Чтение онлайн

Я перехватил сумку с когтеточкой поудобнее.

— Марина Владиславовна, спасибо за компанию. Удачи с рефератом.

— Сергей Николаевич, извини… те за… — начала она, глядя на меня виноватым взглядом.

— Все нормально, — развернувшись к двери, перебил я. — До свидания.

— Приятно было познакомиться, — кивнул я Фаине Григорьевне.

— Взаимно, — прищурившись, сказала она. — Надеюсь.

Мулю я проигнорировал и вышел на лестничную площадку. За спиной послышался негромкий голос Носик, она что-то торопливо объясняла, оправдывалась, но разбирать слова я не стал.

Таксист ждал у подъезда, листая что-то в телефоне.

— Долго вас держали, — заводя мотор, заметил он и ухмыльнулся: — Теща будущая?

— Упаси бог, — усмехнулся я.

Он понимающе хмыкнул, машина тронулась, и я откинулся на спинку сиденья.

Мой дом оказался дальше, чем я помнил, или так просто показалось после долгого дня в Москве. Таксист молчал, и я не нарушал тишину, думал. Похоже, Фаина держала дочь в ежовых рукавицах, отсюда вечная наивность и неуверенность Марины, а тут еще этот Муля крутится рядом, ждет, когда Носик устанет бороться и согласится на «удобный вариант». Очевидно, что Фаина его держит под рукой — на всякий случай. Небось там уже и схема продумана — как квартиры в одну соединить в случае слияния семей.

Вскоре такси остановилось у моего подъезда. Расплатившись, я забрал когтеточку и сумку. Таксист кивнул, усмехнулся и уехал.

А я поднялся к себе, начал отпирать дверь и только тогда заметил всунутый в щель конверт.

Вытащил его и осмотрел. Он был кремового цвета, с золотым тиснением. Каллиграфическим почерком с завитушками на нем значилось: «Сергею Николаевичу Епиходову».

Вскрыв его, увидел внутри приглашение на плотной бумаге с изящной вязью:

' Дорогой Сергей Николаевич!

Юмашева Алиса Олеговна приглашает Вас на вечер в честь новой главы жизни.

Дата: 9 ноября, воскресенье.

Время: 20:00.

Место: пентхаус «Белый лебедь».

Дресс-код: эклектика гламура / футуризм-металлик / stealth wealth.

С уважением и надеждой на Ваше присутствие, А. О.'

Уже дома, приняв душ и переодевшись с дороги, пока закипал чайник, я перечитал приглашение на вечеринку Алисы Олеговны, особенно ту часть, что касалась дресс-кода, потом достал телефон, чтобы выяснить значения непонятных слов.

Оказалось, что «эклектика гламура» — это яркие цвета, блестки и смешение стилей; «футуризм-металлик» — серебро, хром, ткани с металлическим блеском, а stealth wealth — тихая, прости господи, роскошь. Короче говоря, всякие дорогие вещи, но без логотипов и вычурности.

Закрыв браузер, я усмехнулся. Представить себя в перьях, стразах или серебряном комбинезоне было невозможно, а «тихая роскошь» — это вообще про что? Чем отличается от обычной одежды?

Попив успокаивающего травяного чаю, я лег и тут же уснул…

Будильник зазвонил без двадцати шесть, но я выключил его сразу, не давая разойтись.

Потянулся, прислушался к себе — вроде нормально, выспался. Чтобы мягко включить нервную систему и подготовить ее к новому дню, я, продолжая лежать на спине, сделал несколько циклов диафрагмального дыхания — вдохов на четыре и выдохов на шесть секунд, — следя, чтобы живот поднимался и опускался. Контролировать это легко, если положить ладонь на пояс.

Закончив, ощутил, как само по себе поднимается настроение, после чего встал, проделал все свои обычные утренние ритуалы, которые довел до автоматизма (подъем на носочки при чистке зубов, умывание холодной водой, стакан теплой воды с крупицей морской соли и каплей лимонного сока, две минуты на растяжку, приседания, отжимания от дивана и подъем ног лежа, еще пару минут постоял на балконе, вдыхая сырой, промозглый, но свежий воздух), и натянул спортивную форму.

За окном было еще темно. Я вышел на улицу и начал разогревать суставы, когда из подъезда вышла Танюха.

— Серега!

Форма сидела на ней уже не так в обтяжку, как почти месяц назад, обвисла местами. Схуднула Танюха, это было уже четко видно: лицо стало острее, скулы обозначились, но румянец алел на всю щеку, так как питалась она правильно.

— Приветики, — подходя ближе, сказала она, приобняла, чмокнула в щеку, приподнявшись на цыпочки. — Как Москва?

— Стоит.

— Ну и хорошо, — усмехнувшись, сказала она. — Тогда бежим?

Мы тронулись в сторону полысевшего парка, чередуя бег трусцой с шагом.

— Съездил как? — спросила она, когда мы свернули в парк, где начали наматывать круги привычным маршрутом.

— Нормально. Документы подал.

— В аспирантуру?

— Ага, — разговаривал я скупо, берег дыхание. Но Танюха не унималась:

— И че, возьмут теперь?

— Если справку добуду с работы, возьмут.

Она покосилась на меня и спросила:

— Какую справку? Типа от той корейской конторы с БАДами возьмешь?

— Не, нужно профильное что-то, Тань. В Казани вряд ли найду. Помнишь, я тебе про завотделением рассказывал? Харитонов не даст мне тут работать.

— Мразота какая, — покачала головой Танюха. — И куда пойдешь?

— В село. В ФАП, это фельдшерско-акушерский пункт.

Она притормозила так резко, что я пробежал еще несколько шагов вперед, прежде чем остановился.

— Серег, ты типа это серьезно?

Я обернулся. Танюха стояла посреди дорожки, уперев руки в боки, и смотрела на меня с недоумением.

— Конечно.

— Да уж… Странно Москва на людей влияет! После Москвы, после аспирантуры, после всего — и вдруг село?

Она качнула головой, но спорить не стала, и мы побежали дальше.

— А как там, в Москве-то? Увиделся с кем-нибудь? — спросила она через минуту.

— Познакомился с дочерью человека, которого знал. Будем статью вместе писать.

— Статью? — переспросила Танюха. — Медицинскую типа?

— Да. Для журнала.

— Ниче так, — одобрительно кивнула она. — Значит, не зря ездил.

Утро выдалось морозным, ветер дул в лицо, холодный и пронзительный, но мне он почему-то придавал сил. Я вдохнул полной грудью, разгоняя остатки сна.

Танюха дышала ровно, держала темп. Раньше на этом месте уже сбавляла, просила отдыха. Месяца не прошло, как мы начали эти утренние пробежки, а результат налицо.