Душистые ветки акации белой
Шрифт:
8
Обычной полная печали,Ты входишь в этот бедный дом,Который ядра осыпалиНедавно пламенным дождем;Но юный плющ, виясь вкруг зданья,Покрыл следы вражды и зла —Ужель еще твои страданьяМоя любовь не обвила?9
Приветствую тебя, опустошенный дом,Завядшие дубы, лежащие кругом,И море синее, и вас, крутые скалы,И пышный прежде сад – глухой и одичалый!Усталым путникам в палящий летний деньЕще даешь ты, дом, свежительную тень,Еще стоят твои поруганные стены,Но сколько горестной я вижу перемены!Едва лишь я вступил под твой знакомый кров,Бросаются в глаза мне надписи врагов,Рисунки грубые и шутки площадные,Где с наглым торжеством поносится Россия; Всё те же громкие, хвастливые словаНечестное врагов оправдывают дело.Вздохнув, иду вперед; мохнатая соваБесшумно с зеркала разбитого слетела;Вот в угол бросилась испуганная мышь…Везде обломки, прах; куда ни поглядишь,Везде насилие, насмешки и угрозы;А из саду в окно вползающие розы,За мраморный карниз цепляясь там и тут,Беспечно в красоте раскидистой цветут,Как будто на дела враждебного народаНабросить свой покров старается природа, Вот ящерица здесь меж зелени и плит,Блестя как изумруд, извилисто скользит,И любо ей играть в молчании могильном,Где на пол солнца луч столбом ударил пыльным…Но вот уж сумерки; вот постепенно мглаНа берег, на залив, на скалы налегла;Все больше в небе звезд, в аллеях все темнее,Душистее цветы, и запах трав сильнее;На сломанном крыльце сижу я, полон дум;Как тихо все кругом, как слышен моря шум… 10
Тяжел наш путь, твой бедный мулУстал топтать терновник злобный;Взгляни наверх: то не аул,Гнезду орлиному подобный;То целый город; смолкнул гулНародных празднеств и торговли,И ветер тления подулНа Богом проклятые кровли.Во дни глубокой старины(Гласят народные скрижали),Во дни неволи и печали,Сюда Израиля сыны От ига чуждого бежали,И град возник на высях гор.Забыв отцов своих позорИ горький плен Ерусалима,Здесь мирно жили караимы;Но ждал их давний приговор,И пала тяжесть божья гневаНа ветвь караемого древа.И город вымер. Здесь и тамОстатки башен по стенам,Кривые улицы, кладбища,Пещеры, рытые в скалах,Давно безлюдные жилища,Обломки, камни, пыль и прах,Где взор отрады не находит; Две-три семьи как тени бродятСредь голых стен; но дорогиДля них родные очаги,И храм отцов, от моха черный,Над коим плавные круги,Паря, чертит орел нагорный…11
Где светлый ключ, спускаясь вниз,По серым камням точит слезы,Ползут на черный кипарисГроздами пурпурные розы.Сюда когда-то, в жгучий зной,Под темнолиственные лавры,Бежали львы на водопойИ буро-пегие кентавры; С козлом бодался здесь сатир;Вакханки с криками и смехомСвершали виноградный пир,И хор тимпанов, флейт и лирСливался шумно с дальним эхом.На той скале Дианы храмХранила девственная жрица,А здесь над морем по ночамПлыла богини колесница…Но уж не та теперь пора;Где был заветный лес Дианы,Там слышны звуки топора,Грохочут вражьи барабаны; И все прошло; нигде следаНе видно Греции счастливой,Без тайны лес, без плясок нивы,Без песней пестрые стадаПасет татарин молчаливый…12
Солнце жжет; перед грозоюИзменился моря вид:Засверкал меж бирюзоюИзумруд и малахит.Здесь на камне буду ждать я,Как, вздымая корабли,Море бросится в объятьяИзнывающей земли, И, покрытый пеной белой,Утомясь, влюбленный богСнова ляжет, онемелый,У твоих, Таврида, ног.13
Смотри, все ближе с двух сторонНас обнимает лес дремучий;Глубоким мраком полон он,Как будто набежали тучи,Иль меж деревьев вековыхНас ночь безвременно застигла,Лишь солнце сыплет через нихМестами огненные иглы.Зубчатый клен, и гладкий бук,И твердый граб, и дуб корнистыйВторят подков железный звукСредь гама птичьего и свиста; И ходит трепетная смесьПолутеней в прохладе мглистой,И чует грудь, как воздух весьПропитан сыростью душистой.Вон там украдкой слабый лучСкользит по липе, мхом одетой,И дятла стук, и близко где-тоЖурчит в траве незримый ключ…14
Привал. Дымяся, огонекТрещит под таганом дорожным,Пасутся кони, и далекВесь мир с его волненьем ложным. Поделиться с друзьями: