Чтение онлайн

Однако утром я помчалась в аптеку. И тест подтвердил мои опасения. Я беременна! Ну что ж, это последний шанс в жизни родить еще ребенка и этот шанс нельзя упустить. Я возликовала. Я теперь могу себе позволить родить. Через полгода, вступив в права наследства, я продам мамину квартиру и спокойно куплю другую, такую же. Но я же хотела оставить ее Гошке… Но сейчас Гошке эта квартира ни к чему, а я куплю другую, чтобы ничего не напоминало, буду жить там с ребенком и няней, а потом… А потом будет видно. У Гошки есть дом, прекрасный дом в Мюнхене, а если он потом захочет жить в Москве, пусть живет в моей однокомнатной, а если женится, я что-нибудь придумаю. А кого я хочу, мальчика или девочку? Девочку, только девочку! Интересно все-таки, кто отец? Мне ни один из них не нужен, я никому из них ничего не скажу, я рожу ребеночка себе, моя девочка вырастет и тогда я пойму, чья она дочка. А кого я хотела бы в отцы своей дочке? Характер лучше у Аполлоныча, зато Миклашевич красивее, а для девочки это очень важно, Амалия Адамовна в молодости вообще была настоящей красавицей… Я вдруг поймала себя на том, что стала ездить осторожнее. Вино отдала горничной и в магазинах заглядывала в детский отдел. Конечно, покупать ничего нельзя, но поглядеть на современные детские вещички хотелось нестерпимо. Вот такое, например, розовое платьице для годовалой девчушки было бы просто восхитительно… А как я ее назову? Наверное, Любой, Любовью… Хотя это глупо, учитывая, что я не знаю, кто отец… Тогда Лизкой. Елизавета Миклашевская, роскошно звучит! Да, а какое у нее будет отчество? В принципе я могу придумать любое… Через пять лет Гошка станет уже студентом, а у меня подрастет Лиза. Конечно, я буду староватая мама, но ничего! Зато когда она вырастет, я буду ей настоящей подружкой. Смущало лишь одно — я великолепно себя чувствовала, в отличие от первой беременности, когда меня терзал токсикоз, и я была похожа на всех чертей. Зато сейчас, сколько я к себе ни прислушивалась, ни тошноты, ни головокружения, ничего. И из зеркала на меня смотрела свежая загорелая женщина, пусть не первой молодости, но зато с горящими счастливыми глазами. На шестой день мне захотелось работать. Я решила, что моя Марина тоже должна забеременеть и немножко посомневаться, кто же отец ребенка, ведь с бисексуалом она все-таки тоже спала… Ее потерзают сомнения, а потом окажется, что бисексуал просто не может иметь детей и все разрешится просто и счастливо! Читатели будут довольны. И я тоже, терпеть не могу плохие концы… И работа пошла, более того, за оставшуюся неделю я закончила роман! Какое счастье! По приезде в Москву сразу возьмусь за новый. Надо до родов написать еще две книги, потом у меня возникнет естественная пауза и к тому же на все это нужны деньги. На мою Лизу… Интересно, как отреагирует Гошка? Обрадуется или начнет ревновать? Да нет, он не ревнивый, к тому же рядом с ним мудрый воспитатель Владимир Александрович. И вообще, Гошка же сам выбрал деда, моя совесть может быть чиста… Но надо заблаговременно найти няню. И успеть ее проверить, я столько страшных историй про жестоких нянек видела по телевизору.

Я немного опасалась обратной дороги, но все обошлось прекрасно. Я никому не стала пока звонить, а на второй день отправилась к гинекологу.

— Поздравляю, вы и вправду беременны! — улыбнулась пожилая докторша.

— Скажите, а какой срок?

— Девять недель.

Девять недель? Никакой ясности, кто отец.

— Надеюсь, будете рожать?

— Господи, конечно. Я в прошлый раз чувствовала себя ужасно, а сейчас просто летаю!

— Скорее всего, девочка будет.

— Я и хочу девочку, я даже уверена, что девочка…

Выйдя от врача, я позвонила в издательство с радостным известием, что дня через три сдам книгу.

Дома я распечатала роман и взялась вычитывать. Он мне понравился. В процессе работы я частенько пугаюсь, что пишу какую-то хрень, что получается скучно, меня берет страх, но когда читаю уже чистую рукопись, правлю совсем мало.

— А название какое? — поинтересовалась Лена, мой редактор.

— «Два зайца, три сосны».

— Здорово! — обрадовалась Лена. — Вас тут разыскивали из пиар-отдела, насчет книжной ярмарки… Я передам, что вы в Москве.

И лишь сдав книгу, я позвонила Лерке.

— Олеська, приехала! Ну как ты?

— Лер, что это у тебя голос грустный?

— Гришка уехал, мне грустно.

— Куда?

— Они с Розой вчера улетели в Индию. Олеська, приезжай ко мне!

— Лерка, я жутко голодная, и я приглашаю тебя в ресторан. Есть, что отметить!

— Что?

Я так и видела, как загорелись любопытством прекрасные Леркины глазищи.

— Я сдала книгу…

— Ааа, — разочарованно протянула она.

— Есть еще кое-что, но это при встрече.

— Мне между прочим тоже есть, что тебе рассказать, довольно пикантное…

— А у меня для тебя подарки с Тенерифе.

— Понравилось тебе там?

— Не то слово!

— Ладно, я собираюсь и через час встречаемся!

— Давай, может, в «Шинок»?

— Олесь, в «Шинке» так вкусно, там не до диет…

— И прекрасно! К черту диеты, один раз оскоромишься, потом примешь слабительное на худой конец.

— Ладно, борща с пампушками охота! Ой, у меня уже слюнки потекли. Ты за мной заедешь или я за тобой?

— Я заеду, я не дома.

При виде меня Лерка всплеснула руками.

— Олеська, выглядишь потрясающе! Только ты поправилась. Но тебе даже идет…

Мы расцеловались. Я страшно рада была ее видеть, Лерка для меня сейчас самый близкий человек.

— Выпьем горилочки, а? — предложила она.

— Нет, я за рулем, не могу.

— Ну одну-то рюмочку можно, ты всегда одну позволяешь себе.

— А теперь уже не позволяю.

— С чего бы это? Может, ты беременна? — предположила она в полной уверенности, что я только рассмеюсь.

— Может, и беременна.

— Да ну тебя… Ой, Олеська, ты что? Это правда? Ты беременная?

— Да! — с восторгом призналась я.

— Ты не шутишь?

— Даже не собираюсь!

— А от кого? — испуганно спросила она.

— Вот на этот вопрос я ответить не могу.

— Серьезно?

— Более чем!

— И что же делать?

— Рожать, что же еще!

— Олеська, безотцовщину?

— Я сама буду и мамой, и папой…

— Но кто же все-таки… тебя…

— Обрюхатил, ты хочешь спросить? — засмеялась я.

— Именно. И сколько же претендентов?

— Всего лишь двое, ты переоцениваешь степень моего блядства. Называю кандидатов…

— Первый, конечно, Миклашевич!

— А второй — Роза!

— Ерунда, значит, отец Миклашевич!

— Почему?

— Роза вообще не может иметь детей! Почему по-твоему у них с Ариной нет ребенка?

Совеем как бисексуал в моем романе!

— А ты почем знаешь?

— Ох, Олеська, тут у нас такое было… А тебе что, жалко, что отец не Роза?

— Нет, мне, если честно, как-то все равно, я просто счастлива, что беременна.

— А ты мне будешь давать с ним нянчиться? — с глубокой грустью спросила Лерка.

— Конечно, только не с ним, а с ней, ее зовут Лиза.

— Ты уже УЗИ делала?

— Нет, я просто чувствую… Так откуда ты узнала, что Роза бесплодный?

— Ты же помнишь, у Гришки был день рождения, ну он и приперся к нам со своей куропаткой. Видела бы ты ее, выставка брюликов.

— Интересно… При нашей последней встрече он мне предложение сделал, хотел с ней разводиться…

— Да ты что?

— Он выяснил, что она за ним слежку установила, пришел в бешенство и предложил руку и сердце…

— А ты?

— Отказалась, но обещала подумать…

— Даже и не думай! А тем более теперь.

— Лер, а ведь ты требовала, чтобы я его увела…

— Знаешь, похоже, у него и впрямь на заду курочка вытатуирована. К нам они образцовой парой явились, правда, куропатка здорово поддала и решила со мной дружить. Дело было у меня в доме и я не могла ее послать… Вот она в пьяном виде и проболталась, что Роза не может иметь детей.

— Она могла и соврать, может, она сама бесплодна…

А ты бы хотела, чтобы он был отцом, да? Слава богу, что ты с этим к нему не сунулась, а то был бы конфуз…

— Лер, я ни к кому с этим соваться не собираюсь. Ты мне лучше помоги подыскать хорошую няньку.

— Какой у тебя срок?

— Десять недель уже!

— Счастливая… А няньку я подыщу… Слушай, кажется я знаю, что надо делать! Мне вчера моя парикмахерша сказала, что ее старшая сестра выходит на пенсию, и хочет найти работу… Может, ты прямо сейчас ее возьмешь? Она будет за тобой ухаживать, готовить хорошую еду, вы привыкнете друг к другу, и ты сто раз успеешь понять, годится она тебе или нет. Я ее знаю, очень хорошая тетка, добродушная, своих троих вырастила, только они все разлетелись по разным городам и странам.