Чтение онлайн

— Интересно… а мне, представьте, ваш…

— Ну надо же, какое совпадение! Давайте, вы первый!

— Хорошо… Даже, скорее, не совет… Просто неплохо бы мне ваше мнение узнать… Вы человек опытный…

— Что же произошло? Рассказывайте! — предложила Сухова.

— Ну, произошло одно событие… Хм, даже два… Одно плохое, а другое еще хуже… С какого бы начать?

— Давайте с наихудшего! — набралась мужества Мария Даниловна.

— Эх… Даже не знаю… В общем… Олеся… — опер замолк, подбирая слова.

— Поссорились? — предположила Мария Даниловна. — Это ничего, помиритесь! Вот, помню, в ранней еще молодости…

— Да не совсем так, — задумчиво перебил ее Петруха. — Я тут узнал одну новость и не могу прийти к какому-либо решению…

— Не тяните, да говорите же наконец!

— Моя Олеся… Ей же двадцать пять! Я думал, вот попалась хорошая девушка, из приличной семьи, образованная… А она… А у нее…

— Стоп, стоп! Все поняла! У нее будет ребенок, да? — перебила слушательница и, не услышав ответа, быстро продолжала:

— Так это еще дело поправимое! Я бы, конечно, посоветовала родить, все-таки дети украшают нашу жизнь… Эх… — печально вздохнула она, вспомнив свои утраты. — Но раз вы так категорически настроены, ну и прерывайте! Сейчас же можно чуть ли не до тридцати недель… Могу в газете объявления посмотреть…

— Да что вы! Не в этом совсем дело! — взмолился Петруха, останавливая кипучую деятельность собеседницы. — И вообще, аборт есть убийство и запрещен правилами Шестого Вселенского и поместного Анкирского соборов! Проблема-то иная… У нее уже есть ребенок!

— Да? Вот это да… Что ж она вам не сказала?

— Вот и я ее о том же спросил… В первый класс пошел в этом году! С ума сойти! Да не будь его школа такой навороченной, может, я бы только после свадьбы об этом узнал!

— При чем тут школа?

— Ох, да ей пришлось раскрыть тайну… Всех родственников, знакомых на уши подняли — учебники, тетрадки… Во, точно, еще в «Судостроителе»-то я не был!

— Каком «Судостроителе»?

— Да здесь, на Садовой, книжный! Может, там эти прописи продаются? Весь город обегал, сколько очередей отстоял!

— Прописи? — не поняла Сухова. — А что, это дефицит?

— Каких только нет в продаже! В каждой школе — своя программа, а чтоб не перепутали, на обложках разные картинки. Этим вот приспичили прописи с крокодильчиками! С жирафами — повсюду, с медведями, с зайчиками… А нужных — нигде нет!

— С крокодильчиками? — стало как-то нехорошо на душе у Марии Даниловны, усмотревшей и в этом более чем случайном совпадении зловещее предзнаменование.

— Ну да, с ними… — мрачно кивнул опер. — Она же — вот хитрая! — вначале список покупок всучила, я ничего такого и не заподозрил… Мало ли, подумал, кто-то из любимых воспитанников в школу пошел, она же логопед, детишки ее обожают! Она такая приветливая, добрая, умная… и хитрая! Обегав полгорода, я уже не рад поручению был, вернулся, говорю: «Милая, может, перебьется твой ученик без этих крокодильчиков?» А она — в слезы, ну тут-то все и началось! Все ведь обидно — и то, что скрывала… А теперь еще думать надо — я же не готов к детям, нет, я теоретически не против, но сразу семилетнего? С ним же подружиться надо, контакт найти… Жилищные условия создать, наконец…

— Н-да… — качала головой Мария Даниловна. — Вот незадача… Хотя — если вы спрашиваете мое мнение — я считаю, что вы должны не просто простить ее, а как бы даже забыть об этом неприятном инциденте… Принять как должное… Да, подружиться с мальчиком, чтобы из него такой вот Вовочка не вырос… Ну и все прочее… Это если вы хотите восстановить хорошие отношения с вашей подругой…

— Думаете? — с надеждой спросил Петруха.

— Уверена! По крайней мере, будь я на ее месте, я бы ждала только такой реакции… А то вон я в газете прочитала… Одна женщина в Америке утопила двух маленьких детей — оказывается, ее возлюбленный сказал, что с детьми она ему не нужна… Вот она буквально все и истолковала…

— Да что там в Америке! И здесь таких примеров… — вздохнул Алексеев.

— Ладно, а что же за вторая новость? Та, что не такая плохая? С этой разобрались, вовсе и не страшно оказалось, — напомнила Сухова.

— А, ну вторая вообще-то напрямую вытекает из первой, да тут вы мне, к сожалению, ничем не поможете… Мы же с Олесей, когда ругались, уж так сильно поскандалили… Я, конечно, виноват, не нужно было так… В общем, она выскочила, дверью хлопнула и была такова!

— Теперь ее найти не можете? — подсказала Мария Даниловна.

— Честно говоря, не искал пока… Ну обошел вокруг дома — а дальше-то где? Да это все вчера вечером было… Наверное, уже вернулась… Плохо другое: она мое удостоверение унесла!

— Как унесла? Назло?

— Да вряд ли… Хотя вы, женщины, народ непредсказуемый…

— Ну уж… — обрадовалась сомнительному комплименту Мария Даниловна.

— Я, знаете ли, в выходной в баню ходил… Да… Вот и отдал ей на сохранение, а потом забыл — то да се, прописи эти… Вот неприятность!

— Извините, Петр Алексеевич, я вот заметила: когда вы мальчика арестовывали, вы ему какой-то… жетон, что ли, показали?

— Ну да, жетон… — засмущался Петруха. — А что еще было делать? Надо было что-то предъявить!

— Какой же жетон?

— Ну этот, обычный, контролеров в транспорте…

— Откуда он у вас?

— А, — отмахнулся Алексеев. — Пойду лучше Олесе позвоню… Днем звонил уже — занято было, потом и коллеги подъехали… — Он решительно вышел из комнаты и спустя несколько минут вернулся, уже сильно обескураженный.

— Так и не приходила? — осенила Сухову догадка.

— Да нет… Пришла… Глупо так примирение с поиска документа начинать… Плакала… Так дело-то вот в чем: нет его у нее!

— Нет?

— Нет. Было, а теперь полезла в сумочку, перерыла — и нет!

— Может, в транспорте украли?

— Вряд ли… Она сказала, что после ссоры зашла к подруге, та в соседнем подъезде живет… Просидела полночи… А там — гости, целая квартира народу! И сумочка — в коридоре, бесхозная… Ищи теперь его свищи… Вот проблема. Думал, меньшее из двух зол, а вышло… На работе теперь…

— Жалко… — посочувствовала слушательница.

— Ладно, вы-то тут ни при чем! Сам разберусь. Вы ведь мне тоже что-то хотели сказать?

— Я… — потупилась Мария Даниловна. — Да нет, ничего особенного сравнительно с вашими делами…

— А все же? — настаивал Петруха.

— Ну, сны меня замучили… Опять про Египет… Лет тридцать уже такое не снилось…

— Сны! — выдохнул Алексеев. — Снова вы за свои глупости! Подождите, почему Египет? Вам же про метро? Или не вам? Кто же мне про метро вкручивал? Станция «Рыба»… Нет, точно вы! Не отпирайтесь! И… почему тридцать лет? Вы что же, бывали там?