Дурная кровь
Шрифт:
– Почему? – его слова встревожили. Ведь если в Крепости ко мне отнесутся с недоверием из-за неспокойной обстановки, весь мой план летел к драху в зад, - какая война?
– Её начнут те, кто до сих пор нас защищал. Псы не желают мириться со своим зависимым положением, и сделают все, чтобы его изменить. В последние годы ими руководит сильный и опасный человек. Он предпринимает решительные шаги, которые вызывают страх и непонимание у многих. Содружество не готово идти на уступки, не желая признавать, что оказалось в невыгодной ситуации, куда загнало себя само. Псы не станут подчиняться, а, значит, любая внешняя угроза может пошатнуть силы Содружества. Если же сами Псы решат напасть... Не мне тебе объяснять, к скольким жертвам это приведет. Поэтому, если хоть кто-то в Крепости узнает, какого ты рода, сомневаюсь, что тебе вообще дадут уйти живой. В лучшем случае, используют как заложницу. В худшем… ты же знаешь, лучше, чтобы Псы не видели в тебе угрозу.
Я знала, уже много лет знала, чем может закончиться встреча Пса и высокой леоры. И именно поэтому мне было необходимо оказаться в Крепости пока не началась война.
– Поэтому меня так легко отпустили в Крепость? Моему деду что-то нужно от меня? – я через силу улыбнулась наставнику, понимая, что не с проста он завел этот разговор.
Гордон сент Адэль, верховный леор Содружества, ещё двадцать пять лет назад разочаровавшийся в дочери, которая едва не разрушила репутацию рода решил использовать меня? Знает ли он? Хотя о чем я? Для этого человека нет тайн. Недаром больше тридцати лет он возглавляет комитет безопасности Содружестваи считается одним из самых опасных людей Галактики. И теперь он заинтересован в том, чтобы именно я проходила стажировку в Крепости. Иначе, учитывая сложившуюся ситуацию, никто бы меня к ней не подпустил и на выстрел прионной пушки. Я знала, что наставник много лет сотрудничал с КБ, видимо, ему не удалось отказаться от неприятного разговора.
– Почему вы говорите мне об этом? – почувствовав приятную усталость, я откинулась на спинку удобного кресла, и прикрыла глаза. Наставник мог бы донести до меня нужную информацию тысячами способов, но выбрал именно этот. Веки налились свинцом, пальцы перестали слушаться, сердце стало биться ровнее и глуше. Я могла бы вывести любой наркотик из крови в течении десяти минут, вот только против этой штуки у меня было мало шансов. КБ осечек не делает.
– Потому что ты сама для себя должна решить - стоит ли твой план, каким бы он ни был, такого риска. Знаю, ты осторожна и не допускаешь ошибок, однако, твоё неожиданное стремление попасть в Крепость привлекло к тебе ненужное внимание. И, боюсь, для твоего деда твои цели не важны. Как и твоя жизнь.
Голос наставника отдалялся, я, словно стремительно погружалась на самое дно океана, под толщу воды.
– Вы правы, учитель, - было трудно говорить, а еще труднее думать. Почему-то невольное предательство магистра не вызывало злости. Я доверяла ему и надеялась на то, что его поступок оправдан.
– Я дам тебе возможность продержаться как можно дольше, - внезапно голос магистра зазвучал в моей голове, - все, что тебе нужно знать о Крепости, планы, схемы, пути отступления. Надеюсь, Джети, это поможет тебе выжить.
Глава 2
С мамой удалось попрощаться лишь по видофону. В памяти отпечатались ее усталое лицо и грустная улыбка, слова поддержки и нежность во взгляде. Я знала, что мое присутствие в доме отца нежелательно и не хотела провоцировать его еще больше. Удалось передать последнюю дозу лекарства и на душе тут же полегчало. Теперь мне нужно думать только о Крепости и о том, как проделать на практике то, что планировалось лишь в теории.
Мы вышли из гиперпрыжка за несколько часов до состыковки со станцией. Мой багаж был невелик – запасная форма военного целителя, смена белья и инструмент – дорогой, сделанный на заказ.
Никогда не любила спать в то время, когда корабль преодолевал сотни световых лет на чудовищной скорости, поэтому была не выспавшейся и встревоженной. Первый раз в жизни мне пришлось так далеко улететь от дома. Краткие периоды практики не в счет. Там было все по-другому, искусственно, что ли. Ты всегда мог положиться на более опытного учителя, от твоей ошибки не зависели жизни. И хотя мне не раз приходилось ассистировать при сложнейших операциях, впрочем, как и оперировать самой, это происходило в стерильных операционных под наблюдением наставников. Теперь же мне предстоит полагаться исключительно на себя.
Голову пронзила резкая боль – наркотик, введенный мне наставником, имел кучу побочных действий. Я лишь надеялась, что головная боль, тошнота и чувство усталости – самые страшные из них. Винила ли я Солера за то, что он, выполняя приказ деда, не счел нужным меня предупредить? Не знаю. Было ощущения, как нечто хрупкое между нами, то, что я строила на протяжении десяти лет, дало трещину. И даже то, что теперь мой мозг хранил знания о планах Крепости, ее руководящем составе, а, главное, путях для побега, слабо примиряло меня с действительностью.
Транспортник тряхнуло, я подавила подкатывающийся к горлу комок. У меня было свидетельство пилота второго класса с уровнем допуска к малым перевозкам, но избавиться от симптомов укачивания так и не удалось. Мама говорила, что это психологическое, я была с ней склонна согласиться.
Подхватив вещи, и дождавшись, когда корабль состыкуется со стацией, я покинула каюту. Вперед, к новой жизни. Не знаю, счастливой ли, но уж точно не похожей на мою прежнюю.
Нас встречали. Точнее, меня. Высокий стройный мужчина в форме майора со стильной прической, улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами, представился Майлзом сент Оливар и, подхватив мой багаж, предложил пройти в пункт досмотра. Значит, меня здесь ждали. Приятно… точнее, не очень. Чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, из-за родства с дедом, мне пришлось воспользоваться именем младшего рода. Ничего незаконного, даже в моем дипломе стояла эта фамилия. На случай, если придется экстренно спасаться бегством. Таким образом, на этой станции стажировку будет проходить не высокородная леора Джетана сент Рейн-Адэль, а почти скромная и не перегруженная влиятельными родственниками ильза Джети сент Рей. Разумеется, за которой наблюдает пристальное око рода, но не так, чтобы в полную силу.
– Не могу скрыть, как восхищен вашей красотой и отвагой, - между тем вещал майор, трогательно поддерживая меня под руку, - решиться целый год провести среди дикарей и убийц, чтобы исполнять долг целителя!
– Вы мне льстите, леор сент Оливар, - только тренированная за долгие годы выдержка помогла мне не скривиться от приторности слов и чрезмерной пылкости майора. К слову, не совсем оправданной, - но, как видите. Я не единственна женщина, которая решает исполнить свой долг на военной базе.
Кивком головы указала ему на группу, состоящую из пяти мужчин и трех женщин, проходящих досмотр. Скорее всего, еще недавно мы были попутчиками, хотя ни при посадке, ни при высадке я их не видела. Досмотр проводили двое мужчин в форме черного цвета с нашивкой алого пламени на груди. Увидев их, майор поморщился, презрительно поджав губы.
– О нет, не стоит даже смотреть на этих авантюристок. Они здесь исключительно из-за желания найти покровителя и заработать легких и быстрых денег. К сожалению, на станции много одиноких мужчин, не слишком разборчивых в связях, - это было произнесено с таким достоинством и неприкрытым осуждением, что я улыбнулась.
– Ну что там за задержка! Эти псы совсем не шевелятся, - пробурчал майор, похоже, совершенно лишенный выдержки и терпения. На его едва слышное замечание один из досматривающих вскинул голову и пристально смерил взглядом моего сопровождающего. Тот затих
– Хватит ему стоить глазки, это же Пес, - одна из женщин постарше, которых майор обозвал авантюристками, отдернула другую, более юную и очень привлекательную от пристального рассматривания мужчин за работой.
– Этот? Что, правда? Никогда не видела. Хорошенький какой. Я бы с ним…