Чтение онлайн

Пламя полыхало повсюду: слева, справа, позади. Я закрутилась вокруг себя в поисках выхода. Холодный ужас сковал сердце, легкие, кровь глухо билась в висках, всё громче и громче. И я почувствовала, что не могу вздохнуть.

Обернулась резко — но рядом не было дракона, не было комнаты, только вездесущий огонь. Он пожирал, уничтожал меня заживо. Где-то далеко я услышала знакомый крик. Это наваждение, это не может быть правдой!

— Выше Высочество, хватит! Я не могу…

— Кто-то очень хотел, чтобы ты всё забыла. Кто наложил заклятье?

Кашель скрутил нутро, и голова поплыла, теряя ясность. Я схватилась за что-то жесткое, оперлась из последних сил. Глаза слезились от дыма, жар становился невыносимым.

— Я погибну здесь! По-настоящему… Прошу вас!

— Хватит бояться. Подними голову и вспомни, кто ты. Посмотри!

Он заставляет пройти через этот кошмар снова. Снова боль, физическая и душевная, мучили меня и разрывали на части. Проще умереть, чем снова вспоминать.

— Я не могу!

— Можешь.

— Нет!

Ужас выворачивал наизнанку. Ари, моя девочка! Она так доверчиво смотрела на меня, знала, что я ее не брошу. И не могу сдаться. Яростный крик вырвался из горла. Задыхаясь, я приподняла голову и уставилась невидяще в бушующий вокруг меня огонь.

И вдруг увидела слезящимися глазами драконьи крылья, где-то там, за самыми высокими всполохами черно-оранжевого пламени, увидела драконьи глаза — последний взгляд — и всё застыло, как смола. Я завороженно смотрела в эти хорошо знакомые глаза целую вечность… но что-то случилось со мной. Яркая вспышка молнией пробежала перед глазами, обжигающая боль отшвырнула назад, и только гораздо позже я смогла сделать вдох.

Еще вечность — и еще один вздох. Я впилась пальцами во что-то теплое рядом и наконец нашла себя в той же комнате. Дракон сидел рядом на полу, а я лицом к нему и сжимала его плечо со страшной силой, цеплялась, будто он мог на самом деле вытащить меня из этого огня.

Ужас от возвращения в тот день отпускал, и слезы облегчения потекли по щекам. Но ведь это было лишь видение — так ярко вернувшее меня в прошлое. Я без сил повернулась еще больше к дракону, скрыла свое лицо — неловко было смотреть в его изучающие глаза.

Сердце успокаивалось постепенно, уже не так оглушающе грохотало в голове. Теар не трогал меня сам — наоборот, это я по-прежнему висела у него на плече. Но и двигаться не хотелось, застыть так недвижимо, просто дышать воздухом без гари.

Я тихо, судорожно всхлипнула, сползая на пол. Дракон осторожно коснулся моей спины, неприкрытого плеча будто случайно, удерживая, и дотронулся до старых ожогов на лопатке. Я единственная из всей семьи выжила в пожаре, и эти следы-напоминания остались со мной навсегда.

Подняв глаза, я посмотрела на дракона, который невольно будто держал меня в объятиях. От него пахло чем-то приятно-тягучим, я слышала, как стучит его сердце. И огонь, прежде обжигавший, стих, будто прирученный дикий зверь. Или я настолько истерзана, что больше его не чувствую?

— Мои родители… те, кого я считала матерью и отцом. Они были… драконы?

Драконий взгляд — потемневший, с отблесками далекого пламени — медленно прошелся по моему лицу. Я чувствовала его дыхание, его близость, и это было странно. Бух, бух, бух — тяжелым молотом стучало сердце.

— Ты видела это сама. Но если хочешь… остановимся пока. Если это трудно.

Трудно остановиться? Теар завороженно смотрел на меня сверху вниз. Я сильнее оперлась на его плечо, приподнялась на коленях, прогнувшись вперед, чтобы встать.

Но дракон вдруг прикоснулся к моей щеке широкой ладонью, так, что сердце ухнуло в пятки. Вторая его рука легла на мою талию, тяжелая, обжигающая. Мы замерли друг напротив друга. Каково это — быть в постели с настоящим драконом?..

Казалось, еще мгновение — и он увлечет меня на кровать, скользнет дыханием по шее и прижмется к губам, вбирая в себя, ловя мой трепет и волнение. А после заставит плавиться в его руках от жара, как воск, зная мои слабые места. Зная, как обжигает душу.

Но послышался стук, и Теар посмотрел на дверь за моей спиной. Та приоткрылась, и я увидела вошедшую в его комнату невесту…

Молчание затянулось — время замерло — ледяной взгляд Этерил полоснул меня, как ножом, но она ничего не сказала. Рука Теара напряглась на моей талии, и я задохнулась. Она меня сожжет! В тишине были даже слышны звуки улицы — драконы общались без слов? Напряжение нарастало…

Поза, в которой мы невольно замерли, невесте вряд ли пришлась по нраву. Кровь и без того прилила к щекам, да и неровное дыхание говорило само за себя.

— Госпожа. — Я отмерла первая, склонила голову и отстранилась от Теара.

— Если ты не возражаешь, я заберу свою служанку, — прохладно произнесла невеста. — До свадьбы совсем мало времени.

— Ливия, — улыбнулся мне дракон невозмутимо, — помоги моей невесте. Будь добра.

Однако в его прямом взгляде не гасло пламя. Он снова найдет меня, он еще не всё узнал… И я тоже. Я подошла к его невесте, чувствуя на себе внимание дракона и пытаясь отогнать то, что невольно представила совсем недавно.

Да уж. Не думала, что выйдет так неловко. Но правда, выхваченная мной из огня, по-прежнему звенела в голове, и всё вокруг стало не таким важным. И теперь это знаю не только я. Опасаясь оборачиваться на дракона, я молча прошла вслед за Этерил по коридору в её покои.

Сумасшедшее предположение встревожило мою душу: может, моя семья не родная, и только я из них простой человек? А они были полукровками и что-то скрывали от драконов. Или все-таки настоящими драконами?! Но я ничего не помню!

И амулет… Мне подарили амулет, который защищал меня или мою память… Теперь же защиты нет, но что делать? Вряд ли Теар отдаст мне его, слишком заинтересован откопать всю правду. Хотя, в отличии от отца, не готов ради этого убить.

Драконица повела меня за собой. Что она думает? Ревнует? Разозлена, что я не прислушалась к ее словам?

— Не бойся, — заговорила она, ступая по коридору. — Я не держу на тебя зла, хоть и предупреждала держаться подальше. Вижу, ты попалась в его лапы, — улыбнулась Этерил без злобы, и в темноте при свете настенных ламп казалась мягкой и даже сочувствующей. — Не переживай, мало кто может противостоять Теару. Даже его отец не справляется, что уж говорить о вас — людях.