Чтение онлайн

– Чего?
– Не понял Олег.

– Да вы забодали уже со своими высокими материями!
– Засмеялся Гоша.
– Остальные-то половины не понимают и уже конкретно заскучали, да и идеи, что подарить данным голубкам на свадьбу вы мне так и не подкинули!

– Да-а...
– Загудел Вася.
– Подарок на свадьбу, это вопрос вопросов! У меня один знакомый женился, в начале девяностых, когда на рынок китайская электроника беспощадным потоком хлынула, так ему одних музыкальных центров штук пять подарили!

– Подари им большой малиновый ковер!
– Ненормально загоготал Витёк откинувшись на спинку кресла.

– Точно-точно!
– Поддержал его Олег. Остальные недоуменно переглянулись.

– Что-то вы, господа, меня пугаете.
– Удивленно посмотрев на них сказал Артём.
– Не вижу ничего могущего вызвать такой неудержимый приступ смеха в малиновом ковре.

– Зато я их прекрасно понимаю.
– Неожиданно подала голос Елена.
– Уж не знаю чем вам насолили эти Миша и Женя, но если рассматривать малиновый ковер как вариант подарка - стеб шикарный.

– Совсем вы меня запутали.
– Тряхнул головой Артём.
– Малиновый ковер и шикарный стеб - ничего не понимаю.

– Ай батюшки!
– Засмеялась Вика.
– Ты и не понимаю! От тебя ли я это слышу!

– Ну хватит вам.
– Вступилась за Артёма Лариса.
– Человеку бесконечно повезло, в его детстве не было огромного малинового ковра во всю комнату, который его родители приперли невесть откуда.

– Хорош взрывать мне мозг!
– Не выдержал Артём.

– В чем все таки стеб?
– Оторвался от третьего куска мяса Василий.

– Эка тебе Артёмова готовка по душе пришлась.
– Засмеялась Аня.

– И не говори, - Согласился Василий.
– такого обалденного мяса я еще не кушал. И, все таки, в чем стеб?

– Давным-давно, - начал пародируя чтеца сказок Виктор, - когда деревья были до самого неба, а утро начиналось с «Пионерской зорьки» горланящей из единственной станции радиоприемника.

– В квартирах счастливых советских граждан, - перебил его Олег, - было три предмета символизирующих достаток и...

– Хрусталь, книги и румынская стенка.
– Перебила мужа Вика.
– Но среди них особняком стоял малиновый ковер, размером от края и до края самой большой комнаты в типовой советской квартире.

– На котором, мать его, было видно каждую соринку из-за чего его приходилось пылесосить практически каждый день!
– Воскликнул вспомнив это Гоша.

– Именно!
– Поддержал его Олег.

– А то и собирать руками соринки, с которыми не справился пылесос «Вихрь»!
– Добавил Витёк.

– Все родители хотели иметь такой ковер и добывали его, а потом жестко эксплуатировали детей на его чистке.
– Закончила Вика.

– У твоих тоже такой был?
– Обратился к Гоше Виктор.

– А то!
– Воскликнул тот.
– И папаша мой, помешанный на чистоте, педорасил его постоянно да и меня заставлял с бумажным кульком по нему ползать собирая каждую крошку!

– Да уж!
– Засмеялся Витёк.
– На нем каждую крошку видно было!

– Спасибо за разъяснения.
– Грустно сказал Артём.
– Теперь все понятно: малиновый ковер и «педорасил», но вы не перебарщиваете?

– Мы?!
– Набив рот очередным куском мяса, возмутился Витёк.
– Да мы сама доброта!

– Он конечно сука неблагодарная.
– Перебил его Артём.

– Но об этом мы промолчим.
– Осек его Олег, Артём согласно кивнул.

– И, по моему разумению, не стоит столь жестко стебаться над нашим господином Безуховым.

– Безуховым?
– Удивленно вступила в разговор Анна.
– У него фамилия Безухов?

– Вроде совсем не Безухов.
– Удивленно сказал Гоша.

– Не Безухов.
– Согласился Артём.
– Я имел ввиду господина Пьера Безухова.

– А при чем здесь «Война и мир» уважаемого Льва Николаевича?
– Спросила Лена.

– Ты хочешь сказать, что Пьер был геем?
– Поддержала вопрос Лариса.

– Именно.
– Кивнул Артём.
– Только это не я хочу сказать, а господин Толстой написал.

– Что-то не помню я такого.
– Пожала плечами Вика.

– Ну как же!
– Засмеялся Артём.
– Вспоминай. Вернулся из Европы, странный какой-то, девушек сторониться.

– Да-да-да-да-да.
– Подхватил Виктор.
– Вспоминаю-вспоминаю. Его и Петербургский свет из-за этого сторониться начал, а потом он вообще в масоны подался.

– Действительно, - ухмыльнулся Олег, - я тоже что-то вспоминать начал: про него еще шептались, что он какую-то европейскую заразу подцепил новомодную.

– И на фронт в белом костюме приехал.
– Как-то просто и буднично добавила Лариса.

– Секундочку.
– Вступила в разговор Роза.
– Но он же потом на Наташе Ростовой женился.

– Ну и что!
– Загоготал Гоша.
– А до этого у него была жена которой так его хватало, что она гуляла с половиной Петербурга! Он с ней развелся, покрутился в мужским обществе настоящих масонов и на фронт ушел, в белом костюме!

– Где и был излечен от новомодной европейской заразы войной и смертью друга.
– Самым будничным тоном сказал Артём.

– Бряцаньем славы русского оружья!
– Пародирую стихосложенье подхватил Виктор.

– Гусарской доблестью и партизанской славой!
– Не переставая жевать воскликнул Вася.

– Извращенцы вы!
– Засмеялась Лена.

– А что так?
– Виктор повернулся к ней и скуксил недовольную рожицу.

– Для вас ничего святого нет!
– Со смехом, но вполне серьезно ответила девушка.

– Полностью с тобой согласен!
– Засмеялся в ответ Гоша.
– С ними поведешься, и не такой ереси нахватаешься!

– Почему ереси?
– Не переставая жевать, спросил Олег.
– Все очень логично: вернулся из-за бугра, странный, жеманно женственный, излишне чувственный и сентиментальный.
– Олег отложил вилку, заглянул в свой пустой бокал и потянулся за бутылкой вина.

– А Лев Николаевич был человек культурный и не мог прямо написать - «пидор», вот и накрутил красоты.
– Перехватил инициативу Витёк.