Чтение онлайн

— А вот что я скажу: мы в Европе, и теперь надо ковать железо, пока оно горячо! Откладывать нечего: вдруг капитан Немо опять повернет куда-нибудь к черту на кулички! Надо бежать!

Меня, признаюсь, всегда смущали подобные речи. Я нисколько не желал стеснять товарищей в их действиях, но в то же самое время мне было бы тяжело расстаться с капитаном Немо. Благодаря капитану, благодаря его чудесному подводному кораблю я каждый день мог изучать морские бездны и писать свою книгу. Где и когда мне представится еще случай наблюдать чудеса, скрытые в океане? Нигде, никогда! Я не хотел покидать «Наутилус», не завершив свои океанологические исследования.

— Нед, скажите мне откровенно, вы очень скучаете на борту «Наутилуса»? Вы очень жалеете, что судьба бросила вас в руки капитана Немо?

Канадец промолчал несколько минут. Потом, скрестив руки на груди, проговорил:

— Откровенно говоря, я не жалею, что совершил подводное путешествие. Оно занятно, слов нет. Да ведь всему есть конец. Ну покатались, и довольно. Пора этому подводному плаванью кончиться!

— Оно кончится, Нед.

— Где и когда?

— Где? Я не знаю где. Когда? Я не могу сказать. То есть я предполагаю, что оно окончится тогда, когда мы осмотрим все и они откроют нам свои тайны. Все, что имеет начало, имеет и конец, Ленд. Это давно всем известно!

— Я, с позволения их чести, тоже так думаю, — сказал Консейль. — И еще я думаю…

— Что, Консейль? Чего вы запинаетесь?

— А то, что капитан Немо повозит-повозит нас по всем морям, а потом и отпустит нас на свободу…

— Отпустит? — вскрикнул канадец. — Как бы не так! Даст свободу? Вышвырнет…

— Постойте, Ленд, постойте! — возразил я. — Капитана Немо нам бояться нечего, это правда, но я не согласен, однако, с Консейлем: вряд ли он нас отпустит. Мы нечаянно завладели его тайной — тайной для него очень важной, и хотя капитан Немо отличный человек, но все-таки не допустит, чтобы мы рассказали всему свету о его «Наутилусе».

— Так чего вы ждете? На что надеетесь? — спросил канадец.

— Надеюсь, что обстоятельства будут благоприятнее, и тогда мы ими воспользуемся. Что теперь невозможно, станет возможным через шесть месяцев.

— Через шесть месяцев! — вскрикнул Нед Ленд. — А где мы будем через шесть месяцев?

— Может, здесь, может, в Китае, Нед. Вы же знаете «Наутилус». Он проносится по океанам, как быстрокрылая ласточка по воздуху или как скорый поезд по рельсам. Он не боится появляться и в европейских морях. Очень может быть, что он пристанет к берегам Франции, Англии или Америки, — тогда нам будет гораздо легче бежать, чем теперь.

— Профессор, в ваших доводах нет здравого смысла. Вы все говорите: «Мы будем там, мы будем здесь!» А я говорю:

«Мы сейчас здесь, и надо бежать отсюда!»

Я не знал, что ему ответить. Доводы Неда Ленда были логичны, и я почувствовал себя побежденным.

— Послушайте, профессор, — продолжал он, — ответите вы мне прямо, по совести?

— Отвечу, Нед!

— Если бы капитан Немо сегодня сказал вам: «Вы свободны! Идите себе на все четыре стороны», вы бы рады были?

Приняли бы его предложение?

— Не знаю, Нед.

— А если бы он прибавил, что вот сегодня он это вам разрешает, а завтра уже не позволит?

Я промолчал.

— А что думает Консейль? — спросил канадец.

— Консейль никак не думает, — спокойно ответил достойный Консейль. — Ему это все равно. Он холост. Ни жена, ни дети не ждут его на родине. Он служит их чести, он думает, как их честь, говорит, как их честь, и, к великому его сожалению, у него нет права голоса. Значит, только двое будут спорить — Нед Ленд и их честь, а Консейль будет только слушать.

Я невольно улыбнулся, слушая речь Консейля, а Нед Ленд был доволен, что ему придется воевать не с двумя, а с одним противником.

— Ну, ладно, — сказал Нед Ленд. — Если Консейль отказывается участвовать в споре, то решать надо нам с вами, профессор. Вы слышали, что я сказал, так давайте ответ!

— Вот мой ответ, Нед: вы говорили основательно, а я нет. Капитан Немо нас не отпустит, на это смешно и рассчитывать. На его месте любой осторожный и рассудительный человек никогда не решится дать нам свободу. Из этого следует, что надо воспользоваться первым удобным случаем и бежать с «Наутилуса».

— Умные речи приятно и слушать! — сказал Нед Ленд.

— Только я вот что прибавлю, Нед: надо выждать действительно благоприятный момент. Если побег не удастся сразу, так не удастся совсем. Капитан Немо никогда нам этого не простит.

— Все это справедливо, — отвечал канадец, — только ведь осторожность надо все равно соблюдать, как теперь, так и через два года. Значит, при первом удобном случае надо бежать.

— Хорошо. А что вы подразумеваете под удобным случаем, Нед?

— А вот будет темная ночь, да «Наутилус» подойдет поближе к какому-нибудь европейскому берегу.

— Так вы думаете пуститься вплавь?

— Да, если только мы будем близко от берега и если «Наутилус» будет на поверхности моря.

— А если мы будем далеко от берега и «Наутилус» будет держаться под водой?

— Ну так я попробую стащить шлюпку. Я знаю, как ею управлять. Мы проберемся внутрь, отвинтим затворы и благополучно выплывем на поверхность.

— Отлично, Нед! Подстерегайте такой случай, только помните, что при неудаче нам придется плохо.

— Я этого не забуду, профессор.

— Теперь, Нед, хотите я вам скажу, что я думаю насчет вашего плана?

— Скажите, профессор.

— Я думаю, что такого удобного случая не представится.

— Почему?

— А потому, что капитан Немо очень хорошо понимает, что мы желаем на волю, и у европейских берегов будет нас стеречь.

— Я, с позволения их чести, тоже так думаю, — сказал Консейль.

— Увидим, увидим! — сказал Нед Ленд.

— А теперь, Нед, мы больше об этом говорить не будем, — сказал я. — Когда будете готовы, вы нас предупредите, и мы за вами последуем. Я полагаюсь на вас.

Этим разговор и окончился.

К великому огорчению канадца, я, кажется, был прав. Капитан Немо держался почти все время под водой и близко к берегу не подходил. «Наутилус» или немного всплывал на поверхность, или погружался очень глубоко, между Греческим архипелагом и Малой Азией; мы, опускаясь на две тысячи метров, не достигали дна.

Я так и не увидел остров Карпатос, один из группы островов Южные Спорады. В утешение капитан Немо, указав пальцем на какую-то точку на карте, продекламировал мне стих Виргилия: