Чтение онлайн

Она была женщиной среднего возраста, невысокого роста и тощего телосложения, в общем, средняя во всем. За спиной ее в шутку называли «Половина Менделеева». Изрядно поседевшие, прямые, словно солома, секущиеся волосы миссис Ева постоянно закрашивала черной краской и собирала на затылке в ровный куль. Одевалась она всегда опрятно, в безукоризненно выглаженную рубашку, серые брюки с ярко выделяющимися стрелками, и черный клетчатый пиджак.

Отодвинув стул, царапающий поверхность линолеума своими ножками, женщина уселась за стол и раскрыла перед собой журнал класса. Оглядев своим хищным, словно у голодной акулы, прищуренным взглядом аудиторию, она отметила отсутствующих.

–Так,– раздался на весь класс ее спокойный, но громкий и отчетливый голос.– Записываем тему урока,– выйдя к доске, миссис Ева взяла самый длинный кусочек мела из имевшихся и, отвратительно карябая им по поверхности доски, начала писать и одновременно медленно диктовать,– решение задач на энергетику и скорость химических реакций.

Закончив, она поставила жирную точку и вернулась обратно на свое место. Игорь лихорадочно листал тетрадь, пытаясь запомнить хоть что-нибудь. Судя по началу дня, он чувствовал, что ее палец ткнет именно на его имя в журнале. И ожидания не подвели.

–Ну что, Соловин,– улыбнувшись кривоватой издевательской улыбкой и поправив на своей переносице очки в пластмассовой фиолетовой оправе, не разочаровала учительница.– Вперед к доске.

Встав с места, паренек неторопливо пошел в другой конец класса. В спину впивались смеющиеся взгляды одноклассников. Взяв мел со специальной поставки, он начал записывать условия задачи.

–Определите, как изменится скорость некоторой реакции, если повысить температуру от 10 до 20 градусов Цельсия,– уверенная в скором фиаско парня, тягуче, словно общаясь с умственно неполноценным ребенком, диктовала учительница.

Игорь, законспектировав условие, отошел на шаг от доски и несколько раз перечитал текст, уже понимая, что понятия не имеет, как это решается. Игнорируя насмешливый взгляд миссис Евы, он перебирал в пальцах кусочек мела, и ему ничего не оставалось, как просто угрюмо молчать.

–Ты будешь что-нибудь делать, или нет?– спросила она через минуту у беспомощного, словно котенок перед огромной собакой, Игоря.

Парень будто и вовсе не слышал учительницу, выставляющую его перед всем классом на посмешище.

–Игорь!– несколько раз щелкнув пальцами, крикнула она.– Ты там уснул, мистер?

В классе послышались смешки, которые Игорь, резко обернувшись, прервал своим гневным взглядом из разряда «тебе не жить».

–Нет,– почти прорычал он в ответ.– Я не знаю.

–Ладно,– прочистив горло и заерзав на стуле от столь неожиданной реакции ученика, сказала миссис Ева.– Тогда объясни мне, что же такое промоторы и ингибиторы?

Игорь вспомнил, что что-то такое в его записях было, и он учил это. Но сейчас, в стрессовой ситуации у него все знания вылетели из головы, словно кто-то специально их оттуда вытащил. В состояниях, подобных этому, его чувства обострялись, и мальчику казалось, что в такие моменты он может поймать летящую муху. Все вокруг него будто замедлялось и секунды тянулись со скоростью минуты. К тому же, у него вконец пропало настроение отвечать, поэтому он просто отрицательно мотнул головой.

–Тогда садись, сладкий. Плохо,– сказала миссис Ева, старательно и с чувством выполненного долга выводя аккуратную на своем листочке рядом с его именем жирный красный «Неуд».

Отряхнув руки от практически неиспользованного по назначению мела и смерившись с сегодняшним выговором от мамы, Игорь вернулся за свою парту. С раздражением убрав химию со стола и шепча под нос что-то на подобие: «В конце года я ее в мусорное ведро выкину»,– он достал увесистую книгу Булгакова «Мастер и Маргарита», раскрыл ее на том месте, где остановился вчера, и на оставшееся время урока, не обращая внимания на скучную болтовню миссис Евы, погрузился в роман.

В последнее время Игорь старался читать только классику. Он считал, что наступила пора перейти к более серьезной литературе и постепенно отвыкать от всяких фантастических сказок, которые он так любил. Перестать фантазировать. Стать взрослым. Ведь жизнь – это не сказка, в ней не бывает чудес и магии. Как же он в этот момент ошибался!

3

Дойдя до места, где Иешуа Га-Ноцри предстал на суд перед Понтием Пилатом, прозвонил спасительный звонок. Довольно вздохнув и убрав книгу в сумку, Игорь самый первый вылетел из кабинета, даже не попрощавшись с Еванргелиной Геворговной.

Воткнув в уши свои белые наушники, он нажал на кнопку «плей», но вместо музыки включилась реклама какой-то кухонной утвари, которая его буквально преследовала последний месяц. Парень тихо бесился, пока в динамиках говорил голос диктора, но наконец-то реклама закончилась, и Игорь, сделав свой любимый трек Дрейка на максимум, чтобы заглушить гомон учеников, отправился на прогулку по коридорам школы. Чуть пританцовывая кистями рук и проходя мимо висящих на стене вывесок, сообщающих о последних школьных конкурсах и их призерах, он случайно заметил фотографию Карины, которая держала диплом третьего места по физике. «Точно,– подумал парень,– она же в июле ходила на какие-то соревнования среди умников».

Спустившись на второй этаж, Игорь решил зайти в уборную и вымыть руки от остатков мела, невидимых, но раздражающе сушивших кожу. Он пересек длинный коридор и, взявшись за ручку, открыл дверь. Тут его ждал еще один неприятный сюрприз, стоящий в списке неприятностей, запланированных для него судьбой на этот день.

Туалет представлял собой две комнаты, разделенные проходом без двери. В одной части, в которую зашел Игорь, стояли умывальники, а в другой находились туалетные кабинки.

Рядом с проходом стоял, словно громила-охранник перед входом в дорогой ресторан, самый крупный из всех учеников, которых когда-либо встречал Игорь за свою жизнь, человек-переросток по имени Сава. Он был высоким, толстым, со спутанными засаленными черными волосами, слегка смугловатой кожей, и напоминал Игорю хряка в самом расцвете сил. Одет Сава был в брюки и расстегнутую до самой груди простую белую рубашку с закатанными рукавами, на которой местами были видны темные пятна от проступившего через поры пота. На правой руке он носил здоровые серебряные часы с золотыми стрелками, а на шее свисала толстая серебряная цепь, немного скрываемая густыми волосами. Но паренька расстроил вовсе не он, а тот, кто, почти на девяносто девять процентов, сейчас находится во второй комнате.

–Игорь!– хрюкнул своим неприятным голосом Сава и обернулся.– Смотрите кто здесь, ребята!

Подскочив к застывшему от неожиданности гостю, здоровяк затащил его в туалет, захлопнул дверь, и отволок в соседнюю комнату.

Оказавшись во второй половине помещения, он сразу же понял, что прервал избиение. В углу на корточках сидел мальчик, лет на пять младше него. Он зажимал трясущейся от испуга рукой разбитый нос, пытаясь остановить кровь, капающую на пол, словно вода из неисправного крана, а рядом с ним, потирая красные от удара костяшки кулака, ухмыляясь, стоял рыжеволосый, разодетый в дорогущие «Гуччи» и тому подобные «…-уччи» одежды по последнему писку моды, Йэн. Игорь терпеть не мог этих двоих недоумков, но они были всего лишь прихвостнями того, кого он считал своим врагом и ненавидел больше, чем его подручных вместе взятых раз в десять.

–Кто это тут такой?– отстранившись от стенки кабинки, издевательски спросил вместо приветствия, славившийся своей заносчивостью и высокомерием, Стефан.– А где же твой защитничек? Неужели ты решил, что если мы тебя так долго не трогали, то я забыл про тебя и он больше не нужен?

Сжав в немом бешенстве кулаки, Игорь, не удостоив неприятеля ответом, прожигал взглядом его лоб.

–А мы тут как раз заканчиваем,– не прекращая болтать, продолжил паренек, указав на избитого мальчугана.