Чтение онлайн

После этого я занимался разной сыскной работой – играл роль бродяги, ночуя в грязной тюрьме, и объезжал диких бронко.

Я объезжал бронко на ранчо Фрэнка Маршала, что в полумиле от города Лонгмонт (Колорадо). Было подозрение, что в шикарном доме Фрэнка Маршала, который вскоре после этого прославился убийством боксёра Клафа, скрывается его брат, ранивший богатого человека в Монтане.

Чтобы заслужить признание, я должен был проскакать на необъезженном бронко внутри заграждения из колючей проволоки перед домом Маршала. В моём кармане лежала фотография молодого Маршала. Когда норовистый бронко, который сбрасывал любого седока, пытавшегося его приручить, встал на дыбы возле крыльца, где стояли леди и джентльмены, хлопавшие от радости, я увидел, что мой человек выглядывает из-за приоткрытой двери. К тому времени, как бронко снова подскакал к крыльцу, мой человек скрылся из виду за спинами леди. Поиски этого симпатичного молодого человека закончились, но объездка не закончилась, пока конь не выбился из сил.

Преподобный мистер Маршал из шикарной церкви в Денвере и его симпатичная жена были свидетелями этого бесплатного состязания по объездке.

Я играл роль странствующего ковбоя из Техаса по имени Чарльз Лерой. Если бы я сумел удержаться на этом бронко и приручить его, я работал бы на мистера Фрэнка Маршала до тех пор, пока у него есть дикие лошади. Я оставался на крупном звере серо-стального цвета целых два часа, пока он не вымотался и не стал послушным, как ягнёнок. Прежде чем я спешился, мне поручили помочь ковбою согнать стадо коров.

Кому-то может быть любопытно, что стало с тем симпатичным черноволосым джентльменом. Когда я его нашёл, моя работа закончилась, и в бой вступили другие сыщики.

Нужно помнить, что те способы, какими Национальное детективное агентство Пинкертона зарабатывает всемогущий доллар, темны и таинственны.

Управляющий распорядился, чтобы я не арестовывал этого человека, пока в Хелене (Монтана) не умрёт его жертва. Так будет предотвращён скандал в высшем свете, а в карманах тех, кто платил нам жалованье, окажутся лёгкие деньги. У меня есть только предположение: я подозреваю, что богатая жена жертвы тоже участвовала в том, чтобы дело не попало в суд.

Следующая крупная операция привела меня в Сан-Франциско, где я прикоснулся к высшему свету, прожив неделю в шикарном отеле «Палас». Оттуда я уехал в Тускарору (Невада), где началась настоящая работа.

Двух важных и богатых владельцев шахты в Тускароре подорвали динамитом, но они не погибли. Один из них пролетел через крышу своего дома и приземлился на улице, закутанный в своё одеяло. Он буквально упал на перину без единой царапины. Но другому не так повезло – его оглушило, и он получил ушибы.

После взрыва Детективное агентство Кёртена из Сан-Франциско отправило в Тускарору трёх отборных детективов, чтобы они добрались до тех, кто совершил это коварное злодеяние. Но за несколько месяцев они не нашли никакой зацепки, и их отозвали в Город Золотых Ворот. Затем на сцене появился ваш смиренный слуга.

За несколько месяцев я выяснил, кто был виноват. Мы с главой банды стали приятелями и вместе поехали искать золото в горы Уичита на Индейской территории.

В Уичита-Фолсе (Техас) мы купили сёдла и хороших верховых лошадей и поскакали в горы Уичита, что в западной части Индейской территории. Следующие несколько месяцев мы прожили тяжёлой одинокой жизнью, кормясь охотой и прячась от индейской полиции и маршалов США, поскольку белым нельзя искать золото в этих горах.

У нас были быстрые лошади, мы разбивали лагерь в самых высоких и недоступных местах и сумели ускользнуть от преследователей. В итоге я добился от моего приятеля полного признания, как и почему были взорваны владельцы шахты. Мой приятель поджёг один из запалов, оба они были равной длины и взорвались в одно время, чтобы у обоих джентльменов сразу выросли ангельские крылышки.

После того, как я получил подробное признание, мы на наших лошадях проскакали шестьдесят миль до Денвера (Колорадо). Затем моего приятеля и компаньона арестовали, он в присутствии одного из подорванных владельцев шахты сделал признание, и я вышел из игры. Всего на операцию я потратил девять месяцев, это было в 1889 году. Я пользовался именем Чарльз Т. Леон – тем же, что и в округе Парк (Колорадо), в деле о засолке шахты.

Глава VI. Я присоединяюсь к Белым колпакам Нью-Мексико. Дело убийцы Тэскота

Зимой 1889-1890 годов я занимался городской работой и получил много новых уроков коррупции и алчности.

Слёзы и муки женщин и детей, казалось, не имели воздействия на большое агентство и коррумпированных городских чиновников, которые верили только во всемогущий доллар. Поэтому весной я был рад отряхнуть прах городской слежки со своих стоп и отправиться в солнечные земли Нью-Мексико, чтобы поработать на губернатора Л. Брэдфорда Принса и его территорию.

В начале февраля 1890 года я оказался в столичном городе Санта-Фе и после встречи с губернатором Принсом и генеральным прокурором Эдом Л. Партлеттом приступил к работе.

В Санта-Фе проходил съезд территориального законодательного собрания, и незадолго до моего приезда убийцы верхом на лошадях расстреляли адвокатскую контору мистера Томаса Б. Кэтрона, где проходила встреча исполнительного комитета. Заряд дроби попал в шею сенатора Анчеты, ещё один застрял в стопке юридических книг перед мистером Кэтроном, а пуля из ружья едва не попала в бывшего сенатора Стовера.

Убийц при свете фонаря преследовали несколько миль, отпечатки лошадиных копыт в снегу и слякоти вели на восток, к округу Сан-Мигель.

У одной лошади была кривая задняя нога, след на снегу оставляла только половина подковы. Это была моя единственная зацепка.

Следы вели в округ Сан-Мигель, где беззаконная организация «Белые колпаки» вела войну против закона и порядка, уничтожая заграждения, убивая, сжигая дома. Мне посоветовали отправляться в Лас-Вегас – столицу Сан-Мигеля и присоединиться к Белым колпакам, поскольку подозревали, что этот орден был зачинщиком преступления.

Выдавая себя за дикого и грубого ковбоя-преступника, верхом на испанском бронко, я поскакал из Лас-Вегаса в город Теколоте и присоединился к ордену Белых колпаков. В большой усадьбе находилась толпа индейцев и мексиканцев и один эбонитово-чёрный негр, женатый на мексиканке. Среди членов теколотской ложи я был единственным гринго.

Через пару месяцев я решил, что Белые колпаки непричастны к преступлению в Санта-Фе. Поэтому я стал искать другие зацепки и приехал в небольшое мексиканское поселение Охо-де-ла-Бака (Коровий Ручей) в южной части округа Санта-Фе. Здесь я нашёл лошадь с кривой ногой и узнал, что её хозяин, В. Г. ездил в Санта-Фе прямо перед стрельбой. Позже я получил частичное признание В. Г. и других членов банды. Я жил у Ф. Г. – члена банды.

Скоро я узнал, что преступление было совершено из-за закона о бесплатных государственных школах на территории Нью-Мексико. Анчета поддерживал этот закон.

Люди, которые совершили преступление, были членами религиозного ордена и добрыми республиканцами, вот и весь сказ. Из-за страха, что приговора не будет и что движение сухих костей может вызвать бурю в Великой Старой Партии, которая была у власти, дело замяли. Хотя чуть позже люди, которые, по моему мнению, участвовали в стрельбе в Анчету, были повешены за убийство в Санта-Фе. Демократы, которые получили контроль над территорией, повесили четырёх членов банды Борраго.