Чтение онлайн

– Сколько раз ты мне уже это говорил! Не верю я тебе!

– Анюта…

Разговор оборвался, и телефонная трубка зашлась короткими гудками.

«Не верит, ну и пусть! Все равно правды добьюсь!» – храбрился Иван.

Когда сумерки упали на город, голодные студенты ввалились в комнату. Иван возился с зажигалками.

– Петрович, да ты никак огонь добываешь? – весело спросил щуплый парнишка по имени Артем.

– Он потом его, как Прометей, людям подарит, – поддержал товарища уроженец солнечной Грузии Нодар.

– Смотри, Петрович, к скале за это прикуют. И будет орел твою печень клевать, – подвел итог Павел.

– Вы кушать будете? – привычно игнорируя вопросы, спросил Иван. По опыту он знал, что с его беспокойными соседями лучше не вступать в перепалку.

Студенты ответили действием. Они шумно расселись за столом и принялись за борщ.

– Петрович, у нас для тебя хорошая новость, – глотая первое блюдо, сообщил Павел. Он был из интеллигентной семьи, но, несмотря на усилия матери, абсолютно не впитал в себя все те условности, по которым и отличают данные семьи от остальных.

– У нас в институте появились специальные бланки, – продолжил Артем.

Студенты предпочитали нападать на слесаря всей сворой. Так было веселее, и розыгрыши проходили более гладко.

– А что за бланки? – насторожился Иван.

– Для написания всяких там жалоб в ООН, – неталантливо разыгрывая равнодушие, сказал Нодар.

– Куда? – удивился Иван.

– В Организацию Объединенных наций. Слышал про такую?

– Что-то, вроде бы, слышал. А я-то здесь при чем?

– Как при чем?! – сделал большие глаза Павел, – Ты тали вернуть хочешь?

– Как же их вернуть? Не вернешь уже. Я правду найти хочу.

– Ах, да! Забыл. Так вот, если напишешь туда жалобу, тебе премию вернут и выговор снимут, – веско проговорил Павел.

– Я же президенту написал.

– Что президент? Это ООН! Это высшая инстанция.

– А как эти бланки взять?

– Очень просто. Напиши заявление на имя ректора. Отнеси ему, он подпишет и тебе выдадут бланки.

На следующий день Иван отпросился у комендантши, побрился и с написанным с помощью студентов заявлением пришел к ректору.

Седой угрюмый руководитель ВУЗа долго читал предложенный документ. До первого апреля было еще далеко, и он вспылил:

– Да вы что, уважаемый, шутки сюда шутить пришли?! Вы хоть понимаете, где находитесь?! Это – храм наук! Идите в цирк, там и развлекайтесь!

Гайкин боком покинул кабинет. Поправив на плече лямку рюкзака, он стремглав понесся к выходу из здания.

Кабинет полыхал от молний, испускаемых ректором. Пришлось вступить в дело молодой секретарше Любочке, которая хорошо знала, как потушить пожар.

Иван не разговаривал со студентами два дня. Но кормил исправно.

Пока Гайкин вел неравную борьбу с игривыми, словно котята, студентами, президент, прикладывая титанические усилия, разгребал завалы, доставшиеся от предшественников.

Вечером, когда настало время работы с документами, глава страны пригласил помощника.

– Подобрали кандидатуру на пост главы Дальнесибирского края?

– Господин президент, дело в том, что это оказалось не простым делом, – замялся помощник, – все, кого мы рассматривали на эту должность, отказались от нее под различными предлогами. Все причины, конечно же, формальны, но и назначать руководителя на не желаемую им должность, вряд ли, является целесообразным.

– А почему отказываются?

– Сильная отдаленность района, не развитость инфраструктуры, слабые сырьевые возможности региона. Тундра, если короче.

– А местные кадры?

– Темный народ.

– Какой предлагаете выход?

Секретарь беспомощно развел руками.

Президент ненадолго задумался.

– А, может быть, какого-нибудь инициативного человека из народа назначить? Испортить там сильно, как я понял, он все равно не сможет.

– Вполне разумная идея, – льстиво улыбнулся помощник.

– Я тут недавно обращения граждан читал. Так вот, там какой-то Гавкин или Галкин, точно не помню, из-за обыкновенного выговора самому президенту, то есть, мне письмо написал. Вот как у человека обострено чувство справедливости!

– Отлично помню это письмо. Гайкин Иван Петрович, проживает где-то на юге. У него что-то там произошло на работе, местные его жалобу игнорировали…

– Так вот, давайте-ка этого Гайкина и пошлем в Дальнесибирск. Отдадим дань его гражданской позиции. Если даже у него и нет определенных знаний, он, я думаю, приобретет их с опытом. Так, с этим все. Что у нас дальше?…

Короткое северное лето слегка отогрело тундру. Из земли полезло на свет Божий все, что только смогло выжить в этом холодном краю. Олени недоверчиво вдыхали теплый воздух и поедали ягель. Лайки, получившие отпуск, занимались выстраиванием отношений друг с другом. Немногочисленные жители Дальнесибирска бездельничали.

Возле небольшого здания администрации стояло несколько снегоходов. Среди них увлеченно суетился высокий крепкий мужчина в перепачканной маслом робе. За ним бегала невысокая молодая девушка в черной юбке и белой блузке, поверх которой был накинут стеганый жилет.

– Иван Петрович, подпишите постановление! Ну, Иван Петрович!

– Настя, ты же видишь, что я занят!

– Иван Петрович, вы же глава администрации. Вы же не слесарь.

– Как это не слесарь?! Хотя, конечно… Но главой я временно. Налажу все тут, рибосома вас забери, и домой поеду. Опять слесарить буду.

– А еще из Москвы звонили. В сентябре совещание в столице будет.

– В Москве? Не поеду! Ни за что не поеду. Пусть Бергалиев едет. Он мой зам и вполне справится.

– Он же по-русски еле-еле говорит.

– А от него говорить и не потребуется. Кто там его слушать будет?!..

Танкер, груженный по завязку, натужно гудя, пересекал Атлантику. В каюту к старшему механику вошел моторист.

Викторович, такое дело. Надо было подтянуть гайки на фланце топливной трубы. Я, значит, паелы вскрыл, спустился. Фонариком посветил, гляжу, лежит что-то. Вытаскиваю, а это тали. Протер их ветошью – новые совсем.

Стармех посмотрел на моториста, пожал плечами и сказал: