Чтение онлайн

Вчера мы молча просеменили в комнату под суровым пламенем глаз шерифа, разложились и поспешили заснуть. Нас не смутили крапинки крови на полу, словно кого-то здесь били. Комната для допросов и провинциальные органы власти — всё к тому располагает.

Открыв глаза, я чуть не попрощался с ними навсегда: клинок света подло ударил в незащищённые органы. С чёрными щитами мне его нападки не страшны. Эх, обещал себе встать пораньше, а провалялся бесстыже много времени. У тебя вообще воля есть, Оскар?

Пытаюсь подняться с прытью варёного овоща. Не отказался бы ещё сутки проваляться. А Юрико, женщина-самурай, ещё спит.

Вчера ей пришлось убить двоих, но жаждела она агонии многих. Человек Леквера… Никогда бы не подумал, что эта заноза окажется такой большой и болезненной. Его параноидальное мышление сыпет нам на головы камни. Добром это не кончится.

Моя бы воля — прямо сейчас направился в столицу.

Расследование ещё не закончено, значит, якорь поднять не выйдет. Нансенкрис завязал с наркотиками примерно три года назад… до или после начала эпидемии? Но, при всём при этом, в найденной дозе следов Немаина не обнаружено. Либо Хильда нашла нового торговца, либо бережно сохранённая партия Собаковода (одна из последних) оказалась чиста, и он здесь ни при чём…

Кусочки головоломки стыкуются неохотно, разваливаются, метод сборки ускользает. Я ввязался в задачу сложную, и подсказки мне не помогают. Но не думаю, что многие достигли хоть бы и этого результата. Тяжесть следующего шага заключается в том, что я не знаю, в какую сторону его делать.

Кровь на полу — просто забудем про неё, рука бушует какофонией боли — не обращать внимание. Поработай, возми дневник и словари.

Так, что ещё ты таишь, кроме вражды с матерью и употребления наркотиков? Не ты ли пошла вопреки правилам, здравому смыслу и нормам морали торговать своим телом? При чём тут Немаин? Половой путь — слишком длинный крюк для летучей заразы.

Тем не менее, на страницах прощальной тетради неизвестные слова стали складываться в осмысленные фразы. Часть слов я успел заучить, если оперативно пользоваться словарями, то читать можно достаточно быстро. Где-то приходится подставлять слова по смыслу, а где-то — нагло фантазировать.

Выдумать мысли Хильды заново. И это самое точно описание подъёма костлявой смерти.

…Смитсон часто пропадает с Артуром. Мне не нравятся их похождения. Мой муж попал в плохую компанию. Этот Артур — сущий (непонятное слово, очевидно, что-то бранное). Ходят слухи уже. Моё лицо становится… красным(?)… когда я это выслушиваю.

Вчера повстречала… знакомого Смитсона с работы. Тот сказал, что бояться мне нечего, но нет веры ему… ему нельзя верить, наверное… Выгораживает его, могли сговориться.

Я придумываю простой план: даю ему выпить, много даю. До самого вечера он… пьёт(?)… как сапожник (странное сравнение), но развязать ему язык не выходит. А тут ещё и муж! Да, хорошо объяснить, что происходит, не вышло… что-то про скандал…

Хм, судя по всему, Смитсон избил Хильду… и товарища с лесопилки. Ревнивая парочка.

Что дальше?

…Он продолжает где-то шляться, я не нахожу себе места. Если попробовать проследить, это может закончиться… новым избиением. А вчера умер сосед — дедушка Минц… Минтс… Без своей Клары он не протянул и года. Я видела, как он… ему стало много хуже от одиночества, и не хочу того же.

Много страха… очень боюсь потерять Смитсона…

Что ещё сказать?..

— Изучаешь, Оскар? — не обратил я внимания, как проснулась Юрико. — Что там?

— Здесь, — я закинул ногу на ногу, — про то, как Смитсон с Артуром пропадают где-то. Хильда ревнует, судя по всему, пытается докопаться до истины. А муж её бьёт…

— Скотский недомерок, — посчитала японка ниже своего достоинства злиться на садиста.

Не мне его судить, потому как я тоже бил женщину. Да, это было в лесу, у меня была истерика, и женщина эта чуть ли не сильнее меня. Сетовать на обстоятельства и укрываться ими, как щитом, — удел не самых уважаемых мною людей.

— Как рука?

— В норме, — осмотрел я перетянутую бинтами, исколотую всякой химией конечность.

— Хорошо, — кивнула она. — Что насчёт нашего задания? Есть идеи?

— Ну, если следовать ранее намеченному пути, то, ввиду новых обстоятельств, можно соотнести смерть четы Гангейлов с одной из последних поставок Нансенкриса. Возможно, именно она стала роковой, хотя в найденном наркотике следов Немаина не обнаружилось.

— Выходит, — скосила глаза в пол коллега, — эта теория маловероятна.

— Не факт, но… В общем, она имеет право на жизнь. Что ещё интересно, мы не знаем, услугами каких торговцев пользовалась Хильда. Возможно, это далеко не один Нансенкрис, что сильно осложняет поиск первопричины.

— А если перетрясти всех в Сакра Ципионе?

— Мы не знаем, где их искать, — развёл я руки в стороны. — Поэтому они ещё функционируют.

Юрико немногозначно взглянула в сторону Сакра Ципиона, словно задумала всех этих подонков как минимум поймать.

— След теряется, — с сожалением пробормотал я.

— У нас информация о проститутке… если это Хильда?

— К Немаину это отношения не имеет: половой контакт для заражения не требуется, ты это прекрасно знаешь. Не то, совсем не то, Юрико.

— Просто, — пальцы агрессивно заворчали костяшками, — Нансенкрис назвал имя — Пётр Романов. Через него найдём и Брюлли. Обоих следует наказать.

Тут я уже не смог усидеть на месте и подлетел чуть ниже потолка:

— Юрико! Нас хотят укокошить, нам скорее нужно со всем кончать и убираться, а ты предлагаешь искать каких-то проституток и их клиентов! Тебе не хватило Собаковода?

— Это бы много времени не заняло.

— Мы не будем никого искать и наказывать!

— Ладно — оторвала японка взгляд от собственного кулака, — можешь не ходить со мной.

— Юрико! Ты меня совсем не слушаешь?

— Практически.

Практически… Слепое зубастое животное с единственным инстинктом — карать. Это просто невыносимо! Либо она мнит о себе чрезмерно много, либо на её детской жизни каждая мразь оставила по клейму! Когда она отвернулась, я даже замахнулся дневником, правда, удержался от броска. Упрямая, высокомерная, надменная! Ей богу, прострелю колено, если вздумает куда пойти!

Ублюдская деревушка!