Два игрока бросают вызов всему миру
Шрифт:
Несколько машин проскользнули мимо припавшей на одно колено Азраил. Не было сомнений, куда те спешили: конечно же, в тронный зал Артоша.
— Вы что... издеваетесь... няд нями, ущербные отродья-а-а?! Думаете, я позволю вам убить Владыку?! — проревела Азраил, и нимб над ее головой заискрился и даже треснул от напряжения.
Она вытянула обе руки вперед:
— Думаете, мы только на нябесную кару способны?!
В следующий миг воздух перед ней задрожал. Это был один из альтернативных способов применения телепортации: искривление пространства перед собой, а затем его принудительное схлопывание. Так Азраил одним махом расправилась сразу с несколькими экс-макинами. Однако на этом ее возможности закончились.
— Уфф... Уфф... Уфф...
Утратившая силы Азраил, подобно Джибрил, уменьшилась до размеров ребенка и устало прислонилась спиной к двери, ведущей в тронный зал Артоша. Она была готова стоять здесь насмерть, защищая проход.
Но то, что Азраил услышала дальше, заставило ее оцепенеть:
— Прюфер командному центру. Принцип пространственного переноса изучен и освоен.
Азраил наверняка смертельно побледнела бы, если бы могла. Только сейчас до нее дошло, какую чудовищную ошибку она допустила. Ведь экс-макины анализировали все атаки, обращенные против них, и моментально создавали аналоги. А она только что применила заклинание, которое крылатые до сих пор использовали исключительно для перемещения.
Экс-макины тут же подтвердили ее наихудшие опасения:
— Цайхнен всем активным единицам. «Шурре Апокрифен» [25] готов, синхронизирую.
В ту же секунду над головой Азраил прошел луч света, пробив дверь в тронный зал.
— Визуальный захват цели завершен. Всем единицам, начиная с тех, кто уже обезвредил своего противника, приказано осуществить перенос.
— Ох!..
— Лёзен... «Шурре Апокрифен»!
25
«Шурре Апокрифен» (нем. Schurre Apokryphen — «фальшивый туннель») — пространственный перенос, скопированный у крылатых.
Не дав Азраил даже времени на то, чтобы пожалеть о своем промахе, экс-макины исчезли из поля ее зрения. Сама она, уже не способная не то что летать, — даже ходить, тем не менее, упорно поползла на четвереньках в сторону тронного зала...
Попав в тронный зал, Айнцих увидел исполинскую мужскую фигуру. Он стал первым из экс-макин, кому удалось собственными глазами увидеть Артоша, и он тут же синхронизировал полученные визуальные данные с другими машинами. Гарантий, что это был именно Артош, у них не было, но те и не требовались: кто еще, как не могучий бог войны и их злейший враг, мог так невозмутимо восседать на троне с самоуверенной и наглой ухмылкой?
Вслед за Айнцихом в тронном зале одна за другой начали появляться и остальные экс-макины.
— Дозволяю представиться, — прогремел на весь тронный зал исполин. От одного только звука его голоса все измерительные приборы Айнциха зашкалили.
— <Отказ>. Предметы не представляются, — ответил Айнцих.
— А зачем мне знать имена предметов? — громогласно усмехнулся бог. — Я хочу знать имя своего противника.
Айнцих молчал — ему было запрещено отвечать. Не говоря ни слова, он оценивал ситуацию и ждал подкрепления в лице выживших боевых единиц. На данный момент их осталось 872. Получить технологию «Шурре Апокрифен» успели 701 из них. Значит, достигнуть цели могла максимум 701 единица — меньше двух стандартных кластеров. Айнцих досадливо поморщился: против ослабевших крылатых и одной фантазмы это были слишком большие потери. Шпилер оказался прав: математика — несовершенная наука, и это пришлось признать даже машине. Какая ирония!
— Великолепно, — расплылся в улыбке Артош. — Это красиво: сильнейшему в мире богу бросил вызов слабейший, безвестный и ничего для себя не требующий соперник, — он, наконец, убрал руку от лица. — Как долго я ждал столь достойного противника!
Артош поднялся с трона. И этого было достаточно, чтобы Айнцих усомнился, не сломан ли он...
«Айнцих всем единицам. С моими измерительными приборами что-то не так?»
Все датчики Айнциха показывали, что Артош стремительно увеличивается в массе, однако оптические сенсоры говорили, что он всего лишь поднялся с трона. Поправка: росло количество энергии, составляющей его облик. Нет, еще поправка: то была не энергия — повышалась плотность информации о его существовании, словно нечто материальное возникало из пустоты. К этому времени оставшиеся в живых экс-макины уже собрались в тронном зале и все как одна подтвердили: они наблюдали то же самое.
Это было невозможно. Это нарушало все известные законы термодинамики. Даже магия по сути своей была преобразованием энергии духов, при ее расходовании позволяющей нарушать законы физики. И тем не менее все сенсоры экс-макин были едины в показаниях: масса бога войны увеличивалась. Абстрактная идея заполоняла собой пространство и воплощалась в материальную форму.
«Невозможно... Что происходит?..»
Артош только что использовал божью кару, и у него должно было остаться не больше 12% его изначальной силы — так единогласно утверждали расчеты зееров [26] и прюферов. И тем не менее...
26
Зеер (нем. Seher — «наблюдатель») — один из классов экс-макин.
Артош словно прочитал их мысли:
— Сильнейший превосходит других просто потому, что он «сильнейший». В измерении моей мощи смысла нет.
Айнцих не знал, что сказать на это. Ему ничего не оставалось, кроме как принять эту идею, сколь абсурдной она ни была. В конце концов, он, будучи машиной, обрел душу — если возможно такое, то почему бы не существовать и одушевленной идее силы? Все это подвело его размышления к дикой гипотезе, отвечающей на один извечный вопрос.
«Идея, обретшая душу... Закон природы, обладающий собственной волей?»
Получается, эссенция...
— Все очевидно: я сильнейший, а все остальные — слабаки, — упивался своим величием Артош. Вид его был свиреп, голос был полон презрения.
Айнцих лишь усмехнулся в ответ.
«Всем единицам, синхронизированным с моим мышлением. Если кто-нибудь останется в живых — проверьте мое предположение».
«Яволъ».
Если эссенция — это то, о чем думал Айнцих, тогда полностью уничтожить Артоша было в принципе невозможно. И все же...
«Запрос зеерам и прюферам. Существует ли эссенция физически, и возможно ли это проверить?»
«Беяхен» [27] .
Тогда все просто.
— Всем боевым единицам: загрузить разработанный прюферами алгоритм сражения с неизвестным. Лёзен!
Огромная фигура перед ними — идея, феномен, а может быть, закон природы во плоти — все увеличивалась в размерах, пока целиком не заполнила все видимое пространство.
27
Беяхен (нем. Bejahen) — «Так точно».
Айнцих продолжил отдавать приказы, опираясь лишь на гипотезу. Если вычислить боевую силу противника невозможно, то что остается делать? Ответ очевиден: повиноваться подаренному им голосу сердца.
«Если сила врага неизвестна — предскажи все непредсказуемое. Не пытайся ничего понять или вычислить: доверяй лишь собственной интуиции», — так завещала им Шви.
В тронном зале Авант Хейма семьсот одно живое существо, притворяющееся машиной, готовилось к последнему, самому важному бою.