Чтение онлайн

Мне очень хотелось разгадать загадку настоящей супруги правителя, но добиться согласия его «жены» сейчас было важнее.

— Пообещай, — внезапно сказала Её Величество. — Дай слово, что не раскроешь мою тайну Лансу, а я сделаю всё, что в моих силах, чтобы эта бесхребетная покинула дворец.

Её крупное лицо озарила ехидная улыбка, которая мне совершенно не понравилась.

— На законных основаниях, — добавил я обязательное требование, так как понял, к чему клонит заговорщица.

— Конечно. С Филиппом и супругом я сама всё улажу. Ну же. — Она слегка наклонила голову, показывая, что терпение её подходит к концу.

— Хорошо. Обещаю, что не стану рассказывать правителю и генеральскому сыну правду. Надеюсь, что и вы своё слово сдержите. — Понимая, что без подвоха не обойдётся, я развернулся к ней спиной и направился к двери.

— Сдержу. Пришлю её к тебе, будь уж добр, сделай так, чтобы о её визите узнали все. И о том, что именно вы делали. Принцесса-изменщица никому не нужна, — выдала она.

А я застыл, словно молнией поражённый. Так вот какой у неё план?

— Нет!

— Ты же хочешь её, я вижу. Заставлять себя не придётся, — победно улыбаясь, заявила правительница.

— Неужели нет другого способа?

У меня внутри всё похолодело. Мне, может, и не придётся, но принуждать любимую к близости, а затем порицать её этим, даже зная, что это дарует ей свободу, я ни за что не стал бы.

— Есть, но он тебе не понравится, диал. — Шантажистка сложила вместе руки и плюхнулась в кресло, всем своим видом давая понять, что аудиенция окончена.

— Не важно, понравится он мне или нет, главное, чтобы Дафна была свободна. Так что я выбираю второй вариант.

И я вышел из её кабинета, закрыв за собой дверь.

— Ой, зря…

Я услышал уже после, но решил об этом не думать, так как в конце коридора меня ждали брат и моя ненаглядная принцесса. ?т одного только взгляда на неё сердце пускалось вскачь, а все негативные мысли словно улетучивались. Я получил согласие правительницы отпустить её, и это было главным.

Подошёл к ней и задал заветный вопрос, на который получил… отказ.

Её ли неприветливый взгляд стал причиной моего срыва или же напряжение последних дней, наконец, переполнило чашу моего терпения, но неожиданно для себя самого я почувствовал мощный поток магии, направленный на Дафну. Что-то внутри меня сломалось, не выдержало, указывая на то, что, какой бы выдержкой и терпением я ни обладал, даже у них есть предел. Слишком поздно понял, что дарованная душа сорвалась и сделала то, чего я всегда избегал. Применила мой дар к принцессе. Грубо, неаккуратно, заставляя девушку схватиться за голову от резкой боли.

«Нет! Люций, стой! Нельзя! Ты делаешь ей больно!» — пытался я угомонить свою вторую душу, но она не реагировала.

А затем я услышал собственный голос.

— Я задам вопрос, а ты ответишь мне чистую правду, — говорил я так, будто меня самого вынуждали это делать.

По сути, так и было, дарованная душа блокировала меня и пыталась перенять управление телом полностью.

Дафна подняла на меня глаза и молча кивнула.

— Я согласна, только не дави так сильно, а то я думать не в состоянии, — сказала она.

А у меня сердце сжалось в комок. И чем я после этого лучше Филиппа?

Дафна

— Почему? — спросил Люций, слегка ослабив напор.

Как же мне повезло, что он задал вопрос без конкретики. Ещё тогда, в юношестве, я научилась обходить его магию. Отвечать правдиво, но при этом не выдавать всего. Сейчас мне предстояло вспомнить наши игры и попытаться обмануть того, кому невозможно солгать.

— Потому что по уши влюбилась, — ответила я чистую правду, и давление на виски тут же ослабло.

— Неужели любовь дороже свободы? Я же видел тебя там в… — Тут он смутился и отвёл взгляд. — В общем, видел. За что приношу свои извинения. Но ты же несчастна. Зачем страдать ради того, кто этого не ценит?

— Да, я несчастна, — вырвалось у меня против воли, но я вовремя собралась и взяла ситуацию под контроль. — Но ради любимого готова на многое. — Я кинула мимолётный взгляд на Дуэйна.

Диал молчал, внимательно слушая нашу с Люцием перепалку.

— Брат, я же говорил, не стоило нам сюда приезжать. Девушка по уши влюблена в того, кому преподнесла своё тело и душу. На ней его браслет. Ты зря переживаешь… — внезапно выдал брюнет, а я уцепилась за его слова.

— Да, Дуэйн прав. Люблю того, с кем провела свою первую ночь. Совсем недавно поняла, что это так, и теперь готова на всё, чтобы он был счастлив. Насколько я поняла, конфликт улажен. Поэтому вам лучше вернуться обратно. Я очень благодарна за помощь, Люций. Ты сдержал данное мне слово и выручил в трудной ситуации. Освобождаю тебя от любых обязательств, — выпалила я так быстро, что сама удивилась.

Мой зеленоглазый сказочник смотрел на меня, не моргая и, кажется, не дыша.

— Благодарю за то, что расставила все точки над «и», милая Дафна. Мы уедем. Непременно. Как только я переговорю с правителем. Рад, что ты нашла своё место в этом мире и знаешь, чего хочешь от жизни. — Он резко развернулся ко мне спиной и зашагал прочь.

— Брат, подожди меня! — Младший Алмор бросился за ним.

«Смогла. Я сделала так, что Люций мне поверил. Теперь он покинет Иперворию и больше никогда сюда не вернётся. А я… я не пропаду. Всё у меня будет хорошо».

Довольная тем, что справилась, я вернулась в свои покои. На душе стало пусто и серо. Не хотелось совершенно ничего. Слёзы лить я зареклась, а голова не соображала. Всё, что рассказал Дуэйн, настолько меня ошарашило, что я могла лишь корить себя за недальновидность и незрелость. Не будь я таким ребенком, может и повела бы себя иначе, но увы.

Вечером того же дня в окно моей спальни влетела птица с посланием от брата. Он получил мою записку и… обещал приехать.

Подумать только! Наследник Лиссии собственной персоной. Да, у нас с ним были хорошие отношения, но я не надеялась, что он откликнется на мой зов.

Всю ночь провела, терзаясь муками совести за то, что так нехорошо поступила с Люцием. Он хотел помочь, предложил забрать меня отсюда. Если бы не сказанное его братом, я бы без раздумий бросилась в его объятья и согласилась на что угодно. Но головой тоже надо думать. Филипп меня так просто не отпустил бы и, узнай он о моей измене, точно убил бы дикейского принца.