Чтение онлайн

Черный лабрадор, которого она взяла к себе еще щенком, склонил голову, словно обдумывая предложение хозяйки, а потом последовал за ней на веранду.

— Вот она, жизнь! — вздохнула Тринити и села на качели, поудобней устраиваясь среди мягких подушек.

Ее бабушка очень любила эти качели и всегда предпочитала их древнему дивану, который некогда украшал гостиную. Кстати, Тринити уже давно сменила этот предмет мебели на современную кремовую софу с веселыми бледно-желтыми маргаритками. Но качели были ее историей. Невозможно сосчитать, сколько часов она провела на них, слушая звуки ночи или перестук бабушкиных вязальных спиц. Нет, Тринити никогда от них не откажется. Пусть даже они ужасно скрипели. Она даже сшила для них декоративные очень удобные подушки.

Шум приближающегося автомобиля отвлек ее от мыслей.

«Кто бы это мог быть в такой час?»

Тринити нахмурилась. У нее редко бывали гости, а уж тем более в шесть тридцать утра в воскресенье. Она встала, перебирая в уме все возможные варианты и надеясь, что никто из ее соседей не ранен и не заболел. Какое же облегчение она испытала, увидев знакомый «мерседес».

— Роберт?

— Доброе утро, дорогая, — улыбнулся он. — Решил сделать тебе сюрприз. Давай позавтракаем где-нибудь.

— Эээ… — нервно облизав нижнюю губу, Тринити быстро попыталась придумать благовидный предлог, чтобы не ходить на завтрак с красивым, элегантным мужчиной.

— Ты не хочешь идти, — это было утверждение.

— Нет, Роберт, это не так, — она лгала, ведь это было именно так. И Тринити знала, почему.

— Мы можем поесть здесь, если ты так хочешь, — он пожал плечами, проходя мимо нее в дом.

— Кофе будешь? — вздохнула Тринити.

— Конечно. Спасибо, детка.

Роберт сел на ближайший стул и посмотрел на нее. Его взгляд говорил, что он определенно хочет большего, нежели просто кофе. И Тринити решила, что сейчас самое подходящее время выяснить с ним отношения, именно здесь, на кухне, когда они полностью одеты. Она облизала губы, подбирая правильные слова.

— Роберт, как давно мы с тобой знакомы?

— О, не знаю, восемь с половиной месяцев? Девять?

— Десять, — Тринити пыталась сохранять спокойствие.

— Десять лучших месяцев в моей жизни, — усмехнулся Роберт.

— Это действительно так?

— Ты знаешь, мне нравится находиться рядом с тобой. А тебе, Тринити?

— Мне кажется, что во мне и моей жизни есть много того, что тебе хотелось бы изменить

— Это совсем не так. Я просто переживаю за тебя. Ты живешь где-то у черта на куличках. Что произойдет, если тебе понадобится помощь? Я просто хочу, чтобы ты переехала в один из соседних городов, и несправедливо говорить, что из-за этого ты меня не устраиваешь. Черт, да я бы даже заплатил за все это.

— Вот оно, Роберт! Вот, о чем я сейчас говорю.

— Тебе не нравится моя щедрость?

— Нет, — застонала Тринити. — Ты не можешь принять меня такой, какая я есть. А я не собираюсь меняться в ближайшее время.

— Не понимаю, в чем здесь моя вина. Это твой выбор — жить в лачуге с собакой, весь день что-то вязать и варить какие-то колдовские зелья. Я не понимаю, как ты оплачиваешь свои счета, — Роберт покачал головой. — Я честно не понимаю.

— Ла… лачуге?! Что-то вязать? Колдовские зелья? — зашипела Тринити. — Мой дедушка построил этот дом собственными руками. Они с бабушкой всю жизнь прожили здесь и были счастливы. Мои самые лучшие воспоминания связаны с этим домом. И я готовлю лекарства на травах, а не колдовские зелья.

— Я говорю, что помог бы тебе, если бы ты мне позволила. Ты могла бы купить себе нормальный автомобиль и настоящий аспирин.

— Знаешь что, Роберт? Не думаю, что нам стоит продолжать какие-либо отношения.

— Что ты сказала?

— Я хочу, чтобы ты покинул этот дом. Сейчас же.

— Хочешь, чтобы я ушел? Прекрасно, — в мгновение ока он очутился у двери.

— Ничего не забыл? — резко спросила она, поднимая бумажник, который он обронил, в спешке покидая дом. Золотое кольцо со звоном упало на деревянный пол, и она наклонилась, чтобы поднять его.

— Это что, обручальное кольцо?

— Отдай.

— Ответь на вопрос, Роберт. Это. Обручальное. Кольцо?

— Ты ведь прекрасно видишь, что это оно, — огрызнулся он, хватая бумажник и кольцо.

— Ты женат?

— Тринити, ты не понимаешь…

— О, Боже, так и есть, ты женат.

— Это было давно.

— Ты живешь с ней? — Тринити почувствовала, что ее сейчас стошнит.

— Да, но…

— У тебя есть дети? Господи, знаешь что? Не отвечай. Я не хочу знать. Убирайся.

— Тринити.

— Проваливай отсюда!

— О! Поверь мне, так я и сделаю, — пробормотал он, хлопнув дверью.

— Ну и как вам это? — произнесла Тринити в пустоту.

ГЛАВА 4

Тринити всегда успокаивалась, гуляя по лесам Норт Хиллс, и сегодняшний день не был исключением. После того, как Роберт, а точнее Роберт-козел, как она его окрестила, умчался на своем любимом «мерседесе», она надела ботинки и пошла на прогулку.

Тринити шла по хорошо знакомой тропинке и просто кипела от злости на Роберта, утренние события все еще были свежи в памяти.

Она поверить не могла, что он водил ее за нос почти целый год. Не только ее, но и свою жену. Тринити с горечью признавала: кем бы ни была эта женщина, она являлась жертвой его измены. А самое ужасное во всем этом то, что она, Тринити, принимала во всем этом непосредственное участие, и не важно, что она не знала о двойной жизни Роберта. Черт возьми, как можно было быть такой слепой и не понять, что встречается с женатым мужчиной? Ведь факты были на лицо, но она не придавала им значения. Все кусочки мозаики тут же соединились в единую уродливую картинку, и Тринити словно прозрела.

Роберт всегда приезжал к ней домой в одно и то же время, где-то в середине дня, как по расписанию, и не оставался надолго.

— Он всего лишь приятно проводил со мной свое свободное время. Черт! — застонала она. — Да он просто трахал меня! Мерзавец!

Почти каждая их встреча или свидание, совпадали с его «командировками» и проходили вдали от города, как минимум в сорока пяти минутах езды от него. Тринити, будучи доверчивой душой, относилась к этому с пониманием и старалась использовать эти поездки, чтобы продать свои изделия местным магазинам. Она даже не знала номера его домашнего телефона. Господи, да она никогда и не спрашивала. Если ей нужно было с ним связаться, она просто звонила на сотовый.

Тринити так глубоко погрузилась в свои размышления, что не сразу услышала треск ломающихся веток и тяжелую поступь приближающегося животного. Внезапно на поляну вышел черный медведь. В ужасе, с трудом дыша, Тринити медленно отступала назад, пока не наткнулась спиной на большой дуб. Оглядываясь вокруг, она лихорадочно искала какую-нибудь тяжелую палку, что угодно, чем можно было бы прогнать животное. Вот! Неподалеку лежала большая ветка, которая как раз бы подошла для этой цели, но, чтобы ее достать, нужно было пройти мимо зверя. А это была не самая светлая идея. «О, нет…» Она задрожала от страха, а сердце забилось так сильно, что стало трудно соображать. Поэтому лучшее, что придумала Тринити, это напугать медведя. Она начала размахивать руками, приговаривая: «Пошел отсюда! Кыш!» Но такие действия только разъярили зверя. Встав на задние лапы, он издал оглушительный рев и бросился на нее. Тринити пронзительно закричала и ее единственной мыслью была неизбежная смерть. И в ней был бы виноват Роберт…