Чтение онлайн

– Опять - твои проблемы.
– Не дал себя перебить Артём.
– Держись подальше от злой собаки и она тебя не укусит, если сама кусаться не умеешь.
– Артём снова повернулся к водителю.

– А дыню он тебе почему подарил?
– Ушла от неприятных воспоминаний Лена.

– Я ему пожелал удачи в делах на его родном языке, вот он и расчувствовался.
– Не поворачиваясь отозвался Артём.

– Ты знаешь грузинский?
– Удивлённо спросила Лариса.

– Армянский.
– Поправил ее Артём.
– Нет, не знаю. Так несколько вежливых фраз и ругательств.

– Зато на доброй сотне языков.
– Вставила Вика. Артём пожал плечами.

– А он тебе что сказал?
– Не отстала Лариса.

– Он… - Протянул Артём.
– А он видать очень по дому соскучился.
– Артём замолчал.

– Ну все таки.
– Теперь интерес вылился и из Лены.

– Ну, примерно это переводится как «я заберу твою боль», армяне такое очень мало кому говорят - серьезные слова.
– Артём, с несколько задумчивым видом, снова повернулся к Андрею.

– Я каждое лето, в детстве, в деревне проводил.
– Неожиданно начал Олег.
– Скука там была смертная, никаких развлечений: сад, огород, да пожарный пруд в котором и рыбы толком нет и искупаться не получается, так, поплескаться, по колено в иле. А в лес идти далеко, хоть вот он, под боком, но надо обойти большую территорию пионерского лагеря, внутрь-то нас не пускали. Вот мы с деревенскими пацанами и развлекались - каждую ночь туда ходили лагерных бить.

– За что?
– Спросила Лариса.

– А вот так, просто бить: у вас есть, а у нас нет - есть повод побить.
– Пожал плечами Олег.
– Милиция далеко, лес рядом, и лес наш. Налетели, побили, конфеты отобрали и, пока вожатые проснулись, нас и след простыл. Потом в деревню возвращались, перед местными девчонками подвигами хвастаться. Вроде есть о чем поговорить, когда поговорить не о чем. Практически каждое лето так развлекались, пока не повзрослели, а когда повзрослели, сообразили: у нас самогон был, а в лагере нет, и сигарет в лагере не было. А за самогон и сигареты можно и конфет куда больше получить и даже на дискотеку пройти. Вот так-то - повзрослели.
– Олег замолчал.

– Ты хочешь сказать.
– Начала было Лена, но Олег ее тут же перебил.

– Именно это я и хочу сказать! Общество взрослеет каждым из его членов! А на коне всегда оказывается тот, кто первый понял главное: нет национальностей, а есть люди, человеки, просто все немного разные. И если ты этого не понимаешь, это твоя проблема, проблема твоего образования, твоей недоразвитой толерантности и коммуникабельности.

– Но ведь… - Снова начала Лена, и Олег снова ее перебил.

– А ты не перетыкивай! У Равшана, Сулико, Гюльчитай, Рамзана, Ашота и Важи те же проблемы и это их проблемы! Ты не сможешь их за них решить! Кому было надо, и кто посообразительней, уже давно вылезли из ракушек национальных признаков, выблевали из себя ксенофобию и прекрасно общаются с такими же людьми в рамках мирового социума, а не своей маленькой национальной группы, делая выводы и строя отношения с Человеком и его качествами, а не его национальностью.

– Угу, тут и веселее, да и возможностей больше.
– Вставил свои пятнадцать копеек в разговор Виктор. Лена, не найдя что добавить, насупилась, но встретившись с Олегом глазами, тут же снова пошла в атаку.

– А как же национальная идея! Национальные интересы! Нацио…

– Я уж думал не дождусь!
– Засмеявшись перебил ее Олег.
– Национальность, это не конкурентное преимущество, а повод! Без разницы кто ты: русский, грузин, эвенк, чеченец, мордвин или нанаец, нельзя заставить остальной мир любить тебя и слушаться. Вернее не так.
– Осек он сам себя.
– Заставить можно, но не на долго. В этом можно только убедить! Будь ты хоть чукча, не ограничивайся выращиванием самых лучших оленей, пусть это и признает весь мир - это не предел.
– Олег взмахнул рукой, как бы подчеркивая простоту озвучиваемого решения.
– Напиши стихи, например, которые будут учить в школах всего мира, прославь этим свою нацию, и тогда все скажут: чукчи - великая нация, раз они смогли воспитать в рамках своей истории и своих обычаев такого поэта.
– Олег замолчал, ожидая реакции Лены, но она молчала и ему пришлось продолжать.
– А все остальное, не больше чем «ребята с нашего двора»: один прыщавый, второй в футбол хорошо играет, третий хулиган и разгильдяй. При это доподлинно неизвестно, кто из кого вырастет, отличник может стать алкоголиком, а хулиган прекрасным ученым.
– Олег снова замолчал.

– Вот-вот.
– Снова подхватил инициативу Виктор.
– Все за них болеем, от Сахалина до Питера, а они опять на чемпионат мира по футболу не попали!

– Кавказ тоже вЭсь бАлЭл!
– Обернулся к компании Артём.
– И тожЭ расстроЭн! Вах!
– Он пародийно поднял левую руку.

– Что я тебе говорил.
– Шепнула Вика на ухо Ларисе и взглядом показал на Лену - девушка молчала и Лариса уже хотела согласиться с ней, но Лена вовсе не была намерена так просто сдаваться.

– Возможно они, когда им от тебя что-то нужно или речь идет о мелочах, и замечательные ребята, но стоит повернуться спиной или хоть на мгновение утратить бдительность, тут же вскроется вся их гнилая сущность!
– Выпалила она.

– Ого, как на митинге!
– Подстегнул ее Олег не понимая куда она клонит.

– При чем здесь митинг! Взять тех же евреев...

– Не надо меня брать.
– Приподняла голову над сиденьями Вика. Лена тут же сбилась.
– Будем знакомы.
– Успешно скрывая смех продолжила Вика.
– Виктория Семеновна Шлемович. В школе меня все «Шельмович» называли.
– Лена потупилась.
– Да расслабься ты, я на эту тему не запариваюсь.
– Вика пересела к ней и примирительно положила руку на плечо.

– Прости, я не знала.
– Зачем-то извинилась Лена. Вика рассмеялась.

– Да не за что здесь извиняться!
– Окончательно сбитая с толку Лена замолчала, чем неприминул воспользоваться Олег.

– Именно не за что. Евреев вообще надо под микроскопом изучать. Разбирать до последнего гена и изучать. Второй нации, с такими организаторскими способностями лично я не встречал.

– Туцэя.
– Артём снова повернулся к спорщикам.
– Туцэя. Прикольные ребята, на китайцев похожи, любого еврея по этой части за пояс заткнут.

– И наш Шен туцэец?
– Удивленно спросил Олег.

– Да.
– Просто ответил Артём.
– Я думал ты знаешь.

– Откуда? Я слово-то это от тебя первый раз слышу.

– Вот те раз!
– Со смехом удивился Артём, но тут же вернулся к прежней теме и повернулся к Лене.
– Евреи расчетливы, запасливы, и очень быстро считают.

– Да и вообще талантливая нация.
– Вставил Витёк.

– Именно.
– Согласился Артём.
– А тот имидж, который вокруг них сложился, по моему разумению, не больше чем зависть.

– Но...
– Попыталась встрять Лена.

– Но они не воины.
– Не дал себя перебить Артём.
– А «не воины» и «запасливы», никак не сочетающиеся в жестоком прошлом понятия. В результате имеем то, что имеем - тысячи лет все хотели их уничтожить, под разными предлогами, так как у них тупо было что отобрать. А история пишется кем?
– Артём посмотрел на Лену, ожидая от нее ответа.

– Победителями.
– Согласно кивнула девушка.

– Именно. А какому победителю захочется написать, что он банально все отобрал у не сопротивляющегося противника? Никакому. В такой победе нет славы, а вот если он боролся с всемирным злом, совсем другое дело: громкая победа, почести и слава, литавры и место в истории.

– Дальше куда?
– Позвал Артёма Андрей.

– Темыч по своему обыкновению глубоко залез.
– Принял эстафету Виктор.
– Я так глубоко не полезу. Вторая Мировая, те же гнобимые и всеми обижаемые евреи, хоть и не воины, так же шли на фронт и так же погибали, рядом с грузинами, русскими, нанайцами, чеченами, армянами, белорусами, молдаванами и прочими. И так же делились последним глотком и последней коркой, так же вынося раненых и не спрашивая, какой они национальности.

– А...
– Наконец приняла участие в разговоре Лариса.