Чтение онлайн

Интервью длилось около получаса. За это время я успела успокоиться и уже отвечала на вопросы Вуди без волнения. Теперь фанаты Сирены знали немного больше обо мне. Об Изабель Уилсон. Она американка. Ей двадцать пять. Любовь к пению привила бабушка. Я не стала говорить, где училась. Это могло стать зацепкой для того, чтобы поднять архивы Принстонского университета и начать охоту за двадцатипятилетними выпускницами. Также умолчала о том, в каком городе живу и работаю. Эта информация слишком личная для той, кто не хочет, чтобы ее разоблачили.

В конце беседы я исполнила одну из своих самых любимых песен. Она была посвящена Оливеру. После релиза она зацепила многих слушателей. Все, видимо, посчитали, что это история о двух влюбленных, когда я пела о расставании с братом. Я не стала ничего опровергать. Каждый человек думает так, как ему хочется. Это не плохо. Главное, что я знала и помнила того, о ком пела.

Как только я положила трубку, раздался звонок в дверь. На пороге стоял консьерж с огромной корзиной цветов.

– Это для вас, мисс Уилсон.

– От кого? – удивилась я.

– Цветы привез курьер.

– Ладно. Спасибо.

Я пожала плечами, забрала корзину из рук парня и закрыла дверь. Меж благоухающих цветов лежала открытка. Я открыла ее и сразу же расплылась в улыбке.

«Я не мог заснуть, вспоминая наше свидание. Прости, если расстроил тебя или повел себе бестактно. Эти цветы будет выбросить не так уж и просто, учитывая их размер. Прошу, не заставляй бедного консьержа нести их на помойку…»

– Не буду, – прошептала я, продолжив читать.

«Мне было хорошо с тобой. Если ты не готова к отношениям, я не откажусь от дружбы. Преследовать не буду, обещаю. Поэтому оставлю свой номер. Если появится желание, просто позвони или напиши».

На обратной стороне открытки был написан номер. Я взяла телефон и сразу написала ответ.

Через пару секунд телефон просигналил о входящем сообщении.

Сколько угодно.

Я отложила телефон и, уставившись на букет, почувствовала, как внутри разлилось тепло. Боже, я радовалась как школьница, которой впервые уделил внимание тот самый красавчик из параллельного класса. Это понимание со стороны Итана стало для меня неожиданностью.

С Эндрю я такого не испытывала.

Теперь мне было трудно понять даже саму себя. Могла ли я позволить себе открыть сердце и впустить в него нового человека? Раньше у меня не было таких переживаний. Роман с Эндрю развивался стремительно, не давая возможности подумать о своих чувствах. Мы просто плыли по течению и создавали идеальную картинку, за которой не было и намека на настоящую любовь.

Единственный человек, с которым я могла обсудить свои переживания, была Молли. Она всегда поддерживала меня и давала дельные советы. Но сейчас она сама нуждалась в моей помощи. Я обязана была быть рядом с подругой.

Нервничая, я набрала ее номер, на ходу придумывая оправдание тому, что не поехала к родителям. Они жили далеко, так что мне пришлось бы добираться до них весь день. Но я хотела побыть с Молли. Поэтому не придумала ничего лучше, чем сказать, что приболела и отменила поездку.

Молли не стала выяснять причину моего плохого самочувствия. У нее был грустный голос, и я моментально ощутила вину за свою ложь. Пока весь мир слушал мое интервью, она в одиночку боролась за жизнь мамы.

Положив трубку, я быстро собралась, еще раз полюбовалась цветами и поехала к Молли.

Она уже ждала меня возле высотного дома, устроившись на лавочке. Вид у подруги был подавленный, отчего мне сразу стало тяжело дышать.

– Детка, ты как? – спросила я, присаживаясь рядом.

– Слушала сегодняшнее интервью с Сиреной?

Странно, что подруга спросила именно об этом. Может, она о чем-то догадывалась? Или к ней вернулась память о нашем походе в клуб?

– Да, – просто ответила я.

– Весь свой заработок она отправляет на благотворительность. Это так необычно. Я еще сильнее полюбила ее. В больнице, где обследуется моя мама, так много людей, которым нужна финансовая поддержка. Рак очень страшен. На лечение уходит такое количество денег… Сирена может гордиться тем, что помогает людям бороться с болезнями.

Пока Молли говорила, я боялась пошевелиться. Совесть съедала меня изнутри. Она должна знать правду. Но признаться не было сил. Это могло разрушить нашу дружбу. Я не хотела терять Молли, она моя единственная настоящая подруга.

Уже в квартире я расположилась на мягком диване, а Молли принесла из кухни бутылку белого полусухого.

– Мне это сейчас нужно, – сказала подруга, увидев, как я подняла бровь.

Разлив вино по бокалам, она села на диван и вздохнула.

– Они скрывали от меня ее болезнь полгода. Гребаные шесть месяцев. Я заметила, что мама стала не такой активной, как раньше, но думала, что все это из-за работы. Парик скрывал следы химиотерапии, поэтому у меня не возникало никаких подозрений. Но неделю назад папа позвонил и сказал, что они в больнице.

Молли всхлипнула. Я придвинулась к ней ближе и обняла. Подруга зарылась носом в мои волосы и разрыдалась.

– Она умирает, Изи. Как я буду жить без нее?

– Что говорят врачи? – поглаживая ее спину, спросила я.

– Химия помогает. Раковые клетки начали отмирать, но гарантии, что организм справится, нет. У нее начались проблемы с сердцем. Оно просто может не выдержать процедур. Я отдала им все деньги, которые накопила. Лекарства дорогие, но средств пока хватает.

– У меня тоже есть накопления. Я сниму все со счетов и дам тебе. Даже не возражай. Ты не должна быть одна в такой ситуации.

– Спасибо тебе, Изи.

Решение помочь Молли я приняла мгновенно. Она никогда бы не попросила сама. А это самое малое, что я могла ей дать.

Когда Молли успокоилась, мы включили музыку и перешли на другие темы. Нам обеим было что рассказать.

– Что у тебя с Риком?

– Пока не могу понять. Он милый и внимательный. Вчера не отходил от меня ни на шаг. Даже остался на ночь. Но все это так странно. Все это слишком… быстро.

– Как я тебя понимаю. – Я скрыла улыбку за бокалом вина.

– Почему ты не хочешь общаться с Итаном?

– Я запуталась, Молли. Все это так странно, – усмехнувшись, повторила я слова подруги. – Итан не похож на тех, с кем я встречалась. Он особенный. Мне спокойно с ним. За то время, что мы провели вместе, я ни разу не вспомнила Эндрю. Хотя расстались мы буквально два дня назад. Сегодня Итан прислал мне корзину цветов, а ведь я отшила его.

– Тогда в чем проблема? Да у тебя на лице написано, что ты втрескалась по самые уши, – засмеялась Молли.