Чтение онлайн

– Последний раз он звонил с мыса Доброй Надежды!

– С ума сойти! Мыс Доброй Надежды! На меня повеяло детством, морскими рассказами Станюковича! А вы-то их читали, молодежь?

– Я читала!

– И я читал! – сказал Валерка. – Мне больше понравилось «Вокруг света на коршуне»! Это здорово!

– А говорят, нынешняя молодежь не любит читать!

Но тут мы уже приехали. Поблагодарив Бориса Ивановича, мы выскочили из машины возле Музыкального театра на Пушкинской улице, теперь она называется Большая Дмитровка. Непонятно, чем Пушкин не угодил городским властям? Времени у нас было навалом. Мы не спеша направились к памятнику Пушкина.

– Где бы нам лучше пристроиться, чтобы все видеть, а? Как ты думаешь? – спросил Валерка. – Они у самого памятника встречаются?

– Матильда так сказала.

– Ну, если так… тогда, значит, спереди. А мы найдем местечко сзади! – Логично?

– Вполне!

На наше счастье, с одной из скамеек как раз поднялись две пожилые дамы и направились к переходу через улицу. А мы поспешили занять их место. Теперь мы сидели в тени и могли видеть, что делается у памятника.

– Ась, посторожи мое место! – шепнул Валерка и куда-то понесся.

Вскоре он вернулся с двумя газетами:

– На вот! Прикройся!

И мы, как два глупых шпиона в старом кино, раскрыли газеты, чтобы нас не было видно. Меня разбирал хохот.

– Ты чего? – обиженно спросил Валерка.

Я ему сказала про глупых шпионов.

– Сама дура! – вспылил он. – Газета – лучшее прикрытие. Ты глянь, сколько народу вокруг читает газеты!

Действительно, очень многие на скамейках сидели с газетами. Я чуть не задохнулась от смеха, представив себе, что каждый из них за кем-то шпионит. И вдруг я перестала смеяться. Разом. К памятнику со стороны кинотеатра спешил Илюша. В руках у него был небольшой букетик васильков.

– Аська! Внимание! – шепнул Валерка.

– Вижу!

– Смотри-ка, раньше времени приперся. И цветочки в цвет глаз дамы подобрал!

Но вот Илюша встал так, что мы не могли его видеть со своего места.

– Сейчас гляну, где он! – шепнул Валерка и затесался в группу иностранных туристов, остановившихся возле памятника. Группа сместилась в сторону Елисеевского магазина, и Валерка сместился вместе с нею. Грамотно действует, ничего не скажешь. Потом я и его потеряла из виду. Зато на бульваре появилась Мотька. Она поглядела на часы и решительно зашагала к памятнику. Я же, как настоящий сыщик, наблюдала за ней из-за газеты. О себе я подумала как о сыщике… Это папа всегда смеялся, говоря, что в советских детективах наши – всегда разведчики, а иностранцы – всегда шпионы! Вот и я туда же… Смешно! Но куда же девался Валерка?

И тут же он плюхнулся рядом со мной – мокрый, как мышь.

– Валерка, что с тобой? Тебя кто-то облил?

– Да нет, меня в пот бросило! Аська, что я видел…

– Да что ты видел?

– Перстень!

– Перстень? Где?

– Да на Илье! У него на пальце перстень!

– Тот самый? – ахнула я.

– А почем я знаю? Я ж его не видел! Но вообще-то похоже! Золотой с черной печаткой!

– Ну, тогда можно успокоиться! Уж Мотька точно выведает все, что сможет! И ее любопытство его не удивит нисколечко!

– Вполне естественно, ведь не у каждого пацана такой перстень на руке, правда? Хотя… Сейчас многие болваны носят перстни… Издали не отличишь…

– Будь спок! Матильда, если надо, умеет быть не хуже пиявки! Так вопьется, не обрадуешься! Ну а куда они пошли?

– В «Макдоналдс»! Я же говорил, что у него плохо с воображением!

– Ну и что теперь?

– Предлагаю тоже туда пойти, выпить по коктейлю!

– Нет! Мотька рассердится и будет права!

– Но я не могу бездействовать!

– У тебя шило в одном месте?

– Именно! Шило! – патетически воскликнул Валерка, а я покатилась со смеху.

– Смеешься?

– А что, нельзя?

– Смейся, смейся…

– Ну хорошо, что ты предлагаешь?

– А давай наведаемся на Остоженку?

– Зачем?

– Поглядим, что там и как, может, порасспрашиваем во дворе насчет фирмы…

– Это, конечно, можно, но… Понимаешь, мне кажется, до разговора с Матильдой не стоит этого делать.

– Почему?

– Мы можем все только испортить.

– Нет, мы ничего не испортим, мы просто изучим местность… Ну, Ась, ну пожалуйста, давай туда смотаемся, тут близко, сейчас на троллейбус сядем – и через десять-пятнадцать минут мы там…

Он смотрел на меня с такой мольбой, и к тому же я знала, если я откажусь, он все равно пойдет туда один и, чего доброго, наделает каких-нибудь глупостей.

– Ладно, уговорил!

– Я всегда знал, что ты человек! – прочувственно сказал Валерка.

И мы пошли к остановке троллейбуса.

– Ась, а ты помнишь, как раньше Остоженка называлась?

– Метростроевская, кажется.

– Остоженка лучше звучит, правда?

– Правда.

Подошло подряд три троллейбуса, мы влезли в третий и сели. В третьем народу было уже немного.

– А кстати, Валер, как вы до этого двора-то добрались? Илья на машине, что ли, ездил?

– На машине. Его у метро «Беляево» подобрал красный «Москвич». За рулем был какой-то молодой парень. Митька, кстати, его сфотографировал. Они сперва заехали в какой-то двор на Профсоюзной, вылезли и вошли в обычный жилой подъезд, проторчали там часа полтора, потом вышли и поехали на улицу Дмитрия Ульянова, опять вошли в подъезд и там тоже проторчали не меньше часу. Потом на Ленинском заехали в магазин «Деликатесы», накупили чего-то, опять сели в машину, заехали во двор дома в Лаврушинском переулке, там пробыли около часу…

– А деликатесы в машине оставили? – уточнила я.

– Да. А потом уже покатили на Остоженку.

– Как ты думаешь, что они делали во всех этих домах?

– Понятия не имею! Может быть, там какие-то фирмы без вывесок размещаются… Мы же не могли за ними вплотную идти…

– Понятно. А почему ты решил, что он работает именно на Остоженке?

– Потому что оттуда он уже никуда не ездил… Только пешком ходил в переулок, я забыл, как называется… Но я могу показать!

Мы вошли во двор, где громоздилось довольно много мелких строений. И почти тут же дверь одного из них открылась, и на пороге возник тот самый мужчина с золотой цепью, которого я уже видела однажды. Вид у него был сердитый и несколько при этом растерянный.

– Эй, молодежь! – крикнул он нам. – У вас случайно телефонных жетончиков нет?

Мы стали рыться в карманах.

– Как назло, надо позвонить, а кабель порвался, восстановят не раньше, чем через два дня. И сотовый, черт бы его побрал, барахлит!

– Вот! – сказал Валерка. – У меня есть!

– Спасибо, браток! Сколько у тебя, два? Вот, держи!

Он сунул в руку Валерке десять тысяч, схватил жетоны и быстро направился на Остоженку, к автомату. Валерка растерянно глянул на меня и вдруг сорвался и побежал за мужчиной. Я побежала за Валеркой. Мужчина уже набирал номер, Валерка остановился неподалеку, словно ждал момента отдать сдачу, а я быстренько подошла к стоявшему рядом с автоматом фруктовому ларьку, где пожилая женщина придирчиво выбирала овощи и фрукты.– Алла, привет, это я! Твой отпрыск дома? А где? Он мне позарез нужен, этот кретин! Да! Да! Пока, надеюсь, не натворил, но в любой момент! Хватит причитать! Пусть, как только явится, позвонит мне домой! Поняла? И скажи этому идиоту, что… Хотя ладно, я сам все скажу! Ну, бывай!