ЖАНРЫ

Две полоски на годовщину развода
Шрифт:

— Саша! Хватит! У нас всё кончено! Мы развелись! Ты помнишь это или нет?

— Помню-помню… Но кто сказал, что всё кончено? Может быть, это только начало?

Смотрю на Самойлова с таким выражением лица, будто он только что предложил мне полететь на Луну без скафандра.

— Ты серьёзно??

— Лида… Я просто думаю… а вдруг мы поторопились тогда?

Закрыв лицо руками, тихо вздыхаю. Ну почему он всегда умудряется выбить меня из равновесия?

— Саша… Просто уходи. Пожалуйста.

Саша явно не собирается уходить. Он смотрит на меня с таким видом, будто знает что-то, чего не знаю я. Это его самоуверенность выводит меня из себя.

— Саша, я серьёзно. Уходи, — говорю, поднимаясь со стула и указывая ему на дверь.

Он лишь усмехается, делает последний глоток кофе и медленно встаёт. Но вместо того чтобы направиться к выходу, он подходит ко мне ближе. Слишком близко.

— Ты уверена, что хочешь, чтобы я ушёл? — спрашивает он тихо, наклоняясь ко мне так, что я чувствую его дыхание.

— Абсолютно уверена! — резко отвечаю, хотя голос предательски дрожит.

— Ладно, ладно, — говорит он с притворной обидой и поднимает руки в знак капитуляции. — Проводи меня тогда.

Закатив глаза, всё-таки направляюсь к двери. Он идёт следом, но я чувствую этот его взгляд на своей спине.

Открыв дверь, я поворачиваюсь к нему:

— Всё, Саша. Теперь ты свободен. Аривидерчи, майор Самойлов.

Но вместо того чтобы выйти, Самойлов делает шаг вперёд. И прежде чем я успеваю понять, что происходит, его руки обхватывают меня за талию, и он силком притягивает меня к себе.

— Эй! Ты что делаешь?! — успеваю только вскрикнуть, прежде чем его губы накрывают мои.

Поцелуй выходит горячим, страстным и… чертовски неожиданным. Его ловкий язык хозяйничает в моём рту: ласкает, дразнит…

На несколько секунд я теряюсь, забываю обо всём: о нашем разводе, о его самоуверенности, о том, как он меня раздражает. Но потом реальность возвращается.

Я начинаю тарабанить по его сильным плечам кулаками:

— Саша! Отпусти! Немедленно!

Он наконец отстраняется, но на его лице расплывается довольная улыбка.

— Что ты лыбишься? — возмущаюсь я, пытаясь отдышаться.

— Просто хотел проверить… — говорит он с усмешкой.

— Проверить что?!

— Ну… как ты целуешься без чистки зубов после вчерашних коктейлей. Знаешь, не так уж и плохо!

Я не верю своим ушам. Этот человек только что украл у меня поцелуй и теперь ещё шутит об этом?

— Убирайся! — кричу я, толкая его к двери.

Саша смеётся.

— Всё-всё, ухожу! Но ты не злись так… И да, Лида… — он останавливается на пороге и бросает мне последний взгляд. — Ты ещё прекраснее, когда злишься.

С этими словами он уходит, оставляя меня стоять в дверях с горящими щеками и бурей эмоций внутри.

Глава 7. "Мне хреново без тебя"

— Что, серьёзно, на твоём диване спал?

— Угу, всю ночь протирал на нём дырки, — жалуюсь подруге по телефону.

— Ну ты даёшь, — удивляется Алиса. — Мы вроде одинаково с тобой пили, но я огурчиком, а ты…

— А я обычно вообще не пью. Забыла?

— Ну да. Похоже, поэтому тебя развезло.

Зажав телефон между ухом и плечом, чтобы удобнее было разговаривать и работать, я подхожу к полке с сиропами. Боковым зрением смотрю на окна и ловлю приближающегося к кофейне мужчину.

— Я тебе потом перезвоню, — говорю я.

— Клиенты?

— Если бы. Самойлов лёгок на помине.

— У-ф-ф… ну удачи тогда.

— Что тут уф-ф-ф? Я тут р-р-рычу от злости.

Подруга громко смеётся, однако первой завершает вызов.

Вот же чёрт…

Колокольчик на двери оживает короткой трелью. Дзинь.

Я по привычке поднимаю голову, натягиваю широкую улыбку. И жду, когда сто девяносто два сантиметра с девяносто килограммами чистого тестостерона приблизятся к стойке.

— И снова здравствуйте, — улыбаюсь с такой силой, что сводит челюсть.

— Привет, — Саша садится на барный стул. Руку, согнутую в локте, кладёт на стол и пальцами тарабанит по столешнице, выстукивая только ему понятную мелодию.

— Как всегда капучино?

— Нет. Давай двойной эспрессо.

— М-м-м… изменяешь своим вкусам?! — игривым тоном общаюсь с Самойловым. Вот даже не знаю, как это контролировать. Стоит только бывшему нарисоваться в непосредственной близости, как я превращаюсь в непонятно кого…

— Нет, просто хочется чего-то покрепче, — киваю ему в ответ, мол, ясно.

Устраиваюсь за кофемашиной. К Саше стою вполоборота.

А он глаз с меня не сводит, я чувствую, как между лопаток жжёт его пристальный взгляд.

— Ты что, меня гипнотизируешь? — спрашиваю, не оборачиваясь.

— А ты поддаёшься? — отвечает он с такой наглостью, что я едва не роняю чашку.

Глубоко вздыхаю. Спокойствие, Лида. Ты взрослая женщина, ты можешь справиться с этим… этим Самойловым.

— Нет, не поддаюсь. Но если продолжишь так смотреть, я начну подозревать, что ты забыл, зачем пришёл.

— Я пришёл за кофе. Но ты знаешь… смотреть на тебя — это бонус.

— Ну давай уже пей свой кофе и иди спасать мир.

— А если я хочу спасти тебя?

Резко оборачиваюсь. Смотрю на него с таким выражением лица, будто он только что предложил мне выучить китайский за вечер.

— Меня? От кого?

— От тебя самой.

— Да что ж вам всем неймётся спасать меня от самой себя! — возмущаюсь я, вспоминая вчерашний вечер. — Я вообще-то прекрасно справляюсь!

— Конечно-конечно… Особенно когда танцуешь так, что половина клуба падает в обморок.

Я ставлю перед ним чашку с эспрессо так резко, что кофе чуть не выплёскивается наружу.

— Пей и проваливай, Самойлов.

Но он, конечно же, не уходит. Он делает глоток кофе, смотрит на меня своими этими глазами — ну знаете, такими глубокими, что в них можно утонуть, — и говорит:

— Лидка, ты знаешь, я тут подумал…

— Ой-ой-ой! Ты подумал? Это опасно!

— Очень смешно. Слушай, а может, нам стоит попробовать ещё раз?

Зависаю на несколько секунд. Потом медленно кладу ложку на стойку и смотрю на него так, будто он только что предложил мне прыгнуть с парашютом без парашюта.

Поделиться с друзьями: