Чтение онлайн

– Привет! Как дела?

– Хреново, – мысленно охарактеризовала свое состояние высшая.

– А Даня говорит, что ругаться нехорошо, – упрекнула ее девочка.

Демоница удивленно хлопнула ресницами, нахмурилась, а потом неожиданно вспомнила об особых способностях Соф – память ангеры вновь подкинула не особо приятную информацию.

– А что твой Даня говорит по поводу использования энергетического контура в качестве гамака? – Недовольно съязвила демоница.

– Тсс… – Шикнула девочка. – Он не знает, что я здесь.

– Ошибаешься, – подумала высшая, настороженно глядя на дверной проем комнаты, в котором застыл очень недовольный объект их обсуждения.

– Ой! – Соф быстро извернулась, скатилась с купола и виновато отошла в сторонку. – Я нечаянно.

Забавно. И как это нечаянно можно придти в комнату, где находиться запрещено, да еще и забавляться с защитным полем. За такое откровенное вранье на Демониуме ребенка ожидала бы хорошая и очень болезненная взбучка. Однако человеческие нравы оказались гораздо мягче: мужчина взял девочку за руку и просто выпроводил ее вон.

А вот теперь, оставшись наедине с магом, пришло время Леонтайн сжиматься под его строгим взглядом. Предательский страх снова прошелся дрожью по спине. И возникло сильное желание забиться в самый дальний угол комнаты. Однако на этот раз у нее получилось сдержать натиск эмоций. А когда маг принес ей еду, демонице даже удалось немного поесть, подавив свое внутреннее сопротивление и гордыню. Хотя, надо отметить, данная процедура стала для высшей крайне унизительной. Держать в руках столовые приборы она не могла. Одна рука была намертво прибинтована к груди, а у второй оказалась сильно нарушена координация. Поэтому Данилу приходилось кормить Леонтайн с ложки, как малое дитя.

Осознавая свою абсолютную беспомощность, высшая злилась, одновременно заливаясь краской смущения. Но при этом понимала, что отказываться от помощи в угоду своему эго просто глупо и недальновидно.

Проходили дни, и высшая все больше успокаивалась, привыкая к хмурому молчаливому магу. Она уже не так остро реагировала на его присутствие. Хотя недоверие и настороженность все же сохранялись. Зато с Соф высшая общалась без проблем. Несмотря на все запреты Данила, мелкая проныра все равно просачивалась в комнату к Леонтайн. В первое время демоницу раздражало ее присутствие. Девочка по слогам читала ей сказки, рисовала, неизменно лежа на защитном контуре и демонстрируя голый животик, задавала тысячи вопросов, на которые высшая порой даже не отвечала, притворяясь спящей. Однако Соф с настойчивостью оголодавшего котенка не отставала. И в какой-то момент Леонтайн поймала себя на том, что уже не злится на любопытство ребенка.

– Смотри, что я нарисовала! – Девочка порывисто взмахнула рукой, балансируя на энергетическом поле, а потом перевернула лист картона, на котором некоторое время назад что-то упорно малевала. – Это ты!

Демоница снисходительно посмотрела на детский рисунок.

Соф явно не блистала творческими способностями. Ноги и руки-палочки, кружки-ладошки с пальцами-лучиками, будто воздушный шарик-огурец овальное туловище и неровной формы голова, увенчанная двумя треугольниками-рожками и пышной шевелюрой в виде длинных спиралей-макарон. Подобная картинка напоминала Леонтайн безумный абстракционизм. Хотя доля истины, возможно, в этой ярко раскрашенной каляке-маляке была. Исхудала высшая чрезвычайно сильно. И когда смотрела на свои руки, у нее было чувство, что они сейчас переломятся, как сухие хворостинки.

– Тебе не нравится, – прочитав мысли демоницы, утвердительно сказала девочка, при этом совершенно не обидевшись. – Тогда научи меня. Ты, наверно, хорошо рисуешь.

Леонтайн усмехнулась такому наглому требованию.

– Вряд ли я смогу тебя чему-то обучить, – ответила она.

– Почему?

– Есть как минимум две причины, которые мешают мне взять в руки карандаш. – И демоница качнула головой в сторону своей перемотанной бинтами неподвижной правой руки.

– А вторая причина какая? – Не унималась Соф.

– Ты на ней лежишь, – намекнула на силовое поле высшая.

– Жаль. Но мы ведь что-нибудь придумаем?

Леонтайн мысленно закатила глаза. Лимит ее терпения на сегодня близился к концу.

К счастью, в этот момент в комнату вошел Данил, и девочка, взвизгнув то ли от неожиданности, то ли делая вид, что боится насупившегося мужчину, вылетела за дверь.

– Это не меня надо держать в силовом контуре, а эту несносную мелкую пиявку, – подумала про себя высшая. По взгляду мага, которым он проводил непослушного ребенка, было ясно, что он думает о чем-то схожем. Но сказать он ничего не мог. Поэтому молча поставил коробку, которою принес с собой, на прикроватную тумбочку и открыл крышку.

Леонтайн внимательно за ним наблюдала. И по содержимому коробки догадалась, что он собрался делать ей перевязку.

– Тьма! – Демоница беззвучно дернулась, когда мужские руки довольно бесцеремонно отбросили с ее ног одеяло. Ее резкое движение побудило Данила замереть и внимательно, с недовольным прищуром посмотреть на высшую. Под его тяжелым взглядом она вся сжалась и отвела глаза.

Видимо осознав, что своими действиями напугал демоницу, маг сбавил обороты и стал осторожно снимать бинты. Теперь его прикосновения были легкими и щадящими. Леонтайн практически не чувствовала болезненных ощущений. Сняв очередную повязку, мужчина аккуратно смазывал каждую рану какой-то мазью. Тепло его пальцев внезапно показалось высшей приятным. И тут ее вдруг посетила дерзкая и безумная идея.

Может, стоит воспользоваться флёром? Очарованным магом, возможно, будет легче манипулировать.

Однако эту гипотезу пришлось тут же отмести. Во-первых, врожденная магия обольщения, как и любое устойчивое ментальное воздействие, требовала энергетических ресурсов, которых у демоницы было крайне мало. Во-вторых, уверенности в том, что флёр подействует так, как надо, не было абсолютно. И, в-третьих, его применение могло оказаться смертельно опасным для высшей. В ослабленном состоянии она не имела возможности противостоять партнеру, и что взбредет в голову невменяемому человеческому магу было неизвестно. У демонов в подобных ситуациях крышу срывало основательно.

В расстроенных чувствах Леонтайн не заметила, как Данил закончил обрабатывать ее ноги. Он не стал накладывать новые повязки и оставил заметно поджившие раны «дышать». Лишь на правой ступне белели бинты, фиксирующие сильно поврежденный сустав.

– Ходить, похоже, я долго не смогу, – пришла к печальному выводу демоница, быстро проведя диагностику пульсирующей от боли конечности. – Хотя под этим проклятым силовым куполом мне и ходить-то некуда.

Пока высшая предавалась неприятным размышлениям, маг вернул одеяло на место и переместился к ней ближе, намереваясь заняться руками. Его близость и усилившийся запах вывел Леонтайн из состояния задумчивости. Она с силой сжала зубы, пытаясь оставаться неподвижной, хотя инстинкты выли и требовали немедленно отстраниться.

– Зачем ты это делаешь? – Неожиданно даже для себя, вероятно пытаясь отвлечься, демоница повторила вопрос, который уже задавала Данилу некоторое время назад. В тот раз он ничего не сказал. Да и она была не в состоянии воспринимать какие-либо ответы. Сейчас он снова промолчал. Хотя, в общем-то, неудивительно. Немота мага не давала им возможности общаться словами.