Чтение онлайн

Я не смогла сдержаться. Рассмеялась. Хотя что тут смешного. В выходные я это пойму. Возможно, буду мучить себя подробностями (как она выглядела; что в ней такого особенного, внушившего Дэну подобные мысли; рассказывал ли он ей обо мне; о чем мы с ним говорили по телефону в тот вечер — нормально, будто ничего не происходит? — говорил ли он, что скучает по мне; говорил ли, что любит…). Но на самом деле я испытала такое облегчение, что чуть не расплакалась.

Дэн нрав, тогда у нас действительно был нелегкий момент. Ничего серьезного, даже реально ощутимого, просто время от времени повторяющийся период, когда не столько общаешься, сколько сталкиваешься друг с другом, когда обычные привычки друг друга внезапно начинают раздражать до чертиков, до смерти, так что еле удерживаешься от драки. У всех супружеских пар бывают такие моменты, которые длятся несколько дней или даже недель. Со временем напряженность спадает, но тот случай я, в частности, помню еще потому, что мы тогда были на отдыхе. Вдвоем, без детей, впервые за долгие годы. Проводили вместе двадцать четыре часа в сутки, но как бы не могли вспомнить, что значит жить вместе. Все шло наперекосяк. Собственно, отчасти поэтому я охотно отправила Дэна в Шотландию с Алексом. Мне казалось, нам следует ненадолго расстаться. Он прав, это действительно не оправдание, но на самом деле могло быть значительно хуже. Я решила больше никогда не трепать Дэну нервы по этому поводу. Никогда.

— И все? Правда? — переспросила я.

Он взглянул мне в глаза и сказал:

— Все, но плохо.

— Хорошо, Дэн! То есть не хорошо, но ничего. Я соврала бы, если бы сказала, будто не расстроилась из-за того… что ты пошел к ней в номер… Но в целом… в общем… ерунда. Небольшой финт в сторону. И правда, дела у нас в то время шли плоховато.

— Все равно, лучше бы мне никогда не ставить себя в подобное положение.

— Ты совершил ошибку. Однако остановился, не сделав гораздо более тяжелой ошибки. Всем позволено колебаться. Все имеют право время от времени сомневаться в своих отношениях.

— Кроме тебя. Да?

— И у меня бывают моменты, — говорю я, хоть ничего такого не помню. — Давай забудем. Пусть все это останется в прошлом, а мы будем жить дальше. Все в порядке, Дэн, правда.

— Правда? — переспросил он с огромным облегчением.

— Да.

Возможно, если бы он признался в другое время, я ему так легко не спустила бы. Точно не спустила бы. Посчитала бы чудовищным предательством. Не верится, что он вообще способен на то, чего никогда не сделает Дэн, которого, как мне казалось, я знаю. (Дэн флиртует? Невозможно представить. Остановись, не надо, говорю я себе. Не раздувай случайный эпизод в нечто большее, чем есть на самом деле.) Коэффициент моей неуверенности в себе взлетел бы до небес (она наверняка худее, моложе, красивее, забавнее меня), я наверняка пережевывала бы все это, терзая себя деталями, пока окончательно не свела с ума Дэна. Теперь ящик можно уверенно запереть и забыть. Почти забыть. Пожалев себя всего долю секунды.

— Дэн… с тех пор… я имею в виду… ведь у нас все в порядке?

— Боже мой, разумеется! — Он стиснул меня так крепко, что я едва не задохнулась. — Я хорошо понял, во что чуть не вляпался. Господи, Ребекка, как только подумаю, что мог потерять и тебя, и детей… Ты мне веришь, правда?

Отстранив меня, держа за плечи, он взглянул мне в глаза, и я сказала:

— Верю. Конечно.

Это правда.

По реакции Дэна, в которой смешалась вина со стыдом, понятно, что, в конце концов, ничего страшного не было, новой измены не стоит бояться.

— Мне просто интересно, — сказала я через пару минут. — Что говорил по этому поводу Алекс?

— Сказал: давай, вперед, — признался Дэн с еще более виноватым видом, вбивая очередной гвоздь в гроб моей дружбы с Алексом. — Собственно, — нерешительно добавил он, — сказал, если бы она к нему прицепилась, он бы не отказался, какие вопросы.

— Даже тогда? — перебила я.

Дэн кивнул.

— Сказал, чувствует себя в ловушке, поддерживая такие долгие отношения с одной женщиной. Не вредно проверить, что еще бывает.

— Ох, боже, правда?

— Ну, теперь-то я знаю, что он надеялся нас с тобой рассорить, а потом тебя преследовать. Он и до того был с другими женщинами.

Неужели? Алекс?

— И ты знал?

— Он знал, что я не одобряю.

— И ты мне ничего не говорил?

Дэн с несчастным видом передернул плечами.

— Алекс просил не рассказывать. Вдобавок, если по-честному, я боялся, что ты либо его убьешь, либо сочтешь своим долгом оповестить Изабелл.

— Обязательно. Тебе не кажется, что ей было бы лучше раньше понять, что ее брак не идеален? Когда она была моложе и ей было бы легче остаться одной? — Начинаю злиться. Фокусы из мальчишеского клуба. Мужская дружба важнее всего.

— Возможно. Я просто рассказываю, как было, — оправдывался Дэн, понимая, что я выхожу из себя, и, может быть, если сейчас потеряю контроль, то и эдинбургская история не сойдет ему с рук. Впрочем, пожалуй, отчасти поэтому я так злюсь на Алекса.

Твердо решив не нападать на Дэна, я подавила боль и отчаяние. Надо помнить главное: Алекс старается разбить мою семейную жизнь, а этого ему позволить нельзя. В любом случае не похоже, чтобы Алекс с Дэном и в будущем прикрывали друг друга.

— Знаю, — кивнула я. — Просто очень обижена за Изабелл.

— И вполне справедливо.

— Не будем ей рассказывать про… других женщин. Согласен?

Дэн кивнул.

— Ну и каша, — вздохнула я.

А Дэн снова сказал:

— Мне страшно жаль. Прости меня. За все.

На следующий день в офисе никаких признаков Лорны. Не звонила, никого не предупредила, что ее не будет. Я попросила Кей звякнуть ей под каким-то предлогом — «…только чтобы она не подумала, будто ты ее контролируешь», — что она и сделала, сполна при этом наслушавшись. Мы известили Джошуа и Мелани, что Лорна якобы звонила, больна, не придет, после чего я задумалась, как свести ущерб к разумным пределам. Слава богу, клиентов у нее мало, и все-таки я примерно о половине понятия не имею, вдруг они пропустят критически важные встречи или прослушивания. Решила связаться со всеми, сообщить, что Лорна будет отсутствовать пару дней по болезни, спросить, не надо ли что-нибудь сделать. Если сочтут меня слишком ответственной — вполне годится. Прежде чем приступить к делу, попросила Кей просмотреть адресованные Лорне телефонные сообщения, которые она принимала с момента прихода, проверив, не надо ли на какое-то срочно ответить. Вряд ли, конечно, ведь Лорна, прежде чем перевернуться вверх дном, крутилась белкой в колесе, стараясь вдохнуть жизнь даже в безнадежно коматозные карьеры.

Кроме тех, кого она сама залучила в качестве агента — Мэри, Крейга и Хитер, — под ее патронажем еще четыре клиента, с которыми Джошуа с Мелани надоело возиться и которые никак не наберутся храбрости окончательно и бесповоротно уйти. Это драматург Джой Райт Филипс, однажды получившая премию для молодых писателей (в свое время ее пьеса шла в театре «Донмар» в рамках сезона новых талантов, но с тех пор она явно выпала из обоймы); актеры Сэмюель Суини и Кэтрин Грейсон, в той или иной степени пользовавшиеся успехом в провинциальных театрах и в очень редких случаях появлявшиеся на телевидении; и еще одна «персона» — Жасмин Говард, фактически репортерша скандального журнала, которая старается отвоевать себе на телевидении нишу эксперта, излагая свои взгляды по любым вопросам, начиная с женского обрезания [8] и заканчивая причиной, по которой ей нравятся восьмидесятые годы, лишь бы за это платили хорошие деньги.

Я сначала позвонила Сэмюелю, поскольку среди сообщений, принятых Кей для Лорны, одно было от ассистентки по кастингу, которая предлагала ему малюсенькую роль в медицинском сериале «Ноттингемская больница». Он услышал об этом впервые, но не предъявил претензий. Прослушивание послезавтра, он свободен, и то, что предупреждение получено всего за два дня, не имеет для него значения.

— Я рад, — с энтузиазмом ответил Сэмюель. — У меня скоро техосмотр, и деньги очень кстати.

Потом я отловила Жасмин.

— Лорна Филу звонила? — спросила она.

— Какому Филу?

— Мастерсону. Продюсеру программы «Лондон в шесть часов», — пояснила Жасмин. Таким тоном, что было ясно: только полные идиоты не понимают, кто такой Фил.

— А… простите, не догадалась. Дело срочное?

— Она должна звонить ему еженедельно, спрашивать, какие темы они будут затрагивать. Это ее идея, но после того, как она ее высказала, я от нее ни слова не слышу. Зачем нужны хорошие идеи, если никто их не собирается осуществлять? Когда Джошуа спрашивал, не возражаю ли я перейти к Лорне, я сказала: «Нисколько», — но пускай уж она постарается…