Чтение онлайн

– Это была ты?
– Чуть ли не возмущенно воскликнул правитель.

– Да, я. А что вас так сильно это удивляет и возмущает?

– Женщина, в армии, да еще и одна среди мужчин. Это возмутительно.

– Ничуть не возмутительнее, чем женщина предатель, пытающаяся устроить государственный переворот, и чуть не убившая своего мужа и правителя государства.
– Ответила я ему спокойным голосом.

– Это разные вещи. И это не сравнимо.

– А я не вижу в этом никакой разницы. И в первом, и во втором случае, женщина берет на себя право командовать, принимать решения, быть самостоятельной и самодостаточной. Разница только в мотивах. В первом случае, отряд создан по предотвращению террористических актов, военных провокаций, преступных действий врага, освобождению заложников. Во втором случае преследовались личные цели с полным наплевательским отношением к жертвам, попавшим под руку.

– Все равно женщине не место в армии.

– В моем мире женщина имеет равные права с мужчинами, и в армии у нас достаточно женщин, которые занимают очень высокие посты. Это удивительно для вас. Для нашего мира это норма.

– Каково твое происхождение?

– В моем мире, в некоторых странах еще сохранились титулы, но они имеют чисто декоративный вид. А правят у нас не чины и власть, а деньги. У кого много денег, тот и властвует. Я сама из семьи потомственных военных. Мой дед по отцу военный, мой отец военный, мама медик, военный врач. И я сама закончила военную академию. Последние десять лет я служила во внутренних спец. войсках, в этом отряде, что вы видели.

– Странная судьба. Сколько тебе лет? Ты там была замужем? Семья? Дети?

– Мои родители погибли десять лет назад. Своей семьи, мужа, детей у меня не было. Возраст? Наш человеческий век очень скоротечен. Средняя продолжительность жизни у нас примерно семьдесят лет.

– Так мало?
– Воскликнул правитель.

– Да, вы правы. Очень мало.
– Ухмыльнулась я.
– Так вот, на тот момент, мне было тридцать восемь лет. В моем возрасте многие женщины у нас имеют не только взрослых детей, но некоторые успевают и первыми внуками обзавестись.

– Что ты еще можешь о себе рассказать?

– Да, особо и нечего. Вся моя жизнь проходила в армии, последние годы в этом отряде. По сути, он стал для меня семьей. Что еще? Ну, насколько я могла понять характер ваше дочери, могу сказать, что я ее полная противоположность.

– И в чем это выражается?

– Я сама никого не унижаю, но и если при мне кто-то кого-то унижает, могу за это и в морду дать. За что, частенько, сидела в карцере за мордобой.
– Ухмыльнулась я.

– Даже так?
– Удивился Нэль.

– Даже так. Терпеть не могла мужчин, которые к женщине относятся неуважительно. Могла с ними поступить так же. За что меня многие мужчины недолюбливали. Терпеть не могу лесть, подхалимство, предпочитая разговор на равных. Не люблю женщин, легко прыгающих к мужчинам в постель. Такие себя не ценят, а значит и других легко предадут и продадут.

– Дааа, девочка, - протянул отец.
– Трудно тебе будет в нашем мире.

– Трудно. Но я справлюсь.
– Проговорила я уверенно.
– Главное, найти свое место в этой жизни. Мой мир гораздо жестче вашего. Там же я справлялась. И здесь со всем справлюсь.

– Трудность будет еще и в том, что ты моя дочь.

– Я понимаю, что вам вся эта ситуация неприятна. Но я в ней не виновата, и уж тем более, ничего поменять не смогу.
– Я немного насупилась.

– Я не это имею ввиду. Синтия оставила по себе дурную память. Хоть она и моя дочь, но я смотрю фактам в лицо. Тебе трудно придется жить с ее репутацией.
– И я впервые увидела в глазах правителя жалость. Жалость ко мне.
– Ладно. На сегодня все. Иди, отдыхай.
– А потом обратился к Нэлю.
– Проводи Синтию в ее покои и возвращайся. Нам многое надо обсудить.

– Да, отец.
– Нэль проводил меня до моих покоев, сказал мне, - стража стоит, что бы охранять тебя. Ты не пленница, и можешь выходить, когда и куда захочешь. Но мой совет, повремени пока с прогулками. Я скоро вернусь и вместе пообедаем, если ты не против.

– Я не против.
– И Нэль, развернувшись, ушел к отцу.

Он отсутствовал достаточно долго. Мне надоело слоняться по комнатам и я вышла на балкон. Я не знаю, как у них здесь обстоят дела с временами года, но по ощущениям стояла весна. На деревьях ярко зеленела молодая листва, цветов было уже много. Воздух был какой-то звенящий, напоенный ароматами зелени, цветов, и еще был какой-то знакомый аромат, никак не могу вспомнить его. Я устроилась поудобнее в кресло, прикрылась легким пледом и расслабилась, растворяясь во всей этой красоте.

Спала я не много, но мне опять снились сны. За драконов я уже молчу, они стали меня почти постоянно преследовать в моих снах. Но сейчас мне приснилось, что я, именно я, лежу в больнице в коме. Но если я в коме, тогда где Синтия? Неужели она покинула мое тело, перенеслась в очередную свою жертву? Или это видение из будущего? Тогда возникает закономерный вопрос, а до чего она довела мое тело, что оно впало в кому. Встречу эту заразу, убью нафик. Зло подумала я, и тут же резко очнулась. А напротив меня, в кресле сидел Нэль, и наблюдал за мной.

– Что-то плохое приснилось?
– Спросил он с тревогой.

– С чего ты взял?

– У тебя лицо немного испуганное, и немного злое.

– Есть немного, но это не важно. Это, всего лишь реакция организма на стрессовые ситуации.
– Я немного помолчала.
– И о чем вы там совещались, если это, конечно, не секрет? Решали насчет меня?

– И это, в том числе. Сама понимаешь, ситуация не простая. Синтия столько людей настроила против себя. И не только здесь, или в драконьей империи. И это при том, что она сама относится к верхушке власти. А значит, на виду была у всех правителей, и власть имущих. И для нас, высших, десять лет ее отсутствия здесь, это слишком маленький срок, что бы ее забыть. Вот и приходится думать, что сделать, что бы ты могла свободно и без последствий везде ходить. Не будешь же ты всю оставшуюся жизнь из-за этого сидеть взаперти.

– Не буду, конечно. А не проще будет для вас куда нибудь меня отправить подальше от проблем. Ведь, кто я вам такая, что вы будете устраивать мою жизнь здесь?

– Не проще. Я уже сказал тебе, что ты слишком известное лицо, и при том, на самых верхах власти. Тебя не просто будет спрятать. Слишком многим известно твое лицо. Слишком многим.

– Вы боитесь, что я каким то образом смогу навредить вашей репутации?

– И это тоже. Ведь ты в нашем мире, как несмышленый ребенок. Ты же здесь ничего не знаешь, ни правил поведения, ни манер, как себя вести, ни взаимоотношений между расами. И это может для тебя самой обернуться опасностью.

– И что же мне теперь делать?

– Честно? Пока не знаю. Но мы что нибудь придумаем. Ты есть хочешь?

– Есть?
– Я прислушалась к себе.
– Да, можно было бы уже и пообедать.

Нэль ушел, вернулся минут через десять с двумя служанками с подносами. Пообедать мы решили тут-же на веранде. Было тепло, дул теплый ветерок, и находиться здесь было приятно. Я покушать любила, хоть и не любила готовить, хотя готовить я умела. Просто, когда не стало родителей, готовить на себя одну стало просто лень. На службе питались в своей столовой, там готовили вкусно, и довольно разнообразно. А дома готовить не хотелось. Ела я все подряд, и мясо, и рыбу, и овощи с крупами. Так что, прокормить меня было не сложно, да и не капризная я в еде. Когда меня спрашивали, какое блюдо мне больше всего нравится, я отвечала, любое, лиж бы самой не готовить.