Чтение онлайн

С точки зрения Эпикура, все живое смертно, бессмертны лишь атомы, из которых они состоят. Против бессмертия выступал и Лукреций, также полагая вечными лишь атомы, из которых состоят вещи. Для стоиков (например, Зенона) бессмертен только разум. Хрисипп (281-208 до н. э.) утверждал, что бессмертна мировая душа, составляющая часть души человека.

В рамках уже упоминаемого мною античного мировоззрения бессмертие означало божественность, т.е. бессмертие души тождественно ее вечности, причастности миру вечных идей. Поэтому смерть для греков – освобождение от телесности и возвращение в мир духа.

В эпоху Возрождения и в Новое время тоже не было единого подхода к трактовке бессмертия. Дж. Бруно, Н. Кузанский говорили о бессмертии души, приобщенной к мировой ее ипостаси. Спиноза утверждал, что человеческая душа не может совершенно уничтожиться вместе с телом, от нее остается нечто вечное. Лейбниц же был уверен, что все живые существа смертны, бессмертна лишь личность, обладающая совестью и рефлексией.

Натуралистическую трактовку смерти и бессмертия вслед за атомистами античности (Демокритом, Эпикуром, Лукрецием), согласно которым бессмертны лишь атомы, а все живое смертно, дали мыслители Просвещения XVIII в. Они отстаивали идею бренности человека и бессмертия его природных первоначал.

Фейербах, Бюхнер, Геккель связывали бессмертие с сохранением материи. Вольтер же назвал идею бессмертия химерой. Юм с порога отрицает бессмертие. Вместе с тем для многих мыслителей этой эпохи характерна и социокультурная трактовка бессмертия как сохранение достижений личности в памяти последующих поколений. Так, Дидро связывал бессмертие с продолжением жизни в памяти других поколений.

С точки зрения Канта, бессмертие души не может быть доказано логически, оно должно быть постулатом практического разума. Гегель утверждал, что дух вечен и бессмертен. Такого рода подход к трактовке бессмертия, который исходит из оцен ки вклада человека в культурные достижения, присущ многим мыслителям XX в.

Понятие духа, как чего-то противоположного природе, сложилось в период романтизма и немецкого идеализма. Гегель рассматривал “Дух как исполинский знак интеграла, соединяющий небо и землю”. И это так видится сегодня. Он говорил также и об абсолютном духе, независимом от какого бы то ни было земного носителя . А эта мысль была центральной для теологии.

А. Шопенгауэр (хv111 в.) говорил, что воля испытывает страх, хотя смерти она не подлежит. Страхи смерти питаются главным образом иллюзией, будто Я исчезнет, а мир останется. На самом деле наоборот: исчезает мир, т.е. видимое нашему сознанию, а сохраненное ядро Я, носитель и создатель того субъекта, в чьем представлении мир только и имеет свое существование, остается31.

Свое понимание смерти обосновывает Хайдеггер. Смерть он рассматривает как фундаментальный фактор самого человеческого бытия, а не как биологический переход из одного состояния в другое. Тем самым феномен смерти приобретает особый статус: человеческое бытие есть "бытие-к-смерти".

В отличие от Хайдеггера, Камю не ставит перед собой цель выяснить, что такое смерть. Его интересует общая философская основа отказа от жизни. Решение покончить с собой, по мнению Камю, это признание человека в том, что жизнь в его глазах сделалась бессмысленной, непонятной, абсурдной.

Смерть для А. Камю выступает не как исходный пункт смыслоопределяющей активности человека, а как отрицание всякого смысла. Это именно та философия, которая отчаянно не нравится тем, кто мыслит конкретными категориями и не доверяет абстракциям, “ уводящим человека от реальности ”.

Так же отрицает смыслоопределяющий статус смерти Сартр, рассматривая ее как то, что не индивидуализирует человека, а обезличивает его. В соответствии с этим отношение к смерти должно строиться как противопоставление ей. Камю и Сартру не совсем прямолинейно, вторит сегодня и Уэльбек в своих интересных художественных жизнеописаниях.

Обобщая различные подходы к пониманию бессмертия, сложившиеся в человеческой культуре, можно выделить следующие, хотя бы четыре концепции:

бессмертие как приобщение к миру вечных идей, котopoe у Платона является синонимом термина "идея" ( можно философов, исповедующих эту или похожую точку зрения в традиции ортодоксального марксизма, называть “ идеалистами”).

бессмертие как воскресение и причастие к благодати Святого Духа (христианская концепция, исходящая из смертности человека как единства тела и духа);

бессмертие первоначал человеческой природы (атомов, генетического кода и др.) и бренность (конечность) человеческого существования (натуралистическая концепция);

бессмертие как сохранение достижений человеческой личности в памяти человечества (социокультурная концепция).

Тема смерти и бессмертия продолжает волновать человечество и в позднейшие времена. В триаде единого ( жизнь, душа, смерть ) философы продолжали говорить преимущественно о смерти. Остальное приходилось домысливать. Непрекращающиеся сегодня дискуссии о смерти и бессмертии человека демонстрируют сложность, многогранность и таинственность этой вечной философской темы.

Но насколько она притягательна, настолько же и труднодоступна нашему линейному осознанию. Возможно, сказываются гносеологические лимиты науки плотного мира, бессильной понять то, что происходит во владениях духовного.

В последние несколько десятилетий в клинической практике ( и науке ) стало широко обсуждаться понятие, раскрывающее один из моментов смерти. Речь идет о понятии “эвтаназия”32. Термин этот отражает естественное для человека желание умереть спокойно, легко и безболезненно. Одни рассматривают эвтаназию как акт убийства, другие – как панацею от многих бед.

Среди них и та, что интересует меня в связи с проблемой души. Есть уже в эволюции человека механизм, который обеспечивает более или менее спокойный уход из плотного мира. В состоянии обеспечить уход из дуальной реальности легко и безболезненно может просветленная душа умирающего. Но вопрос отягощается тем, что просветленных среди нас – единицы, а умирают миллионы.

Что касается эвтаназии, то многочисленные расхождения во мнениях свидетельствуют о том, что это междисциплинарная проблема, требующая для своего разрешения профессиональных и нравственных усилий философов, медиков и представителей других областей знания и практики.

Фокусом ( и камнем преткновения ) их интересов ( отдают ли Стороны себе отчет в этом, или нет) остается Душа. Мне, с моим преимущественно дуальным мышлением, проблемы смерти и бессмертия представляются очевидными. Но они тесно связаны с концепцией души, о которой, конечно же, хочется знать больше.

Продолжая логику предыдущего текста, можно привести еще с десяток различных мнений о Душе. Вытаскивая одно за другим, можно сложить некую картинку. Но пазлов, причем, системообразующих, хватать не будет. Потому что “время на дворе” еще не подошло… Хотя Его поступь уже очевидна. В ней прослушивается что то тревожное. Как в шагах Командора. Но это всего лишь – предупреждение: человек волен сам принимать окончательное решение