Чтение онлайн

— Результатов по запросу... не обнаружено. Никаких совпадений... с известными... артефактами... реагентами... или заклинаниями...

Рику не знал, что перед ним, но нутром чувствовал, что ничего хорошего от новой придумки эльфов ждать не стоит.

— Ладно, мы и так тут задержались. Посмотрим, остались ли еще какие-то документы, и сваливаем.

Шви кивнула и принялась собирать разбросанные по залу обрывки рукописей. Рику же стал изучать подобранный с пола лист бумаги.

— Что же это за штука такая, если даже имена разработчиков зашифрованы... — задумчиво произнес он и невольно вздрогнул.

План не задерживаться в руинах и поскорее вернуться домой оказался несбыточным.

— Попали мы с тобой... Такая погода точно не для прогулок.

Выйдя из библиотеки, они уже собирались было покинуть эльфийский город, но увидели, как к ним приближается буря смерти — так люди называли природное явление, возникающее при слишком обильном выпадении черного пепла. Взаимодействуя сам с собой, пепел закручивал потоки воздуха с бешеной скоростью и превращал их в мерцающий бледным светом ураган. При попадании в него не спасала уже никакая защита — смертоносный пепел проникал даже сквозь противогаз.

Им пришлось спешно вернуться в руины.

— Рику... что ты... обычно делаешь... в таких случаях? — спросила Шви, когда они укрылись в комнатке на верхнем этаже странной эльфийской библиотеки.

— Да ничего не делаю, просто пережидаю бурю в какой-нибудь пещере или среди руин. А если ничего подходящего поблизости нет, то копаю яму и прячусь в ней, — только и вздохнул Рику.

Бури смерти случались не так уж редко. По личному опыту он знал, что продлится она всего несколько часов, от силы — день. Ему уже не раз приходилось пережидать бурю, лежа в окопе сутки напролет. Главное, что его сейчас волновало, — это безопаснее ли здесь, чем в яме.

— Ну как? Чувствуешь что-нибудь живое поблизости?

— Мертвые духи... создают помехи.

— Ясно... Но, с другой стороны, тогда мы тоже по-своему защищены.

Буря смерти позволяла им оставаться никем не замеченными. В любом случае, наружу они выбраться не могли, да и без радара Шви перемещаться было рискованно, поэтому оставалось только ждать.

— Шви, ты с собой шахматную доску не взяла? — поинтересовался Рику.

Ответом ему был виноватый взгляд. Шви явно ожидала, что Рику будет недоволен: ведь он велел взять с собой только самое необходимое.

— Прости... пожалуйста, — опустив голову, пролепетала она и, покопавшись в сумке, робко вытащила из нее шахматную доску. Рику не смог сдержать улыбки, видя, как экс-макина боится, что ее отругает человек.

— Все хорошо, я не сержусь. Делать до окончания бури все равно нечего, так хоть поиграем.

— Правда... можно?.. — голос Шви сразу стал радостным, и она принялась расставлять на доске фигуры.

Рику сосредоточился, перебирая в уме все стратегии, которые он перепробовал против нее за этот год. 182 партии, ноль побед — ему ни разу не удалось не то что выиграть, но даже добиться ничьей. Хотя, надо отметить, его ходы не раз заставляли Шви надолго задуматься, а это значило, что шанс на победу все-таки был.

Сам того не осознавая, он довольно ухмыльнулся.

— Рику... — спросила вдруг Шви. — Почему ты... продолжаешь играть... если не можешь... выиграть?

— Что еще за вопросы? Ты же сама сказала, что дашь мне нужную информацию, если я выиграю.

— Неправда... Ты не мог... не заметить... Я и так... уже рассказала тебе... все... что знаю.

Наступила тишина. Снаружи было лишь слышно завывание ветра.

Наконец, Шви нарушила молчание:

— Рику... ты... молодец.

— Не надо меня утешать.

То же самое ему когда-то сказала Корон, и то же самое он тогда ответил ей. Рику полагал, что на этом разговор окончен. Однако Шви возразила:

— Утешать?.. Нет, я сказала... правду. — Рику удивленно уставился на нее. Шви же, словно сомневаясь, стоит ли об этом говорить, робко продолжила:

— В такой... среде обитания... люди не должны... выживать, — после тех же самых слов год назад Рику схватил ее за горло. Тогда они глубоко ранили его, но Шви все же решилась их повторить. — Не произошло этого... только благодаря... тебе. Твоей... душе, воле... Что бы ты ни думал... но это... факт, — твердо заключила она, глядя в его бездонные черные глаза.

— Ха! Это что же значит, машины убеждают меня, что моя бесконечная череда провалов идет людям на пользу?

— Не знаю... насчет других... машин... Но я тебе это... гарантирую, — серьезно сказала Шви и посмотрела на Рику своими алыми, похожими на стеклянные шарики глазами. — Но тебе ведь этого... мало.

— Конечно. Кто захочет жить в мире...

— Нет, — перебила его Шви. — Раньше я... не понимала... Но ты... не хочешь... чтобы чья-либо жизнь... обрывалась. Кто бы это... ни был. Даже если... это те... кто убивает... людей. Вроде... меня.

Лицо Рику угрожающе помрачнело. Все-таки она ничего не поняла: ни почему он тогда не убил ее, ни почему сам ответил, что не знает. Только это объясняло то, что она сейчас несла.

— Мне кажется... именно в этом... и есть... твоя душа, — продолжила она. Рику лишь молча зажмурился. — Я знаю, что ты молодец... Но тебе... этого мало. Ты не хочешь признавать... свои заслуги.

Повисла пауза.

Вдруг в гнетущей тишине, прерываемой лишь свистом ветра, раздался смешок. Рику медленно поднял голову и подпер ладонью подбородок.

— Как же ты меня бесишь, — чеканя каждое слово, процедил он. — Никогда не думал, что правда может так раздражать.

— Прости...

— Что ты извиняешься?.. Это я идиот, раз срываю свою злость на тебе.

Рику вздохнул так глубоко, словно пытался выдохнуть наружу ту самую душу.

Шви вновь поставила ему безоговорочный мат: изложила все, как есть, не оставляя шансов на оправдания и отговорки. Она вскрыла замок на его сердце, и препираться уже было бессмысленно.

— Да, ты права... Я не хочу, чтобы такого подонка, как я, хвалили...

Люди всегда скрывались, пытаясь выжить... но и что с того? Что еще им оставалось?

Рику прислонился спиной к стене и посмотрел в потолок.

— Но что я могу сделать? Что мне сделать, чтобы я мог простить себя?! — в отчаянии воскликнул он, словно умоляя о помощи.

Все это время он бежал от битв, ставкой в которых были бесценные человеческие жизни. Он жертвовал одним, чтобы спасти двоих, убивал двоих, чтобы спасти четверых, и каждый раз врал себе, что это был единственный выход. Как теперь посмотреть правде в глаза после стольких лет бегства?