Чтение онлайн

Вика вздрогнула. Вслух она прошептала фразу, которую в принципе хотела оставить мыслью, но она вырвалась сама собой, будто не удержавшись в одном лишь уме:

– И слово было у Бога...

– ...и слово было - Бог, - Тихо окончил незнакомец.

Оба замерли. Вика - от потрясения. Незнакомец - от вновь проснувшейся неуверенности и одновременно какой-то странной... Надежды? Нет, сильнее. Надрыва, до закушенной губы - внезапно поняла Вика. Вот что чувствовалось в его нынешних ощущениях. Как она это воспринимала - девушку уже не волновало, все как будто и так стало понятным. На первый план вышли ощущения нежданного собеседника. А он, очевидно и сам уловив, что слишком "открылся", вновь, будто бы сжимая душу в кулак, вернулся к своему прежнему спокойствию. Но совершенным и незыблемым оно уже не было. Видя, что Вика предпочла промолчать в ответ на цитату из Ветхого Завета, он почти равнодушным тоном продолжил:

– Впрочем, слово было иное. И не одно. Но, по Сути, "Бог" - будет верным определением. В самом что ни на есть собирательном смысле слова.

– Нет. Ответь, что он сказал на самом деле?
– С изумлением Вика обнаружила в своем вопросе "привкус" того же ледяного тона, который принял ее голос в церкви при разговоре со служкой. Волчонок, грезящийся ей в зарослях шиповника и сирени, будто подпрыгнул на все четыре лапы и вновь уставился на нее, не мигая, однако ворон, кажется, не посчитал нужным появиться вместе со своим предупреждающим карканьем. Вика, игнорируя воображаемый взгляд в спину, не обернулась, продолжая непривычно требовательно смотреть на незнакомца. А он только улыбнулся. Как ни странно, в ответ на грубоватый и холодный тон, он, напротив, совершенно успокоился и, кажется, даже обрадовался, будто подтвердилась какая-то его важная догадка. А потом ответил:

– "Отец" - это слово он произнес первым, указав на небеса. Оно, конечно, звучало иначе, но именно этот смысл, не изменившийся и за тысячи лет, был вложен в него. Так в наш мир пришло Безмолвие, с тех пор устанавливающееся в начале всякой эпохи Земли на уровне духовного мира и проверяющее сотворенное в нем на крепость форм и законов, их связывающих. Первый закон Мира. "Дети" - это слово он сказал, указав ладонью на людей вокруг него. Так возник "пламенеющий" жизнью и чувствами "Бог-из-Человека", первородный хаос, наделяющий всех людей Сутью внутри тела и связавший нас незримыми нитями ощущений друг с другом. Позволяющий мудрому сердцем "ребенку" сравняться однажды с "Отцом" в силе своей собственной, личной души. Второй закон Мира. "Я" - с этим словом он направил ладонь на собственную грудь. Так появились подобные ему люди: связанные с законами земного мира неразрывно и поддерживающие баланс между ними - первородный абсолют... Если бы только они их действительно поддерживали! К сожалению... Хотя это не столь важно сейчас. Как бы там ни было, третий закон Мира звучал именно так, породив также и сущности, дополняющие Сути подобных этому человеку людей до очень сложных духовных "механизмов". Куда более сложных, чем, например, вот эти самые часы, хотя аналогия с часами в данном случае полностью справедлива: все те же шестеренки и пружинки, стрелки и деления - силы и аватары, миры и законы. Тогда как "Дети" приобрели при звуках третьего слова только личные сущности, повторяющие в мельчайших деталях собственные тела и близлежащее к ним пространство - то что теперь принято называть аурой, Миром-вокруг-души. Простые и предельно сложные одновременно. Если слишком сложно, можешь заменить слово "сущности" на "духи" - они синонимичны, простоя привык к более... хм... научного подходу.

Незнакомец вновь извлек упомянутые часы из кармана и повертел на цепочке, разглядывая узор из цветков на задней крышке, но за этим жестом Вика почувствовала его попытку скрыть собственные переживания по поводу третьего закона. Первые два он описал почти бесстрастно и кратко, все с той же ровной иронией, но третий будто бы изо всех сил старался НЕ ненавидеть, и это оказалось очень сложным делом для него. Вика кивнула своим догадкам и ощущениям, и с каким-то очень глупым, детским, необоснованным, забавным для самой себя, почти игривым любопытством спросила:

– А четвертое слово?

Вот теперь-то незнакомец явственно вздрогнул, совершенно не скрывая этого, будто бы над его головой вновь прозвенел предостерегающий крик ворона. Но на нее посмотрел почему-то печально и даже с легким укором. И еще... С усталостью? Грустью? Обреченностью? Неясное чувство. Слишком сложное, чтобы его верно воспринять, не то что осмыслить. Но после продолжительной паузы все-таки ответил:

– Ты права. Было и четвертое слово. Произнося его, этот первый вкладывающий-смысл-в-живое человек указал рукой поочередно и на разгорающиеся звезды, и на луну, и на закатное Солнце, и на осенний ковер опавших кленовых листьев под ногами, и на текущую вдалеке ленту реки, и на саму землю. А произнес - "Она". Так он сомкнул все четыре закона в последнем, порождая единую, но и отраженную в тысячах разных материальных форм Суть-и-Сущность... Мать и дочь, с людьми и над людьми, вокруг и внутри. Все это - "Она".

– Природа?

Незнакомец улыбнулся, полуотрицательно покачав головой:

– И это верно, но все же намного больше и шире. Ты уже предложила слово куда более глубокое и точное для определения этой Суть-Сущности. "Мир".

– В колоде Тарот есть такая карта, - Вике показалось, что она сейчас, именно в нынешнем разговоре, зря упомянула гадальные карты. В беседе с любым другим человеком это была бы только бессмысленная фраза, но не в случае с незнакомцем. И правда, его реакция говорила сама за себя. Часы вновь оказались в ладонях, кочуя из одной в другую. Он явно заволновался и, столь же явно, уже и сам не рад был затеянному разговору. Но одновременно Вика чувствовала, что мужчина не оборвет обмена фразами на середине даже после очередного поворота темы, даже если в воздухе вновь раздастся предупреждающее карканье крылатого призрака. Это был какой-то странный процесс, будто бы "сильнее" его собственных традиций, правил, принципов и самоограничений, воплощенных в образе "черной сирены". Как чистое желание, чувство, давшее в кой это веки отпор устоявшемуся жестокому самоконтролю. Девушка вновь ощутила катастрофический недостаток слов для описания своих чувств - опять одни звериные ассоциации, да что ты будешь делать-то!..

– Да. В нее был вложен именно этот смысл. Последняя карта. Как резюме. Подведение черты под законами и их производными... Предел того, что Есть. Изначально неизменная, вечно юная и прекрасная во всех своих проявлениях Мир, танцующая в кольце времен. Но "верхние" арканы Тарот сформулировали и нарисовали намного позднее, лишь с десяток тысяч лет назад. Когда все уже слишком усложнилось, чтобы описать земной мир как прежде - лаконично, всего лишь четырьмя словами.

– "Мир" - итог, а "Маг" - начало?
– И вновь эта проклятая неосторожность и "игра" с волнением незнакомца. Но тот уже, кажется, успокоился и с честью принял такой поворот темы. Вика с удивлением почувствовала в своей душе совершенно искреннее наслаждение от этой "уступки", будто бы серебряная чайка, расправившая крылья, грелась сейчас в прямых лучах летнего Солнца, давно не заглядывавшего в ее личный мир. А незнакомец лишь досадливо усмехнулся, добавив:

– Верно. Первый маг. Так и назвали того человека впоследствии, когда после физической смерти никто из первых людей не растворился в небытии, а все их души отправились существовать в мир, созданный собственными сущностями и связями между ними - силой одного лишь сознания и ума. Предельно "плотный" духовный мир, повторяющий на высоте поверхности Земли физический в мельчайших деталях, но имеющий бесконечное количество глубинных слоев - чем дальше от настоящего момента Земли во времени, тем более абстрактных. Но самое важное - обладание Сутью и сущностью, повторяющей строение тела, позволяло человеку родиться еще раз - с новыми знаниями, усвоенными в духовном мире: прямыми, непосредственными, конкретными знаниями о естественных законах развития Мира и механизмах использования его природных и духовных ресурсов. Не удивительно, что в первую эпоху при таких возможностях человеческая раса развивалась куда стремительнее, чем при всей предшествующей чисто физической эволюции видов - в те времена при новом рождении, пока мир духа был еще очень "чистым", восстановить знания, полученные во время пребывания по ту сторону, было сравнительно легко. Как легко было для подобных первому магу людей воплотить в жизнь свои теории и "системные" замыслы, имея заранее "собранные" во время пребывания в мире духа механизмы-сущности - системы личных законов сочетания элементарных частиц, если очень упрощать смысл таких моделей. Законы, в реальном мире проявляющиеся, как удачные для человека цепочки "случайных" совпадений и приходящие в голову "нежданные" идеи - попросту как удача, вдохновение, судьба или понимание. Не прошло и пары-троки сотен лет, а все люди на планете повсеместно научились мастерить копья, луки, простейшие сельскохозяйственные орудия, зародились традиции шаманизма и начали стремительными темпами развиваться способы хранения и передачи важной информации. Развивался язык - и это еще сильнее подстегнуло эволюцию племен. В духовном мире, лежащем как бы "поверх" материального, объем познаний первобытных людей приближался к сказочному по меркам тех времен, просто потому что в духе, с его прозрачностью мыслей и выразительностью истинного языка - языка Сути и сущностей, - были созданы идеальные условия для такой ускоренной "дву-мировой" эволюции, - Незнакомец помедлил мгновение, наблюдая за реакцией Вики на обстоятельное повествование, что-то вроде "не устала ли?" Но девушка продолжала предельно внимательно смотреть на него, молча требуя продолжения. И мужчина, набрав побольше воздуха в грудь, стал рассказывать дальше:

– Не удивительно и то, что иногда первого мага, подарившего всем людям Земли возможность воплотить в жизнь свои мечты, все больше отдаляясь из-за их особой силы от царства животных, называли иначе - Творец. Можно сказать Кри, чтобы это определение стало Именем... С большой буквы, подразумевая, что он - единственный, кто породил что-то новое. А остальных ему подобных - в зависимости от степени посвящения - позднее стали называть просто магами и магистрами. Они всего лишь переосмысляли творение своего родоначальника, создавая собственные механизмы сущностей - как бледные отражения его всеобъемлющей, непревзойденной и при этом лаконичной модели. Так сформировался второй мир - мир связей между смыслами слов: первых четырех и всех последующих. Связей между сутями. Между сущностями. Между мечтами. Между фантазиями. Между личными мирами людей и какими бы то ни было смыслами вообще. Невидимый, но очень осязаемый мир духа со всеми его слоями, физически существующий просто как упорядоченно рассеянная в воздухе пыль из всевозможных элементарных частиц. Впрочем, я больше люблю слово "Эстрей". Звездный. Эта россыпь, пронизывающая каждый уголок физического мира, очень похожа на звездную. Небо в самом полном и исчерпывающем смысле этого слова: от абстрактных до конкретных форм, повторяющих образы тел и объектов материального мира. Все это вместе - и есть Бог, в собирательном смысле слова. Хотя, если все-таки считать Богом всех людей вместе, тогда можно выразиться намного проще и привычнее: Эстрей - это храм Божий, тот самый, что некогда клялись разрушить до основания и воссоздать за три дня, проведенные по ту сторону грани, лежащей между двух миров...

Вика хотела было возразить, но остановилась. Да, если посмотреть на вещи с этой точки зрения, именно духовный мир во всей полноте и назывался в Евангелии "храмом Отца". По смыслу совпадало. По ощущениям - тоже. Никакого противоречия не ощущалось. А все вопросы, которые частенько возникали у нее и крутились на языке при попытках священников описать сущность Бога, сейчас будто разом решились. В словах незнакомца не было ни лжи, ни заблуждения. Он не верил в Бога. Он знал, что есть Бог, и что происходит он только из души самого человека. Причем этим словом, и правда, можно было определить несколько связанных понятий. Связанных именно в "Эстрей". И это пугало... Но одновременно казалось правильным и нужным знанием. Помолчав секунду и почувствовав, что незнакомец больше ничего не добавит, Вика как-то совсем уж несмело спросила, при этом ощущая, что не стоит требовать продолжения истории о "Творце" - он и так сказал больше, чем собирался. Еще одно слово вызовет панический вопль все еще кружащего где-то над их головами ворона.

– А Мир?
– Незнакомец тоскливо и задумчиво улыбнулся, судорожно сжав в ладони часы, словно стискивал вместе с ними и собственное сердце. Вике даже показалось, что они в этот момент остановились... Если до сего мига вообще шли - тиканья она не слышала. И все же, несмотря на затянувшуюся паузу, мужчина ответил:

– Материальный мир, физическая вселенная и сама природа Земли, вплоть до самого ее огненного сердца, насквозь пронизанная Суть-Сущностью "Она". Все это вместе - Мир. Единая в тысячах форм, прекрасная и неповторимая, как сама жизнь. А Суть, пребывающая в теле каждого человека за самым сердцем, близь позвоночника - как связь между двумя мирами. Ключ, позволяющий находиться в каждом из них и рождаться здесь вновь и вновь, наслаждаясь неизменной красотой Земли. По форме Суть похожа на кленовый листок, или цветок лилии, или древо, или сложившую крылья бабочку, или же просто птичью лапку... Символов Сути за время прошедших эпох накопилось немало, но все они связаны с ее формой внутри тела человека - вертикаль вдоль позвоночника и два или больше боковых отростков, "крыльев", проходящих сквозь лопатки до самых плеч. Пожалуй, если не использовать слово "Бог" в отношении Эстрея или первого мага, а оглянувшись на многие миллиарды лет существования вселенной и сравнив их с ничтожными тридцатью тысячами человеческой истории, подразумевать под Ним нечто большее - то это Некто, создавший материальную вселенную и первые Сути - личные "Я" звезд. Но это уже моя личная "вера" - и самая великая тайна Мира, в книгах и знании, увы, не запечатленная... Достоверно известное начало - первый маг и Безмолвие, лишь от этой посылки человеку доступно размышлять логически, остальное - увы, доступно одним лишь звездам и Миру, - И незнакомец окончательно умолк, тоскливо уставившись на пруд, загадочно сияющий багровеющей бронзой в лучах закатного солнца. Вика смотрела на мужчину с непонятным даже для самой себя чувством: одновременно и пониманием, и уважением, и радостью, и даже легким трепетом, будто крылья чайки взволнованно бились в порывах рассветного ветра. Как эти ощущения могли присутствовать все враз - девушка не понимала, но испытывала их как-то неразделенно. Уловив по наступившей тишине, что и тема Мира закрыта, Вика неуверенно задала вертящийся уже вторую минуту на языке вопрос: