Чтение онлайн

Но дело не в одном расстоянии. Важна еще интенсивность ощущения. В Бессано эффект возникает на большом расстоянии, зато он слабее московского ровно в пять раз. Таким образом, мощность излучения следовало определить, измеряя интенсивность его, а не дальность действия. Это соображение заставило меня пересмотреть карту Ивана Павловича.

Дорогой научрук, я пришел к потрясающим выводам! Источник излучения находится не в Тихом океане, возле мыса Горн, как думали мы раньше. Он расположен на юго-восток от Москвы, примерно в полутора тысячах километров от нее..."

ГЛАВА VII

Высоко вверху возник огромный диск. Он распался на тысячи хрустальных, вложенных друг в друга кругов. В центре диска родился огонь, ослепительный, сверкающий и нежный. Преломляясь в бесчисленных гранях, он наполнился тончайшими оттенками невиданной красоты. Отраженные мириадами зеркальных плоскостей лучи слились в единый радужный поток света, который упал на Сергея, подхватил его и куда-то понес на упругих теплых волнах.

Он нес его к славе, признанию, безоговорочной победе. Сергею грезились долгие часы совещаний и обсуждений, когда стоишь на трибуне с поднятой головой, скромный, горделивый, все понимающий. Затем долгие месяцы снисходительного разъясняющего отношения к другим, долгие годы почета, прочного уважения, непоколебимого авторитета...

Сергей взглянул на Эрика. По лицу того нельзя было сказать, слышит ли он фанфары славы, гремевшие в ушах Сергея. Вертикальная складка меж бровей показывала, что Эрик чем-то озабочен. Сергей вопросительно хмыкнул. После долгого молчания Эрик поднял глаза.

– Вообще это смешная штука, - задумчиво сказал он.

– Ты о чем?

– Ну посуди сам. Это какая-то сложнейшая и вместе с тем простая, как дважды два - четыре, система. Природа отражена в человеке, она "записана", если позволительно так выразиться, в виде чувств, мыслей, воспоминаний...

– Не путай, память и мысль - категории, свойственные только живому. Мертвой природе они неведомы.

– Ну хорошо, в форме ощущения. Природа отражена в человеке, в его чувствах. Это как бы первая ступень. Человек отражен в биотозе в виде импульсов, переданных каким-то субквантовым биополем. Это уже вторая ступень. Возможно, что...

– У нас будет столько хлопот со второй ступенью, что до третьей мы не доберемся, - беспечно отмахнулся Сергей.

– Да, конечно, но ты меня не понял, - сказал Эрик. Его глаза, казалось, совсем растаяли на бледном лице.
– Чем выше ступень отражения, тем выше самостоятельность воспринимающего объекта. Вот в чем штука. Например, человек по отношению к камню...

Сергей напряженно всматривался в Эрика.

– Для этого нужно, чтобы биотоза была способна самостоятельно перерабатывать информацию. Кодировать сигналы, помнить, сравнивать и так далее, - сказал он.

– А почему ты думаешь, что она этому не может научиться?
– заметил Эрик. Он говорил равнодушно и негромко; казалось, все это очень мало его занимает. Только по странной прозрачности глаз Сергей догадывался, что его друг пробивается сквозь какую-то мучительную умственную преграду.

– А зачем ей это нужно?
– подумав, спросил Сергей.

– Такой вопрос не имеет смысла. Это то же, что спросить у природы, зачем она создала мыслящего человека. Здесь играет роль автоматика необходимых и случайных процессов...

Эрик помолчал. Он смотрел в окно, и Сергей смотрел туда же. Там, как маяк, светилась биотоза. Сергею свечение биотозы казалось ослепительным, обжигающим, как лучи экваториального солнца. Эрик смотрел и будто не видел мерцающего сияния, проникавшего сквозь стекла.

– Я боюсь, - сказал он, ворочаясь на своем ложе, - боюсь, как бы биотоза не стала по отношению к человечеству...

– Чем?
– спросил Сергей.

– Тем же, чем люди стали по отношению к мертвой природе.

Доктор, утонувший в кресле и дыму, встрепенулся:

– Возможно ли это? Биотоза. создана людьми, и ее существование определяется общим потенциалом напряжения вашего гипотетического биополя, генерируемого человечеством...

– Люди тоже созданы природой и живут на ее иждивении, тихо возразил- Эрик, - но это не мешает им активно вмешиваться в дела мертвой и живой материи. Биотоза, если она приобретет самостоятельность, тоже может захотеть что-нибудь изменить.

Сергей с сожалением посмотрел на Эрика. Такой ясный глубокий ум и... такая трусость мысли.

"Время взлететь, - подумал Сергей.
– Время оттолкнуться от сырой земли и умчаться ввысь, глядя, как расплываются лица и слезы провожающих..."

– Ладно, - сказал он, вставая, - я поеду.

– Сейчас?
– спросил Эрик.

– Да, старик, нельзя терять ни минуты.

– Может, подождать до утра?
– неуверенно спросил Эрик.

– Нет, надо торопиться. Биотоза развивается, каждое мгновение можно ожидать нового фокуса.

– Да, да, поезжайте, Сережа, - вмешался доктор, - расскажите всем там, в чем дело, и возвращайтесь побыстрее... Я побуду с Эриком.

– А к семье не потянет?

– Это уже не ваша забота. Действуйте и за Хокай-Рох не волнуйтесь. Здесь все будет в порядке. Сергей подошел к Эрику и взял его руку.

– Слушай, Серж, - сказал Эрик, поморщившись, - я еще не знаю сам, но... Но мне не очень нравится эта штука...
– Он ткнул пальцем в окно.
– Я не хочу капать тебе на мозги и прочее. Но нужно быть объективным. Мы не должны переоценивать наш успех. Понимаешь? Так что ты там не зарывайся, ладно?

– Ладно, ладно, не тревожься, дружище, - Сергей крепко стиснул руку Эрика.

Он быстро загрузил в багажник автолета папки с наблюдениями, фотопленки, диапозитивы, магнитофонные ленты, сел в машину и вылетел в кромешную мглу. Небо и земля были почти одинакового густого черного цвета.

Автолет скользил над землей на высоте тридцати метров. Сергей с нетерпением посматривал на стрелки, вздрагивающие на освещенных циферблатах.

"Прежде всего сделать сенсационный доклад. Раскрыть всем глаза. Это будет как взрыв бомбы!.. Большой ученый совет и специалисты со стороны... Затем - подать двенадцать авторских заявок по биотозе на наше с Эриком имя...

Впрочем, сначала заявка на открытие. Ведь это открытие! ...Пару больших статей в центральной прессе, одно-два интервью и... Все будет отлично... все будет хорошо... Наконец-то настоящее, подлинное открытие! Это вам не беспочвенное исследование влияния бесконечных влияний... Это настоящее! Великое! Ради этого стоило жить, мечтать, ошибаться... Жила, золотоносная жила!.. Хватит ходить у науки в пасынках!.. Держитесь, ползучие эмпирики!"

Через четыре часа Сергей подлетел к Москве, Хотя было раннее утро, автолеты на главной трассе шли в три этажа, и Сергей, с трудом пробился на нужную магистраль. Он оставил машину во дворе, уложив ее тяжелое тело на влажный асфальт, и бегом поднялся на свой этаж.