Духовные оды, Державин Гавриил Романович

Духовные оды

Державин Гавриил Романович

Шрифт:

ПРАВОСУДИЕ

Итак стоишь ты твердо в том: Умершие, что с нами жили И в жизни сей несытым ртом Благ чашу незаконно пили, По смерти могут избежать, Чтобы пред Божий суд не стать? Нет! знай, что Правосудья око, Хоть бодрствует меж звезд высоко, Но от небес и в бездны зрит: Тех милует, а тех казнит И здесь, в сей жизни скоротечной, И там, и там, по смерти, в вечной. Двояк за мрачным гробом путь, Которым злые и благие Пред Вседержителя идут. О! верно так. А если б злые И добрые все равну часть Могли в награду принимать, И всех земное б заключало Их недро в равну, вечну тьму: Ах! что бы, человек, мешало Тогда злодейству твоему? Грабь, разоряй, режь, ставь правдивость В ничто, и совесть и стыдливость: Ты можешь все, вся тварь твоя... Нет, стой! Есть Бог, есть Вседержитель, Живых и мертвых есть судья, Есть наших тайных дел ценитель; При имени Его одном Трясет всю поднебесну гром. Боюся я Его прещенья; Благоговею перед Ним. Из одного долготерпенья Он счастье, славу дням твоим И продолжение дарует, Страшись, когда вознегодует! <1796-1797>

ЖЕЛАНИЕ В ГОРНЯЯ

О, коль возлюбленно селенье Твое мне, Боже, Боже сил! Душа в восторге, в умиленье, На пламенном пареньи крыл К Тебе моя летит, стремится, И жаждет Твой узреть чертог; А плоть и сердце веселится, Что царствует мой в небе Бог! Как голубь храмину находит И ласточка гнездо себе, И в нем детей своих выводит, Так я найду покой в Тебе. Блажен в дому Твоем живущий И восхваляющий Тебя, Защитником Тебя имущий В невинном сердце у себя! Долину может он унылу В луга и воды превратить, Ненастье в ведро, — духом в силу Пришед, в Сионе опочить Услышь, услышь мое моленье, О Боже сил! миров Господь! Внуши сердечное прошенье, И призри на меня с высот. В Твоем мне доме день милее, Чем тысячи в дому других; У прага храма веселее, Чем у вельмож на пире злых. Един даешь все благи смертным, Великолепье, славу Ты! Не оставляешь неприметным Ты и меня в моем пути. Так Ты, который управляет Подсолнечной из века в век! Блажен, блажен, коль уповает На Бога токмо человек! <1797>

БРАТСКОЕ СОГЛАСИЕ

Коль красно зрелище, приятно, Где вкупе братия живет! Благоуханье ароматно Как на браду с главы течет, Браду почтенну Аарона, Струяся на ометы риз; Или Синая и Эрмона Когда верхи, преклоншись вниз, Багряным серебром сверкают, И каплет на цветы роса: Так ввек на дом их низливают Благословенье небеса. 1799

ВВЕДЕНИЕ СОЛОМОНА В СУДИЛИЩЕ

Восшел Давид в сень правды, А с ним и Соломон, — Где казнь на злых, благим награды, Законы, врезанны святым жезлом В скрижаль сапфирну, вкруг златую, Хранимы в род и род. Вошел и сел на трон! Велел с собой воссесть и сыну одесную; Старейшины пред ним, склонившися челом, По манию его воссели В молчаньи на своих местах. Невидимо на высотах Псалтыри струны загремели: «Боже! дай царю Твой суд И цареву сыну правду, Да народу подадут И защиту и награду. Да на горы мир сойдет, Правосудие в долины; Бедных да спасет от бед, Плачущих от злой судьбины. Да смирит клеветников И, как солнце ввек сияет И луна меж облаков, Так блистать на троне станет. Так сойдет он в низкий дом С высочайшего престола, Как снисходит дождь на холм И роса на сушу дола. Истина во всех сердцах, Правда в людях населится, И в его блаженных днях Счастие возобновится. Падши, пыль полижут ног Орды перед ним азийски, И бесценности в залог Принесут цари фарсийски. Да помолятся уму В нем подсолнечной владыки; Поработают ему Подчинившися языки, И покажут, что он был Щит от сильных всем бессильным, Вдов и сирых прокормил Током благости обильным; Подданных жалел лить кровь, Ограждал от лихв, неправды, И к себе их чтил любовь Выше всякие награды. Долги будут дни ему, Злато потечет рекою; Дань легко дадут тому, Кто любим от всех душою. Нивы на вершинах гор, Сад Ливанский расплодится; Град, поля восхитят взор, В них блаженство водворится. Пальма, лавр увьют чело, Славою украсят вечной, Чтобы имя процвело Похвалой чистосердечной». Как луч, на верх Ерусалима Снеслася благодать, — Израиль зрел: «Да будет ввек», — в восторге пел, Еговы длань благословима, Приосеняющая нас!!» — За сим умолк псалтыри глас. Ноябрь 1799

УТЕШЕНИЕ ДОБРЫМ

Не ревнуй отнюдь лукавым, Беззаконным не завидь: Скоро Смерть серпом кровавым Их приидет поразить; Упадут — и вмиг увянут, Как подкошенны цветы. Положись во всем на Бога; Землю населя, трудись; Добр будь, не желая многа, В честь Господню насладись: Он подаст тебе, что сердце Пожелает лишь твое. Вышнему во всем доверься, Будь во всем Ему открыт, Крепко на Него надейся, — В пользу все твою свершит: Вознесет, как солнце, правду, И невинность, яко день. Посвятясь Творцу, мужайся, Будь в Его законе тверд; Счастьем злых не ослепляйся, Гордым не ходи вослед; Не ходи, не раболепствуй, Смертных Богом не твори. Не печалься, не сердися, Не злословь и злых глупцов; Паче в доблестях крепися, Умудряйся средь трудов. Ты увидишь: зло поникнет, Добродетель возлетит. Подожди миг, и не будет Самый вред тебе во вред; Будто ветер пепел сдунет, Так исчезнет злобы след: Кротость же наследит землю И сладчайший вкусит мир. Яры взоры грешник мещет И над праведником бдит; Зубом на него скрежещет, Втай везде его следит. Но Господь врагу смеется, Близкий видя рок его. Меч злодеи извлекают, Лук натягивают свой: Низложить они алкают Правых сердцем и душой; Но их луки сокрушатся, Обратится меч им в грудь. Лучше малое стяжанье, Нажитое все трудом, Чем сокровищей собранье, Скоро скоплено с грехом: В праведных руках все споро, Грешников скудеет длань. Добрых Бог благословляет: Твердо ввек наследство их; В люты глада дни питает От щедрот Он их своих; Мытари ж, как овны, жирны; Но иссохнет весь их тук. Грешник, взяв, не возвращает; Праведник всегда дает; Семена ль кому ссужает, То земля приносит плод; На кого ж положит клятву, Плод тех верно погублен. Богом человек крепится, Коль на добром он пути; Хоть падет, не сокрушится; Встанет паки, чтоб идти: Вышняго рука поддержит Во всех случаях его. Был я млад — и состарелся: Добрых в крайности не зрел, Чтоб в забвеньи род их зрелся, Чтобы хлеба не имел: Сами всех они снабжают, И в довольстве чада их. Уклонись от злодеяний, Делай благо — Бог с тобой; Он судья — и воздаяньи Держит все Своей рукой: Семя даже зла погибнет, — Добродетель расцветет. Льет всегда благочестивый Токи мудрости из уст; Муж человеколюбивый Изрекает правый суд: В сердце чистом Бог правитель, Тверды истины стопы. Ищет, ищет беззаконный, Чтоб невинность погубить; Нет, он мнит, ей обороны, А не видит, — Бог ей щит: На суде ль ей быть случится, Будет правою она. Потерпи ж еще немного, Потерпи, храня закон; Как приидет время строго И на злобу грянет гром, — Вознесешься и получишь Достояние твое. Видел, видел нечестивых, Вознесенных яко кедр; Но по неких днях бурливых Я их места не обрел; Вопрошал ходящих мимо, И никто не отвечал. Ведай: честность и невинность Увенчаются венцом; Злость, нечестье, горделивость Кончатся своим концом: Бог помощник людям добрым, Воздаятель он и злым. 1804

НА БЕЗБОЖНИКОВ

Царствует, вижу, всюду разврат, К правде сокрыты путь и дорога; Глупые, злые в сердце их мнят: «Где добродетель? — верно нет Бога: Случай все, случай творит!» Нет, нет, злодеи! есть Бог и зрит Вашу с высот Он глупость и дерзость; Видит сквозь самый мрачный зенит Гнусны деянья, совестей мерзость; Грозно вам в громе гремит: «Я ли забвенным вами мог быть, Всюду блистая в дивных твореньях? В солнце ль меня не хощете чтить? Звезд в миллионах, в тварях, в растеньях! Вам ли меня позабыть? Все позабыли: зрит ли тех свет, Хлеб мой вкушая, кто б помнил меня? Страха боятся, страха где нет; Тщетной надеждой дух свой маня, Тленное вечным всяк чтит». Сгибнут и кости с телом душ тех, Кои безбожно рабствуют миру. Дух мой! кумиров презри ты всех: Звучну приемля царскую лиру, Бога единого пой! 1804

ГРОМ

В тяжелой колеснице грома Гроза, на тьме воздушных крыл, Как страшная гора несома, Жмет воздух под собой, — и пыль И понт кипят, летят волнами, Древа вверьх вержутся корнями, Ревут брега и воет лес. Средь тучных туч, раздранных с треском, В тьме молнии, багряным блеском Чертят гремящих след колес. И се, как ночь осення, темна, Нахмурясь надо мной челом, Хлябь пламенем расселась черна, Сверкнул, взревел, ударил гром; И своды потряслися звездны: Стократно отгласились бездны, Гул восшумел, и дождь и град, Простерся синий дым полетом, Дуб вспыхнул, холм стал водометом И капли радугой блестят. Утихло дуновенье бурно, Чуть слышан шум и серный смрад; Пространство воздуха лазурно И чела в злате гор горят. — Природе уж не страшны грозы, Дыхают ароматом розы, Пернатых раздается хор; Зефиры легки, насекомы, Целуют злаков зыбки холмы, И путник осклабляет взор. Кто сей, который тучи гонит По небу, как стада овнов, И перстом быстры реки водит Между гористых берегов? Кто море очертил в пределы, На шумны, яры волны белы Незримы наложил бразды? Чьим манием ветр вземлет крыла. Стихиев засыпает сила, Блеск в хаосе возник звезды? — И в миг единый миллионы Кто дланию возжег планет? О Боже! — се Твои законы, Твой взор миры творит, блюдет. Как сталью камень сыплет искры, Так от Твоей струятся митры В мрак солнцы, средь безмерных мест. Ты дхнешь: как прах, вновь сферы встанут; Ты прервешь дух: — как злак, увянут; — Твои следы суть бездны звезд. О вы, безбожники! — не чтущи Всевышней власти над собой, В развратных мыслях тех живущи, Что случай все творит слепой; Что ум лишь ваш есть царь вселенной, Взгляните в буйности надменной На сей ревущий страшный мрак, На те огнем блестящи реки, — И верьте, дерзки человеки, Что все величье ваше — прах. Но если вы и впрямь всемочны, Почто ж вам грома трепетать? Нет! — Гордости пути порочны Бог правды должен наказать. Где ваша мочь тогда, коварствы, — Вновь созданны цари и царствы, — Как рок на вас свой склонит перст? Огонь и воды съединятся, Земля и небо ополчатся, И меч и лук сотрется в персть. Но тот, кто почитает Бога, Надежду на Него кладет, Сей не боится время строга, Как холм средь волн, не упадет. Пусть зельна буря устремится: Душой всех превзойти он тщится, Бесстрашен, мужествен средь бед; И под всесильным даже гневом, Под зыблющим, падущим небом, Благословя Творца, — уснет. Труба величья сил верьховных, Вития Бога и посол! О гром! — гроза духов тех гордых, Кем колебался звезд престол! Земли ты чрево растворяешь И плодородьем мир венчаешь; Но твой же может бросить тул И жуплов тьмы на князя ада. — Встань! грянь! — и в след его упада По безднам возгрохочет гул. 1 апреля 1806

НАДЕЖДА НА БОГА

Бог нам прибежище и сила, Помощник в скорбях, средь врагов! Хотя б вселенная грозила И горы, двигшись с берегов, В сердца морские прелагались, Не убоюсь, — защитник Он! Пусть гром гремит, бурюют бури, И до небес восходит понт, Сверкают молньи средь лазури И рдеет черный горизонт; Но вод кипящих устремленье Увеселит лишь Божий град. Бог посреди — священны стены Не двигнутся Его никем: Со утром придут перемены; Смятутся вражески тьмы тем, Уклонятся престолы, царствы, Даст Вышний глас, — вздрогнет земля! Господь помощник мой, спаситель — Придите, зрите чудеса! — Заступник, жезл и защититель, Моя и слава и краса. Он хощет, — и враждебны сонмы Оцепенеют вкруг меня! С концов земных сопхнутся брани, Лук сокрушится, копие; Блаженных, мирных дней, деяний Исполнит наше житие, Мечи железны переплавит В плуги, серпы и косы Он, — И упразднится злоба ада, Да разумеет человек, Что небо тем покров, отрада, Кто в правде свой проводит век. Так! — Бог, Господь мой мне заступник И на Него надеюсь я! 8 сентября 1807

СЕТОВАНИЕ

Услышь, Творец, моленье И вопль моей души; Сердечно сокрушенье, Вздыхания внуши, И слез моих от тока Не отврати лица. Но в день, в который стражду, Зову Тебя, стеня, Твоих щедрот как жажду, Воззри Ты на меня И с высоты небесной Скорей меня услышь. Ты видишь: исчезают Все дни мои, как дым; Все силы умирают; Как злак под зноем злым Падет, бледнеет, вянет, — Изныло сердце так. Сожженна грудь слезами, Хлеб, сон забвен, покой; Плоть ссохлася с костями; Как остов образ мой, И глас от воздыханий В устах моих исчез. Как птица в мгле унывна, Оставленна на зде, Иль схохлена, пустынна Сидяща на гнезде В ночи, в лесу, в трущобе, Лию стенаньем гул. Друзья днесь уклонились, Враги меня теснят, И те, что мной хвалились, Клянут меня, бранят За то, что пища — пепел, А слезы мне питье. И все сие от гнева, Увы! Твоих очес, Что Ты, Создатель неба, На высоту вознес И вниз меня низвергнул, Увял, поблек мой цвет. Воззри же на смиренну Молитвы Ты мою, И жертву воскуренну Не уничтожь сию, Да в роды возвестится Твое спасенье мне. 27 сентября 1807

ПРОПОВЕДЬ

Благо проповедать Бога И всегда вещать о Нем, Что премудрость, сила многа, Истина и благость всем Зрится во вселенной чудной; Ночью славен Он и днем, — И Ему от арфы сладкострунной Мой да раздается гром. Возвеличил меня сильно Во твореньях Он своих. В краткий век мой изобильно Насладяся я благих, Веселюся в вечер лунной Чудных дел Его умом, — И Ему от арфы сладкострунной Мой да раздается гром. Муж безумный благ не знает, Див не разумеет сих И, трава как, увядает В мрачных помыслах своих; Но я верю в Промысл чудной: Был моим Он ввек щитом, — И Ему от арфы сладкострунной Мой да раздается гром. Все враги мои погибнут, — Господи! Твои враги. Злы дела их в ров низринут, Вознесутся же благи. В старости маститой, мудрой Правда возблестит челом, — И Тебе от арфы сладкострунной Мой да раздается гром. Я взгляну презренным оком На противников моих. Как в лукавствии глубоком, Во глумленьи скажут их: «Феникс, праведник подспудной, Кедр из праха взрос вновь холм». И Тебе от арфы сладкострунной Мой да раздается гром. Насажденны в дому Бога Доблести из тли взойдут: Честность, мудрость, вера строга В царстве росском процветут, И промчится глас повсюдной: Прав Бог! нет неправды в Нем! И Тебе от арфы сладкострунной Мой да раздается гром. 29 сентября 1807

БЛАГОДАРНОСТЬ

Исповемся я душою, Сердцем всем Тебе моим: Средь поющих Ангел строю Цитрой благодарный гимн Взбрячу, что Ты глаголу, Господи внял уст моих. Храму Твоему святому В умиленье поклонюсь, Богу кроткому, благому Слез реками пролиюсь, Что вознес меня от долу На чреду высот Своих. Бог и впредь меня услышит, Как Его я призову; Ум и сердце мне возвысит, Крепость даст, подобно льву, И своей мне силой душу Расширит, наполнит грудь. И услышат и познают Власти и цари земны, Что те ввек не погибают, Кто Творцом охранены. Я все ужасы разрушу, Правды, славы в путь пойду. Издалече Бог надменных Угнетает бед ярмом, А с высот на униженных Призирает благ лучом; Тех низводит, сих возводит, Манием весь правит свет. О всесильный! если скорбью Я и впредь сражусь, стеня, — Оживляй Твоей любовью, Провождай в слезах меня, И как гром на злых снисходит, Дух Тебя мой да поет. 30 сентября 1807

1 2 3 4 5

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Духовные оды

Державин Гавриил Романович

Шрифт: