Чтение онлайн

От его близости у меня навала кружиться голова, и учащенно забилось сердце. Какая-то ерунда происходит со мной в последнее время.

От накативших эмоций я постаралась избавиться со всей силы оттолкнув парня от себя.

– Ты чего? – возмутился Демид не ожидая такой подставы.

– Мы… Мы сводим Лизу и Ара, – откашлявшись произнесла я, стараясь хоть как-то оправдать свой поступок.

Не говорить же в самом деле, что я испытываю возбуждение каждый раз, как только он меня обнимает или что-то шепчет на ушко, или касается моей талии, или проводит ладонью по спинке или…

Судорожный вздох я сдержать не смогла. Благо хоть румянец в этой темноте незаметен.

Демид терпеливо ожидал продолжения моих слов, наблюдая за моими потугами с легкой улыбкой. Я бы даже сказала предвкушающей улыбкой, но уверена мне только показалось.

– Так вот, мы сводим Лизу и Ара, почему ты привел Марка? – наконец собравшись с мыслями отправила я упрек в сторону парня напротив.

– Ар оказался сильнейшим заучкой которого я только видел, – без капли сожаления прояснил Демид. – Он вместо моря выбрал книги.

– Он скучен до невозможности, – цокнула я, разочаровываясь в парне все сильнее. – Пойдем уже в домик – у тебя, наверное, костяшки кровят.

– Беспокоишься? – хмыкнул Демид, смотря на меня своем фирменным лисьим прищуром.

– Не хочу, чтобы завтра ты обвинял меня в своих необработанных ранах, – бросила я парню, быстрым шагом приближаясь к нашему гостевому домику.

На входе естественно пришлось дождаться Демида, чтобы тот открыл мне калитку. Терпеть не могу свой контроль над магией – как беспомощный ребенок.

Удивительно, но Демид и слова не сказал о моей магии, не поддел из-за ее отсутствия, не стал высмеивать – его ударили по голове, а я пропустила?

Я привыкла к постоянным подколам парня, издевкам, но не к молчанию, которое повисло между нами. Меня эта тишина настораживала, ведь такое происходило впервые за три года нашего «общения».

Тихо прошли в дом, Демид уселся за стол на кухне, и терпеливо дождался, когда я не магическими приспособлениями обработаю его руки. И выглядел при всем этом действе крайне довольным, как кошак, которому отвалили пельменей в миску.

От этого становилось еще больше неуютно.

Все так же в тишине прошли к комнатам. Демид и здесь ничего мне не сказал, шел за мной и улыбался. Что за ерунда?

– Надеюсь, тебе сегодня приснятся хорошие сны, – напоследок произнес мягко парень и скрылся за своей дверью.

Это уже в никакие рамки не входит. Может его отравили? Околдовали? Очаровали? Много ведь было сегодня его воздыхательниц на соревновании с «воздушным замком».

Потоптавшись около своей двери я все же махнула рукой на парня, решив, что завтра станет яснее и зашла в свою комнату.

И увидела то, что уже надеялась не увидеть… Бролль снова развалилась на моей кровати и дрыхла похрапывая. Какое счастье снова видеть эту псевдо-белку…

Проснуться в пять утра от взбесившегося желудка бролль – это высшая степень наказания.

Вообще я проснулась от странного звука. Хлопнула несколько раз глазами и снова задремала.

Второй раз проснулась, как только услышала звук громче предыдущего. Открыла глаза и настороженно притихла, вслушиваясь в каждый шорох.

На море в пять утра шорохов было предостаточно. Морской прибой создавал райский звук для моих ушей, птичьи трели бодрили так, что глаза уже не хотели закрываться, легкие удары веток дерева от ветерка ничуть не пугали – лишь помогали осознавать, что я нахожусь в прекрасном месте.

И среди всех этих звуков раздался снова жалобный, громкий, урчащий – звук голодного желудка бролль.

Наверное, я бы ничего не сделала если бы моя псевдо-белочка безмятежно спала. Однако бролль сидела на самом краешке кровати и смотрела. Смотрела на меня. Не мигая, не отрываясь, пристально и пронзительно.

– Хочешь есть? – сонно задала риторический вопрос бельчонку.

Уже пыталась смириться с тем, что придется встать снова в пять утра. Еще и найти что съестного моему бельчонку.

– Цкцкцкцкц, – протрещала белочка, спрыгнула с кровати и помчалась к двери.

– Да-да, мы идем кушать, – пролепетала я еще не проснувшемся языком, села на краешке кровати и попыталась с полуоткрытыми глазами нашарить тапочки, которых попросту не было.

– Где они? – с укором спросила у воздуха и не рассчитав амплитуды своего ерзания плюхнулась на пол. – А, вот они, – воскликнула я, заметив их под кроватью. Когда только успела их так глубоко затолкать?

– Цкцкцкцкц, – нетрепливо раздалось у двери.

– Да иду я, – взвыла поднимаясь с колен. – Иду… Видишь? Топ-топ-топ.

Сон, сон… отосплюсь… на парах в следующем семестре, а сейчас у меня море, песок и голодный бролль.

Во всем доме царила умиротворяющая тишина. На втором этаже тихо, на первом тоже… должно быть тихо.

Но вместо «тихо», там было «чаф-чаф». Кто-то хрустел на кухне, не заботясь, что его могут услышать во всем доме.

Вор? Хорек? Енот?

Так-так-так. Для начала надо обездвижить существо. Я бы накинула чары, но боюсь от испуга взорву нарушителя. Нужно… чем-то его все же оглушить. Сковородка осталась на кухне, торшер слишком тяжелый, подушка… Подушка! Не обездвижит и не вырубит, но дезориентирует.

Взяла с дивана первую же попавшуюся подушку с бахромой, прижала ее к груди и направилась решительным шагом на кухню.

Ну что правонарушитель, я сейчас тебя поймаю.

Остановилась у приоткрытой двери, и как воришка заглянула внутрь – ничего не увидела. Вздохнув поглубже открыла ее, благо та не скрипнула и вбежала в центр кухни, схватила подушку за край, готовая отбиваться.

Итак, я в центре кухни, подушка перед собой, дальше стол, а за столом Демид лопает снеки.

– ТЫ-Ы-Ы! – протянула грозно я, а после запульнула подушкой в парня. – Нельзя же так пугать! Я чуть от страха в обморок не рухнула.

– Если бы рухнула, я бы привел тебя в чувство, – меланхолично отозвался Демид, ловя подушку одной рукой. – Я должен был предупредить тебя, что отлучусь полопать еды? В следующий раз так и …

– НЕТ! – воскликнула я.

Еще он будет будить меня среди ночи.

– Не важно, – поспешно отмахнулась от парня.

– А ты тут делаешь, душа моя? – не заставил себя ждать вопрос от Демида.

– Животинку свою кормлю, – брякнула быстрее, чем подумала.

А после подумала... И поняла, что лучше бы он не слышал этого.