Чтение онлайн

Он высушил руки с помощью автоматической сушилки, а также протёр бумажным полотенцем, отряхнул воображаемые пылинки с пиджака и посмотрел, нет ли на штанах капель воды. Убедившись в том, что выглядит он более чем достойно, Ларри вышел из туалета, вернувшись в мир восхищённого шёпота.

Кто-то, может быть, и не оценит по достоинству вышитые картины, посчитав это поделками на тему, которые не годятся и в подмётки настоящим шедеврам искусства, выполненным маслом или акварелью. Но такие люди забывают, что и вышивание древний вид искусства, переживший эпохи и многие народности, и что древние вышивальщицы отдавали годы своей жизни на то, чтобы создать один-единственный гобелен. В наше время вышивка, например, крестиком получила второе дыхание и уверенно занимает одно из лидирующих мест в списках различных хобби. А люди недалёкие считают, что раз увлечение новое, то и искусством его назвать нельзя. Как десятилетия назад эстеты от искусства морщили нос при виде граффити на бетонных стенах.

Относиться к таким вещам можно по-разному. Кто-то, например, восхищается «Криком» Эдварда Мунка, кто-то в ужасе от этой картины, а кто-то считает её попросту мазнёй. Но нельзя не согласиться с тем, что каждое мнение будет по-своему правильным, ибо оно субъективно, как нельзя не согласиться с тем, что произведение, всё же, вызывает МНЕНИЕ.

Ларри с удовольствием разглядывал вышитые картины. Вот серия экспонатов, показывающих знаки зодиака, выполненные в серебристо-сине-чёрных тонах. Среди двенадцати знаков зодиака уже не хватало овна, рыб, тельца и скорпиона. Ларри был скорпионом по гороскопу, но астрология его не увлекала, он даже кулонов со своим знаком не носил.

А вот серия, демонстрирующая автомобили и мотоциклы, которые когда-то были культовыми. И если «Харлей Девидсон» до сих пор остаётся предметом восхищения, то про «ДеЛореан» помнят только любители фильма «Назад в будущее».

Некоторые произведения становились предметом торга. Ларри прошёл мимо женщины лет сорока в красивом бирюзовом платье, которая пыталась сбить цену на вышивку с кореллами, чистившими себе пёрышки. Впрочем, даже торг происходил шепотом, и никто ни с кем не спорил и не ругался. В конце концов, выставочная галерея это не рынок. Здесь, скорее, как в церкви или библиотеке: спокойно, тихо, умиротворённо. В такой атмосфере забываешь о мирской суете и том, что ждёт тебя за дверью выхода: мир, наполненный различными эмоциями, зачастую бурными. Здесь же эмоции, как вода в тихой гавани, еле колышутся.

Церковь с библиотекой и картинной галереей объединяет ещё одна вещь: в этих местах бывают девушки. И если девушки в церкви вышли замуж за Бога, а девушки в библиотеке заняты чтением и конспектами, то девушки в галереях – люди увлечённые и с ними можно найти общий язык на тему того искусства, которые видят и они в том числе. С ними можно поговорить о технике исполнения, восхититься тем или иным произведением, а заодно и восхититься ими самими. Если это было охотой, то Ларри был охотником.

Он прошёл мимо лестницы, ведущей на второй этаж, в котором располагались административные помещения. Перед ним было два маленьких зала, в одном из которых представляли изделия из бисера, а во втором изделия фриволите. Пока Ларри думал, стоит ли ему туда заходить или нет, мимо него прошли четыре девушки, одна из которых, загорелая дочерна красавица с темными волосами, причёской «каре», задела его плечом. Она повернулась, прошептала «извините» и улыбнулась ему. Ларри ответил своей фирменной улыбкой и подмигнул ей, показывая, что всё нормально. Девушка наклонилась к подруге и что-то ей сказала, та тоже обернулась посмотреть на Ларри и смущённо улыбнулась.

Он продолжал стоять, улыбаясь уголком рта и наблюдая за девушками. Девчонки вошли в зал, где демонстрировали изделия из бисера. Ларри же решил, что вышивка его интересует больше, чем бисер, а одинокую жертву легче соблазнить, чем жертву в составе трёх подруг, поэтому он повернул налево и пошёл дальше по коридору, направляясь к выходу в главный зал с колоннами.

За залом с фриволите был ещё один зал с вышивкой, в которой были картины на морскую тематику. А главным украшением зала была молодая девушка в топике и шортах камуфляжного цвета.

Произведения девушки занимали большую часть зала. С ней соседствовали ещё две вышивальщицы, которые в основном вышивали природу, и у них было от силы по пять картин. У девушки же их было штук десять, и все изображали парусники, морские баталии, острова. Она была, как Айвазовский, художником-маринистом от мира вышитых картин.

Девушка привлекала внимание ещё и своей молодостью. Представляли свои произведения в основном женщины сорока-пятидесяти лет, а ей было от силы двадцать пять. Она была не высокой, и хорошо сложенной. Смуглокожая, что могло быть и следствием загара, и наследственностью, а её длинные чёрные волосы были заплетены в маленькие африканские косички, что делало её больше похожей на участницу бразильского карнавала, чем на участницу выставки.

Ларри вошёл в зал и направился сначала к картинам с пейзажами. Вокруг девушки с её вышивками было больше людей, и, как оказалось, большая часть мужчин была именно тут. Как раз в этот момент она разговаривала с представительным, среднего роста, мужчиной в брюках и белой рубашке. Он хотел купить вышивку, на которой была изображена азиатка с мечом за спиной, а позади неё на волнах качались два парусника. Мужчина протирал редкие белоснежные волосы платком, казалось, ему было жарко даже под кондиционером. Девушка-вышивальщица была ниже его ростом, и намного моложе, но она демонстрировала достоинство и знание своего дела.

Пока Ларри рассматривал произведения, она продала мужчине вышивку. Кассы никакой не было, организаторы выставки брали деньги с вышивальщиц только за аренду зала, поэтому между художниками и зрителями происходил наличный расчёт на месте. Девушка сняла картину с азиаткой со стены, обтянула её вощеной бумагой и перевязала шпагатом, да так ловко, как будто всю жизнь проработала в архиве и перетягивала подшивки с документами. Довольный покупатель отсчитал ей положенное количество купюр и с картиной подмышкой пошёл дальше.

Ларри перешёл к вышивкам девушки. Они поражали своей детальностью и цветами. На разных картинах море было вышито в различных оттенках: от лазурно-голубого до бутылочно-зелёного, местами переходящего в чёрный. Он уже решил, что будет покупать картину у этой девушки, но не определился какую именно. Ему нравилась общая тематика произведений, а вот выбрать ли парусник, стоящий на якоре во время штиля или сцену абордажа с разбойниками под парусом с «Весёлым Роджером», он не мог решить.

Пока он рассматривал картины, подходили другие посетители. Кто-то смотрел, кто-то задавал вопросы. Ещё один посетитель купил у неё вышивку, на которой Ассоль ждала капитана Грея. Один раз почти все зрители отошли, остались только две женщины, обсуждавшие вышивку с атоллом, и Ларри хотел было обратиться к девушке, когда подошли ещё человек пять, и начали о чём-то её расспрашивать. Он хотел остаться с ней наедине, переключить всё её внимание на себя.

В конце концов, он остался единственным зрителем перед её произведениями, но не заметил этого. Девушка подошла к нему сама.

– Что-то выбрали для себя? – спросила она. Голос у неё был ниже обычного девичьего.

Ларри повернулся в её сторону.

– Да, – ответил он. – Всё выбрал.

Он улыбнулся и протянул руку для рукопожатия.

– Меня зовут Лаврентий или Ларри.

Девушка ничуть не смутилась и ответила на приветствие.

– Меня зовут Анна, – она склонила голову. – Вы не можете определиться с выбором?