Чтение онлайн

— Ясно. А антигистаминные? Слышала, что они усыпляют.

— Антигистаминные не для сна. Да, они вызывают сонливость как побочный эффект. И некоторые люди их используют. Но регулярно пить нельзя. Во-первых, привыкание. Во-вторых, ухудшают качество сна. В-третьих, куча побочек: сухость во рту, запоры, проблемы с памятью. Так что это не вариант.

Марина кивнула.

— Понятно. А дыхательные техники? Говорят, помогают.

— Помогают. Особенно медленное дыхание. Четыре–шесть вдохов в минуту. Это снижает активность симпатической нервной системы — той, что отвечает за стресс. Можешь попробовать перед сном: вдох на четыре счета, выдох на шесть. Минут десять. Реально помогает…

После этой техники я описал ей еще и свою любимую 4–7–8, и мы ее вместе попробовали. Вышло настолько удачно, что Маринка даже зевнула.

— Аж спать захотелось, — улыбнулась она.

— Видишь! А еще хорошо это вместе с прогрессивной мышечной релаксацией использовать — это когда последовательно напрягаешь и расслабляешь группы мышц. Начинаешь с пальцев ног, заканчиваешь головой. Помогает снять физическое напряжение, а оно часто мешает заснуть.

— Звучит интересно. Где про это почитать?

— В интернете полно видео и инструкций. Поищи «прогрессивная мышечная релаксация», найдешь. Или медитации осознанности. Тоже неплохо работают, хотя не так эффективно, как терапия, которую я описал.

Валера в этот момент перевернулся на спину, раскинув лапы, и Марина не удержалась — погладила его по мягкому пузу. Котенок довольно заурчал еще громче.

— Вот видишь, он уже продемонстрировал полную релаксацию, — улыбнулся я. — Мышцы расслаблены, дыхание ровное, никакого напряжения. Бери пример.

Марина засмеялась:

— Мне бы его проблемы. Поел, поспал — и снова поел. — Козляткина допила чай, задумчиво покачала головой. — Слушай, а я думала, все проще. Типа попей таблетку — и норм. А тут целая наука.

— Потому что сон не кнопка «включить-выключить». Это сложная система, которая зависит от кучи факторов: света, температуры, режима, эмоций, мыслей. И если что-то в этой системе сломалось, надо именно чинить систему, а не просто глушить себя таблеткой.

— Логично, — согласилась Козляткина. — А если я все это попробую, и не поможет?

— Уверен, что поможет. Но если нет, значит, проблема глубже. Тогда надо идти к врачу-сомнологу. Специалисту по сну. Он назначит обследование, возможно полисомнографию — это когда ты спишь в лаборатории, а тебя мониторят всю ночь. Может оказаться, что у тебя апноэ, например, или синдром беспокойных ног. Тогда нужно другое лечение.

— А что такое апноэ?

— Это когда дыхание останавливается во сне. Человек храпит, потом замолкает на несколько секунд, потом резко вдыхает. Из-за этого мозг не отдыхает, и днем такой человек ходит как зомби.

— У меня нет, я не храплю.

— Тогда, скорее всего, твоя бессонница стрессовая или связана с неправильным режимом. Попробуй то, что я сказал. Хотя бы две недели строго. Если не поможет — иди к врачу.

Козляткина кивнула, гладя Валеру. Тот так и не шевелился, погруженный в кошачью нирвану.

— Спасибо тебе огромное, Серег. Ты все так понятно объяснил. Я даже записала мысленно.

— Лучше бы на бумаге, — усмехнулся я. — А то забудешь половину.

— Не забуду. Тут что главное? Режим, кровать только для сна, вставать, если не спится, подъем в одно время, темнота, прохлада, никакого кофе после двух, никаких экранов перед сном. И на снотворное лучше не подсаживаться.

— Вот именно. Таблетка может усыпить, а терапия научит спать. Это большая разница.

Козляткина поднялась, бережно держа Валеру.

— Ладно, не буду тебя больше мучить.

— Да нормально. Рад, что помог.

Она спустила Валеру на пол. Тот недовольно фыркнул, но тут же потерся о ее ноги.

— Вот же прилипала. Ладно, красавчик, в следующий раз еще посидим.

Я проводил ее до двери, с благодарностью вернул переноску.

На пороге Козляткина обернулась.

— Сереж, спасибо еще раз. Ты лучше любого врача из поликлиники. Честное слово.

— Да ладно. Просто объяснил как есть.

— Нет, правда. Хорошего вечера!

— И тебе. Спи хорошо.

Дверь закрылась. Я прислонился к косяку, с хрустом потянулся. Валера сидел рядом, смотрел на меня умным взглядом.

— Ну что, братец, пора собираться на эту чертову вечеринку.

Эх, кто бы знал, как мне неохота было идти на это мероприятие! Еще и название такое… претенциозное — шик-пати! А по сути, самая обычная пьянка, только завернутая в обертку богемы.

Кстати, я раньше на такие часто ходил. Только в Москве, было это, после того как мы с Ириной поженились. Она слыла любительницей всего этого. Кроме того, ей отчаянно хотелось всем похвастаться тем, какой у нее знаменитый муж-академик, не хухры-мухры, аж светило медицины. А я на первых порах совсем потерял от нее голову и поэтому даже не думал отказывать. Так что она меня в послековидные года два плотно водила по всем таким вот бурно-злачным местам, где водятся скучающие светские львицы, звезды средней величины и не менее скучающие миллиардеры, впрочем, как и прочая элита элит.

И скажу так: вписались мы туда в самый раз. Все эти элиты при виде доктора-академика с кучей патентов и званий сразу начинают напоминать дрессированных пудельков, только что лапку при встрече не подают по команде — так хотят быть здоровыми и молодыми.

Сегодня же… совсем другой коленкор, потому что на вечеринку Алисы мне придется идти, во-первых, в роли молодого провинциального врача, который, по легенде, никогда на таких вот многошумных шик-пати не бывал. И я отдавал себе отчет в том, что перед местной богемой предстану в такой притягательной для издевательств роли мальчика для битья. Во всяком случае, они вряд ли упустят возможность поточить об меня свои коготочки — стану там когтеточкой вроде той, что купил Валере. И мне, соответственно, придется отвечать им симметрично, а потому нормального отдыха не получится. А во-вторых, после московских вечеринок чем меня эта провинциальная тусовочка может удивить и порадовать?

Так что особого воодушевления не было.

Но я обещал Алисе помочь и не мог отказаться от этой вечеринки.

Оставалось понять, что мне делать с дресс-кодом «тихая роскошь». Доводилось слышать, что это вроде как было модно в прошлых сезонах, а нынче оно вроде как называется «скрытое богатство», хотя чем оно отличается, я так и не понял, да и не очень-то заморачивался.

Так как роскоши у меня не было ни тихой, ни громкой, решил идти в том, что есть. А был у меня один-единственный нормальный костюм, на штанах которого Валера оставил затяжки, и больше ничего. Покупать еще один костюм пока категорически не хотелось, было банально жаль денег. Да и поздно уже, наверное, метаться — потратил час на лекцию для Козляткиной.