Чтение онлайн

– Слушаю! – неожиданно громко рявкнуло из наушника.

Держа трубку дальше от уха, Зотов сказал:

– Добрый день! Говорит лейтенант Зотов из уголовного розыска. Я занимаюсь сейчас артелью, в которой вы недавно разговаривали с председателем. И поэтому хотел бы с вами встретиться, чтобы выяснить некоторые обстоятельства. Как вы на это смотрите?

В трубке затрещало.

– Ничем я тебе помочь не могу, лейтенант. Дело в том, что когда я пришёл в артель, то председатель аж рот раскрыл от удивления. Говорит: «Только что ваши двое были у меня, убедились, что всё в порядке, и ушли. А теперь снова!» Ну, я, конечно, не захотел докучать ему. Так и доложил начальству, что в артели всё в порядке. Вот так, друг мой...

– А кто же всё-таки был там, вы не знаете?

– Не знаю, дорогой, не интересовался. Главное, что были, а кто – неважно...

Раздосадованный Зотов положил трубку на рычаг. Поведение работника отдела борьбы с хищением социалистической собственности его сначала возмутило, но потом он подумал, что нельзя так придираться к людям и нечего рассчитывать на чью-то постороннюю помощь. Сделав такой вывод, Зотов успокоился и решил приступить к выполнению своего плана.

План Зотова был прост. Внимательно осматривая шапку-ушанку, оставшуюся на месте преступления, он обнаружил за её околышем старый трамвайный билет рижского трамвайного управления. Вполне естественно возникла мысль, что вор приехал из Риги. И первое, что решил сделать Зотов, это выяснить, кто из приписанных в гостиницах приехал из Риги.

В одной из гостиниц Зотову сказали, что клиент из Риги живёт в двадцатом номере и сейчас его нет, но примерно в это время он, обычно, приходит обедать в ресторан внизу.

Зотов начал ждать. В пятнадцать часов десять минут в вестибюль ресторана, не торопясь, вошёл высокий плечистый мужчина, на ходу стягивая перчатки, подошёл к зеркалу и остановился. На нём были белые бурки, жёлтый кожаный реглан с каракулевым воротником, а на голове... кепка. Мужчина осмотрел себя в зеркале, повернулся боком, ещё раз взглянул и улыбнулся, от чего над правой бровью резко обозначился шрам. Затем он прошёл в гардероб, разделся и вошёл в зал.

«Он!» – промелькнуло в голове Зотова, кровь застучала в висках, и всего его пронизало какое-то сложное чувство: радость, что первое в жизни самостоятельное задание он выполнил так быстро и просто, и злость на этого человека, который смеет так спокойно ходить по земле! Захотелось тут же задержать его.

«Спокойно, лейтенант, спокойно!» – скомандовал себе Зотов и, окончательно взяв себя в руки, подумал: «Ты ведь уже не курсант. Тебе нельзя горячиться. Надо проверить свои предположения. Может, шапка вовсе не его, может, он всегда носит только кепку. Надо проверить.»

И Зотов принял решение. Он быстро подошёл к старику-гардеробщику, показал своё удостоверение, дал ему каракулевую шапку-ушанку и попросил повесить её на крючок, где уже висел кожаный реглан.

– Если хозяин кожанки будет говорить, что это не его шапка, убедите, что именно его, – сказал Зотов гардеробщику, сел на диван и закрылся газетой.

Через час из зала ресторана вышел мужчина со шрамом, дал гардеробщику номерок и, когда ему подали реглан, привычно подставил руки, чтобы одеться. Застегнувшись на все пуговицы и не крепко затянув пояс, владелец реглана повернулся к барьеру гардероба, протянул руку и... вдруг замер. Рука в нерешительности повисла в воздухе, будто перед ней лежала не шапка, а ёж.

– Берите, берите! – говорил гардеробщик. – Ваша.

– Нет, ты ошибся, папаша. Это не моя. Была у собаки хата! – неожиданно сказал он и засмеялся. – Нет, нет, дедушка, ошибся ты. У меня кепка. Вот она висит. Давай её сюда, а шапку забери, а то ещё хозяин выйдет, подумает о нас нехорошо.

Он надел кепку, снова подошёл к зеркалу, посмотрел на себя и ещё раз повторил:

– Была у собаки хата!

Когда за ним закрылась дверь, Зотов положил газету на стол, посидел ещё с минуту на диване. Но только собрался он вставать, как вдруг за стеклянной дверью снова появилась фигура мужчины в кожанке. Он подошёл к самой двери, взялся за ручку, какую-то секунду размышлял, потом резко обернулся и ушёл.

У Зотова не оставалось никаких сомнений, что он нашёл хозяина шапки.

Предупредив по телефону дежурного администратора гостиницы, чтобы ему немедленно сообщили, когда клиент из двадцатой комнаты будет отъезжать, и организовав надзор за выходом, Зотов пошёл докладывать Дещенко.

Выслушав доклад лейтенанта, подполковник задумался.

– Так... Хозяина шапки вы нашли, но ведь уверены ли вы, что вор – он. Чувствуете ли вы за собой право сделать человеку такое обвинение? – резко спросил Дещенко.

– Конечно, товарищ подполковник! Эксперимент с ним при помощи единственного нашего доказательства свидетельствует против него. И формально мы...

– В том то и дело, что формально, милый ты мой, – неофициально заговорил Дещенко. – Формально мы можем арестовать его, сделать обвинение и пусть тогда он доказывает, что я – не я и шапка не моя. Формально ты, Зотов, прав и действовал верно, но... односторонне.

Брови у Зотова полезли вверх.

– Да, да, лейтенант! – заметив его недоумение, продолжал Дещенко, – Вы скажете, что художником поинтересовались, есть такой. Отдел борьбы с хищением социалистической собственности также проводил соответствующую проверку. Значит, всё, что можно, вы сделали. А так ли это? Нет. Далеко не всё. Вы, например, не интересуетесь оперативными сводками из районных отделов. И зря. Вот вчера в десятый отдел приходила одна девушка и принесла интересные сведения. Я думаю, что они будут для вас полезны. Поговорите с ней и продолжайте работу, товарищ лейтенант.

– Есть, товарищ подполковник! А как же быть с «двадцатым» в гостинице, хозяином шапки?

– «Двадцатого» пока не беспокойте, но помните, что времени у вас осталось всего три дня.

И объяснил удивлённому Зотову:

– Через три дня заканчивается командировка у «двадцатого», и тогда мы вынуждены будем побеспокоить его, а пока это не в наших интересах.

В этот же день Зотов пошёл «на свидание» к девушке, о которой ему говорил подполковник.

Оксана Ткач работала в госпитале медсестрой и одновременно училась в десятом классе школы рабочей молодёжи. Встретившись с лейтенантом и узнав, кто он и чего пришёл, девушка рассказала ему такую историю.

Однажды после занятий в вечерней школе Оксана шла домой. Возле кинотеатра к ней подошли две девушки и предложили лишний билет. Фильм шёл первый день, на него очень трудно было попасть, и Оксана согласилась. В кинотеатре девушки познакомились, а когда вместе возвращались домой, Оксана узнала, что подруги учатся в Винницком педагогическом институте, что у них теперь каникулы и они приехали посмотреть на древний Львов. Знакомых у них почти нет, если не считать ребят, с которыми они познакомились как-то в парке Высокий Замок. «Хорошие ребята, также студенты», – говорила одна из них, которую звали Софией. Остановились подруги в гостинице, в общей комнате, где, кроме них, живёт ещё пять женщин.

– И это самое большое неудобство, – с досадой рассказывала Вера, так звали вторую. – Понимаешь, Оксанка, каждый раз приходится бегать в камеру для хранения вещей, потому что администрация, видите, «за не сданные в камеру вещи не отвечает», – возмущалась она.

– Каждый день платья приходится гладить, потому что в чемодане они очень мнутся, – жаловалась и София.

– Жаль мне стало девушек, – рассказывала дальше Оксана, – и я предложила им перебраться ко мне. Мама как раз поехала в село к родственникам погостить, пусть, думаю, поживут у меня девушки четыре-пять дней. И мне веселее будет.