Чтение онлайн

Утром того дня, когда мучаемый похмельем Паклин возвращался в город с генеральской дачи, Илья нежился в своей постели, наслаждаясь последними минутами перед окончательным пробуждением. Рита лежала рядом и мирно посапывала, не ведая, что еще совсем чуть-чуть, и Илья разбудит ее своими поцелуями.

– Пора вставать. – Илья нежно приобнял Риты за плечи и тихонько потряс.

– Уже?.. – еще не проснувшись, отозвалась она.

Потом они завтракали яичницей, которую приготовила Рита, пока Далекий был в ванной.

– Слушай, Рит,- Далекий засунул в рот очередной кусок жаренного яйца, – а что ты думаешь о Бортковском?

– Я? – Рита насторожилась, что нельзя было не заметить. – Ничего не думаю. А ты что думаешь?

– Я тоже ничего не думаю, – соврал Илья. – Пока ничего – ведь сегодня только мой первый рабочий день.

– А к чему такие вопросы, Илюш?

– Да просто хотел знать твое мнение, вот и все.

До работы они доехали вместе на машине Далекого, но Рита вышла за несколько кварталов до редакции, объяснив это тем, что не хочет пустых разговоров.

– Сам понимаешь, – смеясь объяснила она. – Сегодня твой первый день, тебя еще никто не знает, а я уже у тебя в постели!

Илья с ней полностью был согласен, а потому, не сопротивляясь, высадил ее там, где она попросила, а сам поехал дальше.

Первым, с кем Далекий столкнулся, не успев еще войти в здание, оказался Лавочкин.

Выглядел он бодрым и даже веселым. От вчерашнего хмурого настроения, которое возникло у него в самом конце разговора с Ильей, и следа не осталось. Илья этому был рад, так как Илларион Сегизмундович был ему действительно симпатичен.

– Ну-с, молодой человек, с первым рабочим днем на новом месте! – бодро поприветствовал Лавочкин Илью.

– Спасибо, Илларион Сегизмундович! – искренне поблагодарил Илья.

– Давайте, осваивайтесь потихоньку, а ближе к обеду, может, и пересечемся с вами, а? как думаете? – Лавочкин подмигнул Далекому и захихикал.

– С удовольствием, – согласился Илья, тут же вспомнив, что пообедать обещал с Ритой. А потому решил исправиться:

– Если получится…

– Ну, конечно-конечно, – понимающе затряс бородкой Лавочкин. – Я все прекрасно понимаю – первый день!

На том и разошлись. Илья проследовал в свой новый кабинет, который оказался просто огромным, по сравнению с тем закутком, в котором он сидел, работая в "Паровозе".

Закрыв за собой дверь, он огляделся, вдохнул поглубже воздух и с головой окунулся в дела. Часы летели незаметно, так как работы было невпроворот, а потому обед Илья попросту пропустил. Разбирая материалы, написанные разными журналистами, редактируя их, сортируя, Далекий все острее чувствовал, что содержание их по большей части весьма сомнительно. Написано все профессионально – к форме не придерешься, но вот к сути… Пару раз у Ильи мелькнула мысль включить в номер хотя бы парочку небольших заметок, выдержанных не в общем духе издания, но он вовремя остановил себя, вспомнив, что его основной задачей на данный момент является закрепление на новом месте, втирание в доверие, так сказать. К вечеру подбор материалов был закончен и Илья с папкой статей, предназначенных для завтрашнего номера, поспешил к Компотову.

– А, Далекий, как бы, проходите.

– Спасибо. – Илья шмыгнул в кабинет и положил на стол папку.

– Готово, что ли? – с сомнением промямлил Компотов.

– Готово.

– Ну, так сказать, посмотрим, – Компотов придвинул к себе папку и начал потрошить ее толстыми пальцами. – Так, так, хорошо…а вот этого не надо…

Он отложил в сторону небольшую статейку, в содержании которой Илья первоначально не усмотрел ничего крамольного. Чуть подумав, он все же решил попытаться выяснить, что же не так с этой заметкой:

– Я извиняюсь, но почему этот материал не подходит? По-моему он вполне информативный и свежий.

– Что? – взгляд Компотова поверх очков выражал неподдельное удивление.

– Я говорю, – повторил Илья, – что статья свежая и интересная.

– И что? По-вашему, этого достаточно, чтобы она попала в номер?

– Нет, конечно,- увильнул от прямого ответа Далекий. – Но просто не совсем понятно, какие у нее недостатки.

– Вы ее внимательно читали?

– Внимательно.

– А раз так, то должны были заметить, что прямо во втором абзаце автор недвусмысленно намекает на кое-какие вещи, которые на взгляд редакции не должны подвергаться сомнению и уж тем более критике. Сами посмотрите.

Илья взял текст в руки, пробежал по нему глазами и только теперь понял, что не понравилось Компотову. Тот, тем временем, внимательно наблюдал за тем, как Илья читает, а, дождавшись, когда Далекий оторвется от листка, продолжил:

– Мы, Илья Андреевич, ведь не газета "Правда", так сказать.

– Я понимаю.

– Вот и прекрасно. Остальное, вроде, все, как бы, в порядке. Можете сдавать.

Неделя пролетела незаметно, и уже в пятницу Паклину на мобильный позвонил молодой человек, который вежливо сообщил, что, если Игорь Аркадьевич еще заинтересован, то можно встретиться и получить необходимые ему документы. Паклин, естественно, согласился и поздно вечером встретился с невысоким молодым человеком, одетым в строгий костюм, который, тем не менее, напрямую говорил о том, что работает он далеко не в офисе какой-нибудь компании, а в месте вполне определенном.

– Вот, – протянул посланник довольно внушительный плотно запечатанный бумажный пакет. – Александр Александрович просил передать, что здесь все, что вам необходимо.

– Спасибо. – Паклин открыл свой кожаный портфель, вместил в него пакет, а взамен выудил оттуда другой, не менее плотный, правда, меньший по размерам конверт. – Передайте это господину Сомову.

Вместо того, чтобы взять конверт, молодой человек как ошпаренный отскочил от Паклина.

– Уберите это, пожалуйста.

Паклин послушно сунул конверт обратно в портфель. Юноша вернулся на исходную позицию и незаметно протянул аккуратно сложенный листочек, который тут же попросил убрать.

– Что это? – недоуменно поинтересовался Паклин.

– Банковский счет. Деньги Александр Александрович просил перевести на него.

Паклин выругался про себя, сам не понимая, как мог допустить подобную оплошность.

"Выгляжу в глазах этого сопляка как полный идиот", – подумал он про себя.

Деньги поступили на счет Сомова в тот же вечер, так как Паклин не привык откладывать что-либо на потом. Перед тем как ехать домой, он заскочил в банк, где и сделал денежный перевод. Только после этого он, сидя на заднем сидении своего автомобиля, едущего по направлению к дому, распечатал пакет. В руках у него оказалась целая кипа документов, которая вполне могла помочь составить полную картину произошедшего на даче в ту роковую ночь. Часть бумаг Паклин даже не стал рассматривать, так как никой полезной информации в них не было. Это были в основном справки биографического содержания, всевозможные свидетельства о рождении, о смерти и так далее. Первое, что действительно привлекло его внимание, был список присутствующих на даче в ночь пожара. С удивлением Игорь Аркадьевич отметил, что кроме, собственно Мишки, его домработницы и охраны, которые все значились в списке как покойники, на даче был еще и некий Руслан. Пролистав еще целую кучу бумаг, Паклин с интересом узнал, что самого Руслана следствие так и не нашло (а вернее, как сразу догадался Паклин, и не пыталось найти).

Оказывается, о его присутствии на даче никто бы и не узнал, если бы не свидетельница с соседней дачи, которая и сообщила следователям, что в доме покойного гостил молодой человек, художник. Куда он делся, из бумаг понять было невозможно. Единственное, что стало ясно Паклину, что теперь у него появилась хоть какая-то зацепка во всем этом деле…

Просмотрев папку до конца, Игорь Аркадьевич в очередной раз убедился для себя, что дело было просто-напросто замято, так как, судя по документам, никакого реального расследования проведено не было. Бортковский элементарно купил следствие, что было очень легко сделать в те времена всеобщего бардака. Подумав об этом, Паклин горько усмехнулся – ведь сам он только что за не самые большие деньги на свете купил у генерала ФСБ целую пачку документов. Нет, ничего не изменилось.