Чтение онлайн

Но вот дальше вам продвигаться будет непросто – у меня тоже сложилось впечатление (согласен с Троицким), что чуть ли не каждый зрелый историк и очень многие писатели жаждут написать своего «Наполеона». Почему? Очень хорошо на этот вопрос ответил англичанин Дэвид Чандлер: «Наполеон и до наших дней остается загадкой, дразнящей и ускользающей, и в то же время – наиболее благодарной темой для изучения».

Да он и сам это предвидел: со Святой Елены, сознательно готовя свой «миф Наполеона», однажды выдал, оглядываясь на свою жизнь: «Какой же это роман!» Действительно, может и нет в истории человечества другого такого масштабного героя, жизнь которого была бы не только насыщена головокружительными круговоротами, но и столь романтична. И чрезвычайно точно отметил его принципиальный враг Шатобриан, он же создатель «мифа анти Наполеона»: «При жизни он выпустил мир из рук. Но после смерти вновь завладел им». И я думаю – завладел навсегда (в нашей истории), и очень хочу, чтобы и в альтернативной – мир из его рук при жизни не выпал.

Кроме огромного числа классических биографий и жизнеописаний с элементами романа (больше было написано только про Иисуса Христа), в последнее время появляются и такие, которые показывают картину его жизни под достаточно узкими углами зрения, в качестве российского примера назову две книги: «Нельсон против Бонапарта. Морская битва двух империй». А. Иванова (2013 г.) и труд нашего многостаночника Буромского А. с интригующим названием: «Наполеон – спаситель России» (2012 г.)

А вот у плодовитого Сергея Нечаева, который личность Императора не очень позитивно оценивает (но тему эту активно эксплуатирует), вы найдете целую серию взглядов на его жизнь с разных сторон. И не только на фигуру Императора, тут вас ждет целый букет: и его маршалы, и Жозефина с Каролиной, и все другие женщины, и даже «серый кардинал Императора» – Жан Жак Режи де Камбасерес. Попробуйте сами почитать и свое мнение составить. Троицкий этого автора не очень привечал (если мягко выражаться).

Хочу добавить, что меня абсолютно не пугали и не пугают многочисленные обвинения его в эгоизме, тщеславии, непомерной властности, презрительном отношении ко всем окружающим и т. д и т. п. (Загляните в Том 5 Ипполита Тэна в «Русской исторической библиотеке» – очень похоже, что там определения такого плана специально собраны.)

Я уже давно научился понимать, что сочетание гениальности, харизмы и способности претворять свои планы в реальность с полным набором добродетелей в одном человеке в жизни может и случаются, но для выполнения задачи нашего масштаба совершенно не требуются. Зато его необыкновенная работоспособность, великолепная, практически абсолютная память и уже продемонстрированные на практике способности меняться самому в зависимости от изменения объективных условий, а также и сами условия трансформировать, полностью отвечали тому, что бы мне хотелось в нем видеть.

И тем более меня совершенно не интересовали мнения тех людей, которые считали его садистом, палачом, тираном, агрессором и т. п. и сравнивали чаще с Гитлером, а иногда и со Сталиным. Я такие творения внимательно просто не читал, достаточно было их полистать, чтобы понять их примитивнейший уровень, но наши издатели послеперестроечных лет переводили и печатали без разбора. Пожалуй, самым гнусным примером является роман англичанина Фрэнка Кеньона «Мой брат Наполеон».

Главный герой в нем современный европеец, то есть гей. Ну а также трус, дурак и уродливый пустой фанфарон. Книга была настолько идиотская, что я ее даже всю прочитал. Редкая мерзость, выдаваемая за памфлет, якобы написанный «от лица его сестры Каролины – обычной шлюхи» 3 . Но Кеньон даже тут промахнулся.

А вот когда Наполеона назвали «лучшим менеджером всех времен и народов» – заинтересовался (как, подумал я, разве это не Берия? Отбирают наш приоритет, и кто? Российский писатель – А. Никонов). Последний тоже очень Троицкого раздражал и не столько своей демонстративной апологией Наполеона, сколько таким же демонстративным поношением всех предшественников-наполеонистов, особенно Тарле (исполнителя заказов партии), и якобы отсутствием исторического кругозора. Но если представить, что его книга «Наполеон. Попытка № 2» – это просто эпатаж для привлечения к себе внимания (впрочем, как и его первая, с неординарным названием «Хуевая книга»), то все встает на свои места. И не мешает читателям вылавливать в ней отдельные интересные и здравые мыслей, даже при вульгаризации истории, в чем его Троицкий тоже обвиняет.

Зато в этой характеристике с ним и француз Сюше солидарен, ссылающийся и на мнение Ницше, для которого Наполеон был «великим художником управления», и на реальные факты его деятельности.

(Французская экономика, несмотря на огромные военные расходы, при нем процветала. В 1812 г. внешнеторговый баланс был сведен с профицитом в 126 млн франков (с этим показателем, конечно, можно поспорить, война приносила и немалые доходы, но тут надо быть специалистом). Были и иные примеры: выплавка стали увеличилась вдвое, добыча угля в пять раз.

Прочитайте, что Наполеон говорил в 1805 г. министру финансов Годэну: «Жизнь, которую я веду, очень огорчает: унося в лагеря и походы, она отрывает меня от главного предмета моих забот: хорошей организации, относящейся к банкам, мануфактуре и торговле» (а то некоторые могли бы подумать, что его волновали только вопросы заботы о семье и приближенных – кого на какой пост воткнуть и каким титулом одарить – попытка автора пошутить.) Только список шоссейных дорог, портов, мостов и каналов, построенных или модернизированных за 14 лет его правления, занимает две с половиной страницы. Количество бесплатных мест в учебных заведениях удвоилось. Многие нововведения того времени, от Банка Франции до ордена Почетного Легиона, работают и сегодня. Гражданский кодекс, созданный под его контролем и с личном участием за четыре месяца (с некоторыми изменениями действующий во Франции и поныне), он сам считал лучшим памятником себе. Щедро финансировал точные науки и изобретательство, утверждая, что «Самое благородное и полезное занятие – способствовать утверждению новых знаний и идей».

«Если и существует область человеческой деятельности, в которой никто не смог превзойти Наполеона, то это умение управлять, то есть менеджмент» – утверждал Сюше. И с этим выводом можно во многом согласиться.

Но еще раз повторюсь: в своей работе я детально рассматривал в основном только те этапы его жизни, которые (с моей точки зрения, конечно) определили его становление как личности. Как ни странно, таких книг совсем не много: на русском отметил бы роман «Юность Наполеона» А. Ушакова (2018 г., но это больше беллетристика). На французском ассортимент побогаче, назову три самые информативные: «Наполеон в юности» (Napoleon dans sa jeunesse) Фредерика Массона и под одинаковым названием «Юность Наполеона» двухтомник Артура Шюке, однотомник Франсуа Паоли и еще обзор работ более узкого плана: «Корсиканское детство Наполеона» (Napoleon – une enfence corse) Мишеля Верж-Франчески.

И обязательно надо добавить одну английскую работу: «Наполеон и его родители. На пороге истории» (Napoleon And His Parents. On The Threshold of History) Дороти Каррингтон (1988 г.) Я мог бы еще некоторые отметить, но сравните сами: дюжина – про юность и несколько сотен тысяч – про его взрослую жизнь.

Первую группу я изучил со всем старанием (переводов для большинства нет), из остальных прочитанных выписывал интересные для меня моменты, а потом, когда их собрал вместе вокруг интересующего меня сюжета, вроде что-то интересное получилось, особенно учитывая дефицит русскоязычной литературы о его юности. Но это для меня, а вот насколько для других, только вам судить. Добавлю только, что мне при этом открылось довольно много нового. Надеюсь, что и вам после ее прочтения удастся пополнить свои представления об этом совершенно неординарном человеке.

Подчеркиваю – я ее писал не в историческом плане, как тот же Троицкий, а скорее в психологическом, пытаясь представить (на основе очень скудных и противоречивых фактов), как менялось восприятие мира по мере взросления Наполеоне. Так что это только мое представление, полностью открытое для критики со стороны, своей я его уже подверг со всей строгостью.

Конечно, я прекрасно понимаю: сколько бы я не готовился, сотрудничать и договариваться с ним будет совсем не просто, но у нас уже нет выбора. Однозначно решено, что на первом этапе новой истории МК обязательно будет нужна сильная союзная личность, способная понять и проникнуться нашими идеями переустройства мира. Личность, которая хотя бы несколько десятилетий будет активно заниматься своей империей, не особенно нас отвлекая и напрягая, и даст возможность перенесенным странам заложить основы Мира Ковчега. А что будет дальше – надеюсь, наши потомки разберутся.

P.S. На формирование личности Наполеона очень большое влияние оказывала и своеобразная история Корсики, и специфические черты, свойственные характеру его соплеменников и заложенные в его генах. В том варианте, который пропал, я эти разделы располагал непосредственно после введения. Но теперь перенес в раздел Дополнения – Приложения. Ночью меня посетила мысль, что так будет лучше, а теперь я к таким вещам прислушиваюсь.

Тем, кто с ним не согласен, ничего не мешает сначала прочитать эти дополнительные разделы, а уже потом приступать к знакомству с основным содержанием книги.