Чтение онлайн

Коньки не скользили, комбинации партнеров казались чересчур быстрыми, шайба летала по площадке так, что он не успевал ее зацепить. А в конце периода попал под такой силовой прием, что получил сотрясение и повредил плечо.

На второй период Джантора выпускали совсем по чуть-чуть, в четвертом звене. Видя его невероятную апатию, партнеры фактически не пасовали, а если случалось получить шайбу, соперники и без силовых приемов легко ее забирали. Впервые за несколько лет он оказался самым бесполезным игроком матча.

– Эй, что с тобой, черт возьми?
– подошел после игры Эвандор. Он смотрел игру с трибуны. Ходунок-экзоскелет с ноги уже сняли, оставив лишь фиксатор.

– Сегодня плохой день, - о визите в КОП Джантор предпочитал не говорить.

– Голова в порядке?
– приятель бесцеремонно ухватил его за волосы, заглянул в один глаз, потом второй.
– Тебя серьезно припечатали. Может, до больницы доедешь?

– Лишнее. Нейробук уже оценил повреждение и запустил программу регенерации.

По дороге домой Эвандор расспрашивал о полетах. Он смотрел нейроклипы и в ближайшие выходные планировал сам подняться в небо. В первую очередь друга беспокоила сложность управления телом и самолетом одновременно, он хотел знать все секреты.

Хотя какие там секреты. Просто чем больше летаешь - тем лучше чувствуешь. Обычная практика.

Потом приятель стал рассказывать анекдоты про Ступрика - вымышленного парня, очень плохо владевшего нейробуком, и потому регулярно попадавшего в нелепые ситуации. Джантору они и раньше казались скорее глупыми, чем веселыми, а теперь и подавно.

Видя, что, в отличие от него, друг не смеется, Эвандор посмотрел куда более внимательно.

– Слушай, ты выглядишь так, словно тебя в КОП вызывали.

Джантор вздрогнул. Разговаривать об этом хотелось меньше всего.

– Что случилось-то? Чем провинился?

– В общем, они недовольны... полетами. Говорят, ненужный риск.

Эвандор остановился.

– Хочешь сказать - они запретили?

Джантор прокрутил в голове разговор. Потом, сомневаясь в биологической памяти, вытащил соответствующий файл из компьютерной. Касательно скрытых файлов страха Тунвайл прямо сказал - менять их и даже обсуждать нельзя. А вот с полетами лишь общее недовольство. Хотя, возможно, запрет подразумевается автоматически.

– Старые перестраховщики, - Эвандор скривился.
– Настоящий экстрим без риска невозможен. Наплюй на них, ты классно летаешь. Все остальные просто тратят впустую время и энергию. А эта хандра скоро пройдет, я знаю. День, два, не больше.

Вот как?

Эвандор говорил так, словно попадал на разбор КОПам. Впрочем, сейчас это неважно. Сейчас все неважно. Кроме гнетущей тоски и чувства вины.

Домашняя обстановка по-прежнему выглядела безрадостно. Соседи заметили его подавленное состояние, но от расспросов Джантор уклонялся, а их попытки развеселить оказывались тщетны.

Единственное, что подняло настроение - нейрокайф. Никакая горечь не способна перевесить безграничный океан удовольствия.

Но, едва действие программы закончилась, печаль навалилась с новой силой. На следующий день легче не стало. Все та же тоска давила, окрашивая мир в серые тона. Знакомые изо всех сил пытались его приободрить, но шутки и анекдоты казались несмешными, веселая музыка - унылой, вкусная еда - пресной. Даже солнце как будто светило тусклее.

Помимо нейрокайфа облегчение приносил разве что сон. Когда спишь - ничего не чувствуешь. А нейробук позволял быстро засыпать когда угодно.

На третий день Джантор, едва истекло рабочее время, сразу активировал гипногенную программу. Проснулся к вечеру. Рагу, приготовленное на ужин Касантой, судя по отзывам остальных, замечательное, однако он вкуса не оценил.

После еды Шинвин, Джесина, Тэйласт и Касанта отправились играть в боулинг. Звали и его, но Джантору не хотелось. Ему вообще ничего не хотелось. Совсем ничего.

В гостиной раздалась тихая музыка. Розайла. Ее плавные, почти всегда грустные мелодии прежде оставляли его равнодушным, но сейчас звуки словно эхом отзывалась в душе. Зайдя в комнату, он присел в кресло. Не видя его, девушка продолжала играть.

Розайла почти закончилась, когда от входной двери послышались шаги.

– Скучно, - заявил Эвандор.

Девушка вздрогнула и обернулась. Глаза ее расширились, когда она заметила Джантора.

– Ему нужно что-то веселое, - продолжил Эвандор.
– Это и есть тот самый рояль?
– он подошел, постучал по клавишам.

– Не надо, ты его расстроишь, - попросила Розайла.

– Ой, да ладно тебе. Музыка должна быть веселой и энергичной, - он принялся с удвоенной силой колотить по клавишам. Но вместо мелодии выходила хаотичная какофония.

– Перестань, Эвандор, - видя растерянность и расстройство соседки, Джантор поднялся.
– Ты все равно играть не умеешь.

– Да тут ничего сложного, - пожал плечами приятель, но по клавишам бить перестал.
– Слушай, мы думаем на аквабайках погонять. Не хочешь присоединиться, или ты до сих пор...- Эвандор оценивающе глянул на него.

– Джантор последнее время вообще очень грустный, - сочувствие в голосе Розайлы было столь сильным, будто она сама ощущала его печаль.

– Ну еще бы. После визита в КОП все ходят грустные.

– Ты был в КОПе?
– девушка повернулась к Джантору.
– Но почему? Что ты такого сделал?

Пока он собирался с мыслями, приятель его опередил.

– Этим старым перестраховщикам показалось, что он летает слишком рискованно. Хотя по мне - так в самый раз. Ты точно не хочешь погонять?

Джантор мотнул головой. Как и прежде, ему не хотелось совсем ничего.

– Я не заметила, как ты вошел, - сказала Розайла, когда они снова остались вдвоем.

– Решил немного послушать, - Джантор выдавил кривую улыбку.

– Наверное, тебе хочется более веселой музыки. А у меня не очень...
– девушка развела руками и вздохнула.

– Нет, все нормально. Ты прекрасно играешь, и музыка у тебя...
– он задумался, пытаясь осознать ощущения, - созвучна, что ли, моему настроению. Как-то так.

– Правда?!
– Розайла просияла.
– Если хочешь, я еще поиграю.

Она играла почти два часа. Печальная мелодия словно переплеталась с грустью в душе Джантора, пусть не поглощая тоску, но делая легкой, почти невесомой.