Два лета одного года
Шрифт:
– Нет. Думаю, что вам можно доверять – отказался Эрик, надеясь, что Большой Больцман станет постоянным посетителем мастерской.
– Польщен вашим доверием к такому дикому зверю как я. Забавно, что вы лучшего мнения о моей персоне, чем большинство людей. Но лучше всегда пересчитывайте: обаятельный образ может легко вас одурманить. А деньги в вашем человеческом мире занимают не последнее, если не главенствующее положение, и я понял это сразу, когда попал сюда. Всего вам хорошего – неспешно попрощался очеловеченный волк и следом выкатил свой роскошный кабриолет прочь на улицу, чтобы потом с шумом удалиться прочь.
– Пятьсот девяносто девять. Довольно символично, чтобы это не значило – сказал удивленно Хартман, передав Фрэнку обещанную заранее сумму.
– Да, он, наверняка, просто преподал нам урок. А я куплю себе, наконец, новые туфли и схожу в ресторан – заметил Фрэнк, на ногах которого, действительно, были уже порядком заношенные ботинки.
– Он приедет сюда снова – проронил с невероятной уверенностью Эрик, он остался доволен удачной сделкой с волком, затем герои попрощались и разошлись.
Довольный Фрэнк повесил на гвоздь халат и надел пальто, чтобы вскоре оказаться на улицах вечернего города. Из раскрытого окна второго этажа дома напротив, где на подоконнике красовались ярким алым пятном эльфийские цветы, доносилась приятная музыка. Это началось еще с середины лета, но за все это время герой так и не узнал, кто скрывается за этой волшебной мелодией и за этими вечно стройными цветами. Когда Фрэнк оставался летом с работой на ночь, то приоткрывал двери гаража, чтобы только услышать тонкие звуки скрипки. Порой они трогали его до глубины души, заставляя хоть на миг привести в порядок мысли откуда-то из глубины синтетической дымки антидепрессантов и розового сахара.
С неба сыпались пожелтевшие листья, герой направился вдоль ряда мощных газовых фонарей в поисках подходящего обувного магазина. Вновь заморосил привычный для обывателя дождь, на асфальте быстро образовывались лужи, забегали в темных и грязных углах крысы. Фрэнк почему-то вспомнил про свои первые дни пребывания в лагере для беженцев. Показался вдали шпиль залитой мерцающими огнями Эйфелевой башни, герой вышел к утопающей в красной листве осенних деревьев округлой площади, над которой величественно и монументально возвышалась громада Триумфальной арки. Здесь, на самой площади, разместились повсюду уютные кафе и небольшие рестораны. Фрэнк заглянул в первое попавшееся заведения на первом этаже углового дома и устроился во мраке, названия он, как обычно, не запомнил, хотя здешние интерьеры были сравнительно приятными, он заказал стейк и розовый сахар. На меленькой сцене Эльф в красном жакете пел блюз под аккомпанемент футуристического синтетика в куртке, играющего в три руки на пианино. Приятная музыка стала не более чем фоновым шумом для задумчивого героя, который уже запивал сахаром тающее на языке теплое мясо. Утонувшие во мраке посетители впереди что-то оживленно обсуждали. От столика с уставшими и загадочными человекоподобными черными котами тянулся дым. А от отражения розового сахара веяло чем-то зловещим, Фрэнк заказал джин. По вечерам он часто проводил время в подобных местах, ведь идти по большему счету и некуда: в его скромной квартирке на чердаке можно просто умереть от тоски, Эрик наскучил, беседы с Олафом в «Вавилоне» быстро приедаются, играть в шахматы с профессором Рене Локампфом уже и не хочется. Осталось только топить одиночество в одном из множества подобных заведений, куда отовсюду стекаются заблудшие души одиноких людей, которых после разлома подавляющее большинство. В неоновом мраке они придавались воспоминаниям из прошлой жизни. Фрэнк даже и не знал, зачем он остался жить. Почему его в тот роковой день не унесло туманом? Он уже слишком стар, чтобы начинать жить по-новому. Длинные уши человекоподобного зайца впереди привлекли взгляд Фрэнка. За столик к зайцу присоединилась приятного вида девушка в вечернем платье, насколько можно было судить во мраке. Через минуту они вместе ушли прочь. Героя посетили мрачные мысли, но он вдруг вспомнил про туфли. Механик с трудом поднялся, расплатился и вышел на вечернюю улицу. Показался блеск маячков угловатой бронемашины «Поинт Альфа», которая остановилась прямо у входа в один из ресторанов. Оперативники в бронежилетах и с автоматами выводили наружу тучного гнома в наручниках и с густой бородой. Должно быть, что он устроил отчаянную драку, столь любимый народом подземелий, которые никак не хотели смириться с местной культурой. Фрэнк еще раз убедился, что есть на свете ксенофобы кроме человека.
– Это потому что у меня в паспорте серия «С»? Он первый начал, чертовы ксенофобы, проклятый город! Я просто зашел расслабиться – возмущался задержанный, которого вели под руки невозмутимые оперативники с белыми эмблемами «Поинт Альфа».
Фрэнк прошел дальше этого досадного эпизода, минуя громаду Триумфальной арки, которая переливалась огнями сотен прожекторов, подобно рождественской игрушке. Отсюда открывался вид на множество причудливых улиц вокруг площади, но выбор героя остановился на широких Елисейских полях, которые тянулись прямо до доминанты Египетского столба на площади согласия вдали. Герой бесцельно побрел в прямом направлении, рассматривая бесчисленные витрины бутиков, заваленных доверху самой разной одеждой. Даже после разлома Париж остался законодателем мод. Вдруг в одной из сказочных витрин Фрэнку приглянулся стильный красный галстук на волчьем манекене, который, казалось, был точной копией Большого Больцмана. Герой через стеклянную дверь вошел в светлый магазин, заваленный вещами. Фрэнк осмотрелся вокруг.
– Мсье, вам что-нибудь подсказать? – спросила манерная женщина в деловом костюме лет сорока.
– Мне нужен этот галстук – уверенно ответил Фрэнк, указывая на волчий силуэт, дама сняла аксессуар и поднесла к клетчатой рубашке героя.
– Текстиль эльфийских мастеров из Пуатье. Он обойдется в пятьдесят монет – предупредила продавец.
– Беру – согласился Фрэнк и передал женщине всю сумму, после чего надел галстук, который стильно смотрелся на Фрэнке, что стал отдаленно походить на Больцмана, чтобы это не значило.
Довольный приобретением герой снова вышел на утопающую в огнях улицу, свет отражался в лужах, делая облик Елисейских полей почти нереальным, бездонным и завораживающим, подобно какому-то дальнему морю. Где-то в небе проплывал красный цеппелин с огромной трубой на корпусе, откуда тянулся столб пара. Он, наверное, направлялся к скрытым за густыми облаками парящим островам, тайны верхнего города были надежно спрятаны от взора рядовых граждан: отсюда можно было разглядеть только фиолетовый отблеск острых скал обители самых состоятельных граждан. Нулевой округ Парижа, о котором ходит так много слухов и легенд. Поговаривают, что наверху уже давно нашли лекарство от серой хвори, но делиться с жителями нижнего города они и не желают. Что из этого правда, никто не знал, а Фрэнк вовсе старался и не задумываться.
Неожиданно мимо героя прошел ошарашенный французский офицер в парадной форме с черным элегантным кителем и красными штанами времен начала первой мировой войны, держа под руку не менее удивленную даму в длинном, почти до земли, синем платье и маленькой шляпке, походившей скорее на берет. Должно быть, они из тех, кому вскоре дадут паспорт серии «Б». Молодой офицер сблизился с довольным от недавнего приобретения Фрэнком под вывеской ресторана «только для жителей королевства Марвов», вполне возможно, что эльф Олаф без труда смог бы туда войти. Кто-то всеми силами цеплялся за прошлое, держался за свои потерявшие смысл ранги, чины, звания, создавая для себя отдельный от реальности мир грез вперемешку с воспоминаниями.
– Мсье, а не подскажите, что здесь произошло? Отсюда только уходил на фронт четвертый егерский полк. Они куда-то исчезли. И здесь все изменилось – не мог сформулировать шокированный юноша, не выпуская из виду девушку с аккуратно собранными на затылке волосами.
– Поздравляю вас, господин офицер. Вам уже и не нужно отправляться на войну. Ожидайте людей с белой эмблемой «Поинт Альфа», они вам все доходчиво объяснят. Форму можете выбросить, здесь она уже и не нужна – ответил резко Фрэнк, чем просто еще больше шокировал офицера.
– Постойте, как не идти? А мое Отечество? Где это мы? – не мог остановиться юноша с блондинистыми волосами, когда показался автомобиль «Поинт Альфа», который и отыскивал таких людей, кто-то уже позвонил в дежурную часть, ведь эти пришлые очень уязвимы для мошенников. Обмануть таких растерянных людей является тяжким преступлением.
– Вам многое предстоит узнать. Мой вам совет. Наслаждайтесь жизнью, ничего уже не вернуть назад. Признаться, я вам даже завидую: вы попали сюда не в одиночестве – закончил Фрэнк, когда пару без лишних слов забирали оперативники «Поинт Альфа». Их ждал целый мир, пусть и не такой сказочный, но главное, что они были не одни.
Фрэнк продолжил свою бесцельную прогулку по городу дальше, ряды стройных домов с великолепными мраморными фасадами сменились на некогда зеленеющие сады с пожелтевшими и опустевшими деревьями, листья ковром лежали на траве. Дождь прекратился, в душе героя наступил покой, Фрэнк любил бесцельно гулять по ночному Парижу, был бы он моложе, то возможно бы просто влюбился в этот город. Он стал большим его знатоком за эти годы одиночества, знал много хитрых путей, видел много сцен, словно пропустил весь город через себя. Во мраке мощных крон деревьев горели сотни огоньков гирлянд, столь любимых внеземными гостями. На удивление было совершенно безлюдно, лишь вдали пара жандармов в смешных шлемах стерегли порядок.