть «Закат Киллика». Лея пожала плечами.
— Хэн и раньше злился на меня, — в прохладе этой пещеры, подумалось ей, Хэн и без системы охлаждения оправится. Но теперь она уже не станет рисковать, — Уверена, что и это — не последний раз.
Чубакка посмотрел на пескоход и вновь зарычал, возражая. Несмотря на заверения Хэна, ему было не все равно на код «Теневой сети».
— Пожалуйста, Чуи, — сказала Лея. — Мы разберемся со сквибами позже.
— Госпожа Лея, — перебил Ц-ЗПО. — Вынужден заметить, что позже договориться со сквибами будет трудно. Они чувствуют себя обманутыми, потому что вы не сказали им, что выданный чип защищен против неавторизованного использования, и они не верят, что у вас есть сейчас средства, чтобы заплатить за картину больше имперцев. Уверен, что, если они найдут картину, они свяжутся с имперцами, а нас предоставят самим себе.
— Да ну? — Лея и сама так думала, но все равно разозлилась. Она поглядела на хронометр. Семь минут. У выхода из пещеры аскайанцы стирали следы пескохода и обкладывали камнями гусеницу. — Откуда ты знаешь, Ц-ЗПО?
— Слышал, как они об этом говорили, — отозвался дроид. — Похоже, они решили, что никто, кроме сквиба, не знает их торгового языка, но я-то свободно владею более чем шестью миллионами…
— Знаю, Ц-ЗПО. — Лея повернулась к Чубакке, который все еще стоял и смотрел на пескоход: — Чуи, достанешь ты, наконец, эту броню или нет?
Оставив Лею с одной бутылкой, где еще было немного воды, Чубакка и Ц-ЗПО удалились делать свое дело. Лея глотнула горячей воды, подняла очки Хэна и выплеснула остатки ему на лицо. Она ожидала, что он очнется от воды, но он лишь тихонько кашлянул. Лея вновь повернулась к пескоходу, гадая, что же могут найти сквибы. Если Китстер Банаи был на борту пескохода, когда напали тускены, то Лее предстоит очень трудный разговор с Таморой — она надеялась, что ей самой никогда не позвонят с такими новостями.
Она вновь повернулась к Хэну. Лицо у него стало живее, но ей надо было его разбудить. Жидкость ему можно было ввести только питьем — капельницы у них под рукой не было.
Лея наклонилась к его лицу:
— Слушай, ты, пастух нерфов. Я устала от этой работы. — Она поцеловала его в губы и почувствовала головокружение — вовсе не от любви. Похоже, пить надо было не только Хэну. — Слушай, летун. Пора просну…
У нее потемнело в глазах. Но в этот момент глаза Хэна открылись, и она с трудом удержалась, чтобы не рухнуть без сознания.
— Так-то лучше, — вымученно улыбнулась принцесса. Но он смотрел не на нее. Глаза у него были остекленевшие и пустые, расширенные зрачки застыли.
— Хэн! — она схватила его за плечо и начала трясти. — Ты куда? Не смей уходить!
Словно подчинившись ее словам, из глубины его глаз поднялись два огненных шара. Они вырывались из-под век, полностью заслонив глаза, — два солнца в мертвых глазницах.
— Хэн?
Язык Леи разбух, слова так и остались несказанными. Она повернулась, чтобы позвать Чубакку, и увидела, что тень над ними стала густой, как туманность, а силуэт вуки стало не отличить от десятков других призрачных силуэтов в тумане.