Чтение онлайн

– Да так, кое-что забыл, – сказал Китли.

– Что вы хотели спрятать от нас? – спросил Селлерс.

Китли пропустил вопрос мимо ушей.

– Чем обязан вашему визиту, инспектор?

– Я должен проверить, чем вы тут занимаетесь.

– Я содержу бюро, чтобы в мире и покое заниматься любимым делом.

– А что это за дело?

– Ответ частично содержится в самом названии фирмы, так как я иногда делаю ставки на лошадок.

– И каким образом вы это делаете?

– Так же, как и любой другой, ставлю на лошадь, которая мне кажется более подходящей в данный момент. Временами выигрываю, иногда – нет.

– А что там за светящаяся штуковина?

– Это мое изобретение. С его помощью я получаю правильные ответы.

– Может, покажете?

– Конечно, – холодно ответил Китли. Он повернулся ко мне: – В чем дело, Лэм? Вы что, не умеете держать язык за зубами?

– Меня вы можете больше не спрашивать. Я нахожусь под надзором полиции.

Китли поднял брови.

Селлерс сказал:

– В деле Баллвинов, которое известно и вам, имеются детали, которые нужно еще выяснить.

– Китли знает, – прервал его я, – что вчера Рут Отис забрала яд из конторы доктора Квая. Он проследил за ней и видел, куда она его спрятала.

Китли хмуро посмотрел на меня и спросил:

– Вы что, хотите втянуть и меня в эту историю?

– Разговаривать вы можете только со мной, – сказал инспектор.

– Я не имею ни малейшего понятия, о чем идет речь, инспектор. И Рут Отис я вообще не знаю.

– Она – ассистентка доктора Квая.

– А-а, доктора Квая. У него кабинет на этом этаже.

– Ну так как, вы следили за Отис?

Китли рассмеялся:

– Конечно, нет. Что мне, больше делать нечего?

Я сказал Селлерсу:

– В этом вопросе вы должны поставить все точки над «i», не выпускайте его, не давайте отвертеться.

Китли посмотрел на меня холодно.

– Вы мне нравитесь все меньше и меньше, Лэм.

– Это легко понять, – ответил я. – Но в данную минуту мы решаем вопрос: следили ли вы вчера за мисс Отис или нет?

– Я уже сказал: нет!

– Вы не следили за ней до вокзала Юнион?

– Нет.

– Вы не видели, как она положила в камеру хранения пакетик?

Он с улыбкой сказал:

– Нет, конечно, нет. Мне очень жаль, Лэм, что вынужден вас разочаровать. И вам не удастся втянуть меня в это дело.

Слово снова взял инспектор:

– Моя задача – все тщательно проверить. И пожалуйста, поймите меня правильно. Позвольте вам кое-что сказать: Этель Ворли, секретарша мистера Баллвина, сегодня утром была найдена в комнате Рут Отис мертвой. А пакетик с ядом мы тоже там обнаружили. В нем не хватало двух граммов. Если вам известно что-нибудь о мисс Отис в связи с ядом, самое время сказать об этом.

Китли провел языком по губам:

– Я ничего не знаю о мисс Отис.

Пока Селлерс и Китли обменивались недоверчивыми взглядами, я незаметно зашел за спину Китли, поближе к аппарату, который стоял на столе, и бесшумно включил его. Потом сказал:

– Я могу изобличить вас, Китли, во лжи. Дело в том, что за вами непрерывно следил детектив.

– Значит, он наплел вам небылиц.

Я сказал инспектору:

– Это Джим Формби, которого вы хорошо знаете. Он никогда не лжет.

Ссылка на Формби усилила интерес инспектора.

– Значит, вы утверждаете, что Формби следил за мистером Китли и видел, что тот, в свою очередь, следил за мисс Отис вплоть до вокзала?

– Совершенно верно.

Китли спросил:

– А откуда стало известно, что в том пакетике был яд, инспектор?

– Вопрос правомерен, Лэм.

– Формби может точно описать пакетик, – ответил я.

– Другими словами, – сказал Китли, улыбаясь, – это просто утверждает мисс Отис.

– Детектива тоже нельзя сбрасывать со счета.

Селлерс хотел что-то сказать, как внезапно в аппарате раздался голос:

«Чуть шире, пожалуйста».

– А это еще что такое? – спросил Селлерс.

Китли повернулся ко мне и хотел выключить аппарат, но я быстро схватил его за запястье.

«Пожалуйста, сплюньте…» – снова послышался голос.

Китли оттолкнул меня в сторону. В это время прозвучал женский голос:

«Но, доктор, мне больно…»

В этот момент Китли выключил аппарат.

– Да что это такое, черт побери? – снова спросил Селлерс.

Китли заявил:

– Если вы хотите задать мне какие-нибудь вопросы, инспектор, то вы можете это сделать в любое время в полицейском управлении. А здесь мое личное бюро. Я занимаюсь тем, что высчитываю шансы скаковых лошадей, и вовсе не хочу, чтобы все знали о моей системе. А что касается Лэма… – Он повернулся ко мне, и его глаза засверкали от ярости, – то он просто уберется отсюда вон! И притом немедленно.

Я сказал Селлерсу:

– Надеюсь, что вы поняли, для чего предназначен этот аппарат?

Китли размахнулся, но я успел уклониться.

– Я вас… – выдохнул он.

В тот же момент инспектор бросился на Китли. Он прижал его к стене и приказал:

– Стоять и не шевелиться. Я должен во всем тщательно разобраться.

Я включил аппарат. Китли опять попытался броситься на меня, но Селлерс одним толчком отбросил его к стене.

Снова послышался голос из динамика:

«Ну вот, сверлить я больше сегодня не буду, но зуб довольно запущенный».

– Кто это? – спросил меня Селлерс.

– Вероятно, доктор Квай, он собирается ставить пломбу.

Селлерс тихо присвистнул.

– Я требую, чтобы вы оба немедленно покинули мое бюро, – сказал Китли. – Конечно, если у вас нет ордера на обыск, инспектор Селлерс.

Я ответил ему:

– В данном случае инспектору не нужен орден на обыск, Китли. Поскольку у вас нет разрешения на эксплуатацию подслушивающего устройства, то это является наказуемым деянием, а как только человек уличен в таком, полиция может вмешиваться, не имея ордера.

Селлерс посмотрел на меня и благодарно кивнул.

Китли снова высказался в мой адрес:

– Как только я подумаю, чем вам обязан, то мне просто плохо становится. А я ведь рассказал вам всю правду об участках Баллвина, потом назвал лошадь, которая будет победителем… Вы, наверное, не поверили.

– Мы все поставили на нее, – сказал я.

– Вот так-то, делаешь людям добро, – покорно проговорил Китли, – а получаешь что?

– Прекратите кривляться! – приказал Селлерс. – Я достаточно хорошо знаю Джима Формби, чтобы вполне доверять ему. Зачем вы следили за Отис?