Чтение онлайн

Дейдара по привычке сидел на подоконнике в коридоре — но, подойдя ближе, Хината мгновенно почувствовала: с ним что-то не так; он неестественно сгорбился, склонил голову, спрятав лицо в ладонях.

— Дейдара? — тихо позвала Хината, чувствуя, как замирает сердце.

Подрывник медленно поднял затравленный, полный боли взгляд на неё. В его глазах было больше, чем просьба, — почти мольба.

Без слов поняв, чего он хочет, Хината подошла ближе, прижалась к парню всем телом, нежно обняла его. Дейдара судорожно вздохнул и тоже обнял её, уткнулся носом в плечо.

— Я не могу, — прошептал подрывник; от него едва уловимо пахло кровью. — Я так больше не могу, Хината.

— Что случилось? — тихо спросила она, всё сильнее ощущая страх.

— Вечные попытки кому-то что-то доказать, — пробормотал Дейдара. — Не могу на это смотреть… Идиот, — прорычал он со злостью. — Альтруист хренов. Ненавижу.

Едва сдерживая непрошеные слёзы, но не говоря ничего, Хината обнимала этого опасного, смертоносного нукенина, ставшего таким близким, таким дорогим, ощущая его боль, как свою.

Какое-то время они стояли так, без звука, без движения.

— К чёрту, — вдруг сказал Дейдара, отстраняясь. — Хината, пожалуйста, сделай для меня кое-что, мм.

— Что угодно, — произнесла она.

— Найди мне Саске. Пора покончить с этим.

— Зачем мы здесь? — с определённым подозрением спросил Саске. — Что за секретность?

— Так надо, мм, — решительно сказал Дейдара, заклятием запирая дверь обсерватории.

Астрономическая башня была практически идеальным местом для тайных разговоров; до наступления сумерек в неё редко кто заглядывал, да и никому — ни Амбридж с Филчем, ни товарищам-шиноби — не пришло бы в голову искать их здесь. По узкой винтовой лесенке троица (Дейдара попросил Хинату остаться с ними и присутствовать при разговоре) поднялась на площадку, где располагались телескопы. Там Дейдара остановился; отвернувшись от спутников, он какое-то время смотрел на дождь, собираясь с мыслями.

— О чём ты хотел поговорить? — первым нарушил молчание Саске.

— Что ж, хм, — протянул Дейдара, поворачиваясь к нему. — Начнём, наверное, с чего попроще. Ты ведь, кажется, до сих пор не в курсе, что твой брат серьёзно болен?

— Что? — нахмурился Саске.

— Именно так, — Дейдара скрестил руки на груди, серьёзно глядя на него. — Не веришь мне, спроси Хинату.

Саске посмотрел на девушку.

— Это правда?

— Да, — кивнула она, растерянная, не понимая, что задумал Дейдара.

— Быть не может, — Саске по-прежнему не был убеждён. — Будь всё так, Итачи бы мне сказал.

— Какой же ты наивный ребёнок, мм, — презрительно фыркнул Дейдара. — Итачи столько раз тебя обманывал, а ты всё равно готов верить ему на слово.

Саске бросил на него раздражённый взгляд и вновь повернулся к Хинате.

— Если всё так, как вы говорите… Кто ещё об этом знает?

— Вся первая шестёрка. Но Итачи-сан попросил нас не говорить ничего тебе — не хотел волновать, тем более что он уже идёт на поправку…

— Враньё, мм.

— Враньё? — с удивлением переспросила Хината. — Но ведь Сакура и Сасори-сан сказали…

— Сасори-но-Данна перестал лечить Итачи после того, как открылась правда о его миссии, — ровно произнёс Дейдара. — А Сакура заключила с Итачи договор, согласно которому она не мешает ему тихо загибаться, только скрывает своими препаратами внешние проявления его болезни — ради тебя, Саске, между прочим. Хотя, — он задумчиво посмотрел на свои руки, — приступы стали в последнее время так сильны, что прорываются через медикаментозный барьер. Я ни хрена не смыслю в медицине, но даже я могу с уверенностью заявить, что этот придурок ещё до конца марта своей же кровью захлебнётся, мм.

— Этот «придурок» — мой старший брат, — холодно процедил Саске.

— С чем тебя и поздравляю, — бросил Дейдара. — Плохо то, что этот двинутый борец за справедливость кроме того ещё и мой друг.

— Друг? — вскинул бровь Саске. — Разве не ты кидался на него последний месяц?

Дейдара демонстративно прикрыл лицо ладонью.

— Как же ты непроходимо туп, мм, — проговорил он с протяжным вздохом. — Ты вообще когда-нибудь слышал о конспирации, работе под прикрытием, ролях, а?

— Получается, ты специально изображал ненависть к Итачи-сану? — спросила Хината.

Дейдара кивнул.

— И к чему был весь этот спектакль? — осведомился Саске.

— Из-за Данны, — ответил Дейдара. — Видишь ли, Саске, я единственный человек, которому Сасори почти что доверяет; я нужен твоему братцу, чтобы следить за моим напарником и быть в курсе его замыслов и ходов.

— А разве Сасори делится ими с тобой?

— Выборочно. Остальное я в состоянии сам понять по его поведению и настроению — всё-таки мы работаем вместе уже много лет, мм.

Отведя взгляд в сторону, Саске крепко стиснул кулаки и чуть закусил губу. Справившись с собой, он спросил:

— Что задумал мой брат?

— О, его планы как обычно масштабны, да, — отозвался Дейдара. Хотя он и старался говорить безразлично и с пренебрежением, Хината не верила в его равнодушие — слишком свеж был в её памяти недавний срыв парня. — Понимаешь, Итачи убеждён, что просто обязан понести наказание за уничтожение клана. По изначальному его плану ты, Саске, должен был убить его в схватке; так ты бы осуществил свою месть, а ещё получил возможность обрести Вечный Мангекью Шаринган. Однако теперь ситуация изменилась, и Итачи со всей своей идиотской самоотверженностью решил тихо и в мучениях умирать от болезни, которая и так разъедает его последние несколько лет. Как я уже сказал, он договорился с Сакурой, чтобы она помогала скрывать симптомы, и сейчас просто ждёт, когда же его организму наконец надоест бороться за жизнь.

— Какой ужас… — прошептала Хината, прижимая руки к груди.

Саске же смотрел на подрывника со странным, смешанным выражением.

— Ты знаешь о том, как обретается Вечный Мангекью? — негромко спросил он.

— Да, — кивнул Дейдара. — Итачи мне рассказал.

— Но почему? — Саске нахмурился. — Всё же это — одна из главных тайн клана. Чем ты заслужил такую честь?

— Честь? — фыркнул подрывник. — Это не честь, а всего лишь попытка редкими сведениями отплатить мне за услугу, мм.

— Не может быть, чтобы Итачи уравнивал сдерживание Сасори с такой тайной, — недоверчиво произнёс Саске.

Но Дейдара усмехнулся.

— А я, кажется, и не говорил, что на этом моя роль заканчивается, — заметил он. — Если уж начистоту, я нужен Итачи для выполнения второй, более отдалённой во времени части плана: после его смерти я должен буду не дать никому наложить загребущие лапы на его тело, а также проследить, чтобы его глаза стали твоими.

Простые, бесчувственные слова — но какой был в них заключён печальный смысл… Эта правда, тяжёлая, суровая, обрушилась на Саске, точно снежный ком; он замер, потрясённо глядя на подрывника. А тот, раскрыв, наконец, то, что так долго не давало покоя, перестал выделываться, позволил себе полный грусти вздох.