Духи в зеркале психологии
Шрифт:
Скорость спуска и подъема по этим ступенькам зависит как от индивидуальных особенностей человека (темперамент и др.), так и от различных внешних причин. Так, например, когда увеличивается время пребывания в условиях сенсорной изоляции, ритм сна — бодрствования нарушается, что приводит к «застреванию» той или другой гипнотической фазы на какой-либо из ступенек.
Здесь необходимо сказать, что при развитии гипнотических фаз могут появляться гипнагогические представления, которые, как правило, бывают скоротечны и человеком забываются. При нарушениях же процесса засыпания они как бы попадают «в поле внимания» и оставляют глубокий след в памяти. Для иллюстрации приведем выдержки из дневников двух испытуемых, проходивших исследование в условиях сурдокамеры.
Испытуемый Б… «Только начал «проваливаться» в бездну сна — вновь эта музыка. Теперь я более внимательно начал прислушиваться к ней. Это была какая-то заунывная, довольно приятная мелодия, очень похожая на японскую музыку, которая то уходила на очень высокие ноты, то опускалась на самые низкие. Причем ее характер был какой-то неземной; она походила на ту музыку, которую сейчас воспринимают как космическую, или же ту, которую представляют в виде красок и изменения гаммы цветов… В следующий раз (через день или два) эти слуховые галлюцинации я нашел схожими с органной музыкой в помещении с хорошей акустиком… Мелодия была торжественная и очень, очень близкая моему сердцу. В следующий раз у меня в органную музыку влились голоса хора мальчиков — мелодичные, высокие, переходящие даже на пискливые тона. Честно говоря, я не очень люблю голоса мальчиков, а выступление хора Свешникова у меня всегда ассоциируется с чем-то неполноценным. А тут музыка вызвала у меня довольно положительные эмоции, хотелось ее все время слушать, слушать и слушать… Но сон, вероятнее всего, прервал это наслаждение…»
Испытуемый Т.: «Уже целый месяц я слышу в нашей абсолютно звуконепроницаемой камере по ночам, в полной тишине, голоса, музыку, пение Козловского, хор, визг, завывание, возню животных в вентиляционной трубе… Я лежал с открытыми глазами, стараясь отогнать звуковые привидения, — ничего не получилось». Такие необычные психические состояния, возникшие у испытуемых при переходе от бодрствования ко сну, и были обусловлены «застреванием» парадоксальной и ультрапарадоксальной гипнотических фаз. То, что музыкальные образы развились на фоне указанных гипнотических фаз, подтверждалось не только записями биопотенциалов мозга, но и характером гипнагогических представлений.
В обычных условиях органная музыка и хор мальчиков у испытуемого вызывали только отрицательные эмоции. Появление их в период засыпания говорит об оживлении «нежелательных», заторможенных, по становящихся парадоксально приятными музыкальными образами. О развитии ультрапарадоксалыной фазы в период засыпания наиболее отчетливо говорит следующая запись Б.. — «Но вернусь к моему сну. Эти странные явления со слуховыми галлюцинациями (иначе я не могу назвать) продолжаются по-прежнему. Вот вчера, засыпая, я опять услышал органную музыку на тему русских народных песен в такой фантастической вариации, что просто поразительно, как можно выдумать такие музыкальные образы. Затем все это перешло в траурную песню… В конце в музыку влились голоса мальчиков, и на душе стало так блаженно, что просто диву даешься. И это от такой-то песни!!! Вот же чертовщина какая напала на меня».
Несмотря на то что эти представления были непроизвольны, мы относим их к гипнагогическим, так как они вызвали у испытуемых критическое отношение.
В большинстве случаев галлюцинации возникают при нервно-психических заболеваниях. Но они могут появляться и у здоровых людей при выраженной тревожности и других эмоциональных состояниях. Их можно вызвать и специальными приемами. Одним из них является лишение сна.
Лишение сна в наши дни используется наиболее реакционными режимами ряда государств как средство получить сведения у политзаключенных, а также для того, чтобы сломить их психику. Вот что рассказал член ЦК Португальской коммунистической партии Педро Соариш, когда он вышел на свободу после свержения фашистского режима: «Меня беспрерывно мучили тем, что не давали спать. Охраняемый агентами, я не мог ни днем, ни ночью сомкнуть глаз. Комната была залита убийственно ярким электрическим светом. При малейшей попытке заснуть или задремать мои сторожа стучали ящиком стола или швыряли па пол пепельницу. На третьи сутки я стал ощущать первые результаты длительной бессонницы, хотя и не терял еще над собой контроль. Мне стало казаться, что на полу стали появляться трещины и темные пятна, что тут и там летают насекомые. Фигуры охранников я видел как бы сквозь стекло, которое резко уменьшало их размеры. Мне чудилось, что из соседних комнат до меня доносятся крики других заключенных. Какие-то шаги и шум, сопровождающие истязание».
Воздействие лишения сна на психическое состояние человека изучалось и учеными в различных лабораториях многих стран мира. В нашей стране для выяснения сохранения работоспособности человека в аварийных ситуациях лишение сна изучалось О. Н. Кузнецовым в сочетании с одиночеством и тишиной при длительном пребывании в сурдокамере. Одиночество в сурдокамере и лишение сна взаимно потенциировались и довольно быстро вызывали гиинагогические галлюцинации даже у прошедших специальный отбор молодых людей. Вот как описывает это состояние испытуемый Г., участвовавший в опытах по лишению сна продолжительностью 74 часа; «В конце режима непрерывной деятельности я обнаружил такую способность. Сел я в кресло, в углу шумит вентилятор… и мне почудилось, что я услыхал какую-то нотку. Нотка эта сразу как-то ассоциировалась с песней «Горизонт-горизонт». По сути дела, там шум какой-то, а я в этом шуме начал прослушивать песню «Горизонт»… Вот так же мне показалось, что я через вентилятор слышу, как тихонько играет приемник…»
Если мы присмотримся к деятельности мистиков, то увидим, что для вызывания галлюцинаторных переживаний мистического характера они нередко используют бессонницу. Для этого они прибегают к изнурительным молитвам в ночное время. В состоянии измененного бессонницей сознания они умело в проповедях и других формах вводят нужную для них информацию, которая воспринимается без критического анализа.
В работе «Святое семейство» К. Маркс и Ф. Энгельс писали: «Человек, для которого чувственный мир превратился в голую идею, превращает, обратно, голые идеи в чувственные существа. Призраки его воображения принимают телесную форму. В его представлении образуется мир осязаемых, ощущаемых призраков. В этом именно заключается тайна всех благочестивых видений… [9] »
9
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. — Т, 2.— С. 202
В этой главе нами были сопоставлены «благочестивые видения» мистиков с необычными психическими состояниями писателей, поэтов и художников, а также самонаблюдениями моряков, полярников и космонавтов. Анализ этих самонаблюдений и результатов экспериментальных исследований позволили раскрыть психофизиологические механизмы превращения «голых идей» и «представлений» с помощью воображения в «ощущаемых призраков», «принимающих телесную форму».
Джинны, вырвавшиеся из-под контроля
У человека функционирует большое количество врожденных физиологических автоматизмов, регулирующих ритм сердца, дыхания, кровяное давление, содержание сахара в крови, температуру тела, реакцию зрачков па свет и т. д. Трудно себе даже представить, что бы произошло, если бы на одну минуту перестали у человека функционировать автоматизмы. В медицине известен синдром «Проклятие Ундины», встречающийся при нарушении работы дыхательного центра. В основу названия положена легенда, согласно которой водяная фея Ундина, обманутая мужем, лишает его всех автоматических функций. Теперь он должен был постоянно помнить, что ему нужно дышать, держать в поле внимания акт ходьбы, все действия руками и т. д. Заснув, он умирает, так как перестает управлять волевыми усилиями дыхательным центром и другими жизненно важными функциями.
В человеческом организме огромное количество не только физиологических, но и психических автоматизмов, которые при определенных обстоятельствах порождают необычные психические состояния. С давних времен мистики использовали их для доказательства существования духов, потустороннего мира. В этой главе мы постараемся раскрыть истинную сущность психических автоматизмов и идеомоторных актов.
«В нашем автопарке работал шофер первого класса Серов, который рассказывал нам, что он участвует в научном эксперименте по передаче мыслей на расстояние. С помощью какой-то аппаратуры ему прямо в мозг давали слова. Он слышал их и мысленно отвечал. Мы считали, что он просто разыгрывает нас. В июле он совершил аварию. При расследовании причину аварии он объяснил так. Когда он выехал на трассу, то научный центр включил аппаратуру и приказал ему ехать на предельно возможной скорости. Он не мог не подчиниться этому приказу и на повороте не справился с управлением. Его уволили. Главный механик говорит, что это его выдумка, что такой аппаратуры нет. Если такой аппаратуры нет, то кто же тогда командовал его действиями?»
Состояние, о котором пишут водители, относится именно к психическому автоматизму. Проявление его впервые описал выдающийся русский психиатр В. X. Кандинский в конце прошлого века: «Вдруг Долин чувствует, что язык его начинает действовать не только помимо его воли, но даже наперекор ей, вслух и притом очень быстро, выбалтывает то, что никоим образом не должно было бы высказываться. В первый момент больного поразил изумлением и страхом лишь самый факт такого необыкновенного явления: вдруг с полной осознанностью почувствовал в себе заведенную куклу — само по себе довольно неприятно. Но разобрав смысл того, что начал болтать его язык, больной поразился еще большим ужасом, ибо оказалось, что он, Долин, открыто признавался в тяжких государственных преступлениях, между прочим возводя па себя замыслы, которых он никогда не имел. Тем не менее воля оказалась бессильною задержать внезапно появившуюся автономию языка…»