Чтение онлайн

– Отос!
– удивленно воскликнул Д’Арнатьян и начал рыться в мешке с подарками.

– Амарис!
– вторил ему Потрос, увидев, как из кармана второго «таможенника» выпал пропуск в женский монастырь.

– Какое несчастье!
– заломил руки Д’Арнатьян, не обнаружив ничего в мешке с подарками. – Только два человека могли остановить меня, и вот эти двое служат этому грязному недоноску, паршивому герцогишке с дурацкой еврейской фамилией Бофор. Что мы скажем кардиналу?

– А мне, мне…- захныкал Потрос, - Мне так и будут давать кредиты как и раньше в пределах лимита на одного вшивого дворянчика.

– Руки вверх!
– крикнул грязный недоносок Бофор, подкравшись сзади вместе с полусотней своих помощников.

– Это не я, это все он! – одновременно сказали Д’Арнатьян с Потросом, показав друг на друга.

– Расстрелять! – скомандовал Бофор, и заткнул себе уши пальцами.

– Расстрелять? – Нет!!! – завопил Отос. Д’Арнатьян – мой друг. Кстати, он должен мне полпистоля. Первый, кто поднимет пистолет, умрет на месте!

– Потрос, старина!!! – вскричал Амарис. Вы же обещали мне право первой брачной ночи на территории Ваших имений. И во сне и наяву за Потроса пасть порву! Клянусь Господом, мать вашу так! – дурным голосом заорал Амарис, размахивая своей огромной шпагой со страшными зазубринами.

– Почему они все еще живы? – спросил Бофор, вынув пальцы из ушей. Отос и Амарис что-то зашептали ему на ухо. – Ну что же, ладно. Так Вы тот самый Д’Арнатьян, который должен графу де Ла Фер полпистоля? Он мне о Вас рассказывал (всю дорогу). Вы мне надоели еще на полпути, видеть Вас не хочу. И этого толстого идиота тоже. Пошли отсюда! К этим словам герцог присовокупил пинок.

– Ты сметь пинуть меня? – заорал Д’Арнатьян в лицо Бофору. – Этого даже мой отец себе почти не позволял (только если поймает меня). Мы еще встретимся! Смотри, НЛО летит, - крикнул Д’Арнатьян и, воспользовавшись моментом, исчез в лесу. Впереди него несся Потрос, сметая на своем пути кустарники и маленькие деревья. Так они бежали до тех пор, пока к своему удивлению, не наткнулись на Планше с Мушкетоном, которые вели с собой похоронную команду и несли драный венок с надписью « Д’Арнатьяну и Потросу от их верных слуг, которым они завещали все свое имущество, остальные завещания – неправильные». Бывшие не в духе «покойники» щедро вознаградили своих верных слуг так, что их крики были слышны отряду Бофора, удалявшемуся с места последней встречи с гасконцем и его не в меру толстым другом. Получив б-а-а-льшую порцию звездюлей, Планше и Мушкетон принялись дубасить похоронную команду, решив восстановить свое всегда хорошее настроение. Гробовых дел мастера в рукопашном бое с уступавшим вдвое противником оказались более чем слабы и ударились в позорное бегство, после того как несколько раз (десять-пятнадцать, не более) ударились об маленькие, метра два в высоту, дубки, на которые совсем недавно напоролся Потрос. Крики гробовщиков были слышны только в ближайшей округе (километров десять не более).

На следующий день наши герои были в Париже, добравшись туда на импровизированных ручных носилках, вдвое быстрее, чем, если бы скакали на лошади. Стоит ли упоминать ту незначительную деталь, что носилки несли «новоиспеченные рикши» (Планше с Мушкетоном и похоронная команда иже с ними).

В Париже, однако, они были схвачены и приведены к Замарини. Тот распорядился их расстрелять, после того как выслушал их правдивый рассказ.

– Вам бы только комиксы писать, - усмехнулся он, услышав историю, наподобие «Мушкетеров-нинзя».

– Вы не можете нас расстрелять, у нас есть индульгенция, - вовремя вспомнил Д’Арнатьян, тыкая пальцем в означенную бумажку.

Замарини заколебался. С одной стороны он их только пытался запугать, с другой стороны было бы неплохо расстрелять гасконца и его толстого друга (это могло бы на короткое время избавить кардинала от скуки).

– Ну ладно, давайте свою индульгенцию, - порвав ее в клочья, и с трудом подавив внезапно возникшее желание расстрелять наших благородных героев, кардинал пинком спустил их обоих с лестницы, крикнув напоследок, - Ждите дальнейших распоряжений, господа!

В этот раз гасконец не стал громко возмущаться тем, что его опять пнули напоследок, напротив, он пришел в распрекрасное расположение духа.

– Я выиграл, давай сюда три пистоля, - сказал Д’Арнатьян Потросу.

– Так нечестно, если бы ты проиграл, нас бы расстреляли, и ты бы мне не заплатил, - возмутился Потрос.

– Давай-давай, толстый жмот, - ласково проворчал наш гасконец.

– На, отрыжка древнего рода, - огрызнулся Потрос, передавая три пистоля.

– Кто бы говорил, - ухмыльнулся Д’Арнатьян.

Потрос открыл рот, чтобы сказать какую-нибудь гадость, но, так и не придумав, закрыл его и обиделся.

– Я вижу, что ты, Потрос, открыл рот, чтобы сказать какую-нибудь гадость, но, так и не придумав, закрыл его и обиделся, - насмешливо сказал гасконец.

Потрос зарычал.

– Господи, ну почему мой друг Д’Арнатьян не умер маленьким, когда он был не таким подлым и противным, - укоризненно проговорил, наконец, Потрос, спустя пять минут.

– Заткнись толстый ублюдок, - донесся с неба глас господень.
– Его мне только тут не хватало!

Друзья, посмотрели друг на друга и ухмыльнулись.

– Надо это отметить, - одновременно сказали оба наши герои, и расхохотались. Помирившись, друзья зашли в ближайший кабачок и, предъявив хозяину три пистоля, сняли комнату и потребовали скромный ужин.

Бедный хозяин не знал, что друзья имели в виду под словами "скромный ужин" (скромный по меркам Потроса) и, принеся им три корочки хлеба, схлопотал по морде табуреткой. Напившись и наевшись после этого пистолей на десять, друзья размолотили в пух и прах патруль гвардейцев, который по доносу хозяина пришел их арестовывать и, наконец, заснули, подвесив негостеприимного хозяина за пальцы рук над жаровней.

– Попробуй только разбудить нас раньше восьми утра, - пригрозил Потрос, размахивая ножкой от дубовой табуретки.

Примерно к этому времени, пальцы хозяина стали напоминать пальцы пианиста. Удлинившиеся пальцы стали причиной того, что голые ступни хозяина коснулись тлеющих углей жаровни. Моментально, очнувшись от обморока, в который он впал еще со вчерашнего вечера, хозяин громко завопил, разбудив наших друзей.

– На две минуты раньше разбудил, собака, - пробормотал проснувшийся Потрос, и пошел освобождать незадачливого владельца харчевни. Звук разламывающейся об голову хозяина табуретки, привел в чувство изрядно вчера перепившего и перебившего бутылки вина, Д’Арнатьяна.

Он было, решил поспать еще чуток, надеясь проснуться к тому времени, когда Потрос заставит хозяина прийти в себя и приготовить скромный завтрак. Спустя примерно полчаса, вкусив «скромный» завтрак, друзья, наконец, отпустили хозяина на все четыре стороны, а хулиган Потрос выстрелил во все четыре стороны. Разумеется, совершенно случайно, хозяин побежал в сторону гарнизона гвардейцев, и совершенно случайно, Потрос выселил в этом направлении. Несчастный случай, только и всего.

– Господи, двести двадцать третий труп на моей совести, - смутился Потрос, делая вид, что стрелял в муху.

Ну а что же другой наш благородный герой? Он вовсю храпел на надувном кожаном диване и не слышал даже телефонного звонка. Зато звонок услышал Потрос, и поднял трубку.

– Кого? Но он сильно не в духе, - проворчал Потрос и, видя, что Д’Арнатьян явно не имеет намерения проснуться, изящным выпадом своей внушительной шпаги проколол надувной кожаный диван.

– А! Что? Я заплатил налоги, честное слово, да, - испуганно пробормотал гасконец. – Какого хера! – заорал он в протянутую трубку, быстро придя в себя.
– Что за идиот говорит со мной? А, это мой друг Отос, прости, не узнал, богатым будешь. Полпистоля? Обещал вернуть? Обещаю не нарушать данного обещания. Да, несмотря на то, что вы с Амарисом служите этому подонку Бофору, я считаю вас своими друзьями. Я тоже так считаю, но вы все-таки ублюд…, то есть нехорошо поступили, да. Давай, обсудим. Да, обещаю принести полпистоля, клянусь здоровьем Потроса. – Да-да, будьте уверены, принесу, - сказал он и повесил трубку. – А может быть, и нет, - весело добавил он.