Чтение онлайн

Борьба продолжается

Три дня спустя после заговора 20 июля 1944 года Вальтер Ульбрихт писал в газете "Фрейес Дейчланд", органе Национального комитета "Свободная Германия", что в данный момент требуется "всеми средствами воспрепятствовать Гитлеру продолжать войну на немецкой земле и не дать ему превратить Германию в руины". "Необходимо любой ценой помешать маньяку Гитлеру в его стремлении разрушить те последние основы, на которых еще может быть возрождена Германия".

Статья кончалась призывом: "Гитлер - враг нации! Повернем оружие против Гитлера!"{142}

Хотя немецкие коммунисты в самой Германии, а также в Советском Союзе и в других странах, где они находились в эмиграции, делали все возможное, чтобы предотвратить превращение Германии в театр военных действий, добиться этого все же не удалось. В рядах вермахта и среди офицерства не оказалось достаточного количества людей, готовых поднять восстание против Гитлера и покончить с войной. К пониманию этой необходимости они обычно приходили только тогда, когда попадали в плен.

Победоносное наступление Советской Армии развивалось с неудержимой силой. В октябре 1944 года Советская страна была освобождена и советские войска вышли к границам Восточной Пруссии. 12 января 1945 года Советская Армия перешла в решающее наступление на всем огромном фронте от Балтийского моря до Карпат, под ударами которого фронт гитлеровских армий буквально развалился. В этот период гитлеровская партия и послушные Гитлеру генералы вермахта совершили тягчайшие преступления против немецкого народа. Они стремились удержать Восточный фронт любой ценой - ценой гибели и разорения миллионов мужчин, женщин и детей, уничтожения всех основ промышленности и сельского хозяйства, разрушения путей сообщения и уничтожения продовольственных запасов. Спекулируя на противоречиях в лагере антигитлеровской коалиции, они рассчитывали даже отбросить Советскую Армию и добиться заключения сепаратного перемирия с западными державами. В этом стремлении Гитлер, Геббельс, Геринг и Гиммлер проявляли полное единодушие с генералитетом вермахта. В этот период эсэсовский генерал Карл Вольф, в течение многих лет являвшийся начальником личного штаба и ближайшим сотрудником Гиммлера, возглавлявший в Италии эсэсовские войска и полицию, в полном согласии с фельдмаршалом Кессельрингом, а затем со сменившим его на посту командующего немецкими войсками в Италии генерал-полковником Фитингофф-Шеелем установил связь с шефом американской разведывательной службы Алленом Даллесом, находившимся в Швейцарии. В ходе этих переговоров 19 марта 1945 года в Асконе на вилле промышленного магната Стиннеса состоялась встреча доверенного лица Гиммлера Вольфа с Алленом Даллесом, в которой приняли участие эксперт Даллеса по германским вопросам Геро фон Шульце-Геверниц, а также два генерала союзников - американский генерал Л. Лаймен-Лемницер и английский генерал Фиренс С. Эйри. Эти господа договорились в общих чертах об условиях сепаратной капитуляции. Их план сводился к тому, чтобы отвести немецкие войска из Италии, а по возможности и со всего Западного фронта, которым к тому времени командовал Кессельринг, и направить их для продолжения войны на Восточный фронт. К счастью для немецкого народа, этот сговор главы американской разведывательной службы с эсэсовскими палачами, направленный на продолжение войны, был сорван благодаря бдительности советского правительства.

В Западной Германии одним из "известных современных" историков немецкого милитаризма считается некий Вальтер Гёрлиц, в "трудах" которого курьезно переплетаются геббельсовские небылицы и попытки любой ценой реабилитировать германский генералитет, использующий при этом заведомо фальсификаторские утверждения американских поджигателей войны. Гёрлиц, описывая в своем двухтомном "произведении" вторую мировую войну, вынужден был сделать ряд признаний о последнем этапе гитлеровской войны: "Было решено все области, занимаемые немецкими войсками, превратить теперь в зону пустыни; должны быть разрушены все промышленные предприятия, продовольственные склады, мосты, железные и автомобильные дороги, плотины, здания телеграфа, радиостанции и рудники... Начальник Главного штаба вооруженных сил фельдмаршал Кейтель и начальник партийной канцелярии рейхслейтер Борман совместно издали строжайший приказ, согласно которому каждый город следовало защищать до последнего солдата. Командиры, не выполнявшие этого приказа, предавались военно-полевому суду. Специальные команды, ликвидировавшие мирных жителей, которые пытались заблаговременно вывесить белый флаг при приближении противника, сеяли смерть и разрушения... солдат, дезертировавших из своих частей, вешали на придорожных столбах. Смерть косила людей повсюду..."{143}

Главный штаб гитлеровского вермахта, похвалявшийся некогда тем, что в Советском Союзе немцы оставляли за собой лишь мертвую зону, ныне превращал всю Германию в такую же зону смерти. Нацистские учреждения и специальные эсэсовские отряды приступили к насильственной эвакуации миллионов людей. В жестокие морозы, под вой снежных буранов сотни тысяч больных и стариков, женщин и детей совершали свой последний, страшный путь к смерти. По приказу нацистов сжигались села, угоняли скот. Дороги немецкого отступления были усеяны трупами тысяч голов крупного рогатого скота, лошадей, свиней, овец и коз, бессмысленно уничтоженных гитлеровцами на своем пути.

В то время как бесноватый Гитлер свирепствовал на востоке Германии, на промышленные города на западе страны сыпался град бомб. Массированные воздушные налеты американской и английской авиации превращали целые кварталы в дымящиеся развалины. В пламени под бомбами гибли сотни тысяч мужчин, женщин и детей. Только один Берлин в течение 80 дней 84 раза подвергался массированным воздушным налетам американской и английской авиации. Старинный центр немецкой культуры Дрезден, а также множество других городов стали жертвами английских и американских бомб и зажигательных снарядов.

Таким образом к началу 1945 года речь шла, в полном смысле слова, о спасении немецкого народа и основ его дальнейшего существования. 25 января 1945 года в речи по радио, которая транслировалась по радиостанции Национального комитета "Свободная Германия", товарищ Вальтер Ульбрихт так охарактеризовал сложившуюся обстановку: "В данный момент боевые задачи, стоящие перед противниками Гитлера на фронте и в тылу, слились воедино. Антифашисты и противники Гитлера на фронте могут помешать нацистским главарям превратить наши родные города в поля сражений, если они группами или целыми войсковыми соединениями станут отходить с фронта в родные города и будут помогать народу силой оружия освобождать свои города и деревни от господства нацистов. Немецкие солдаты и офицеры должны встать на сторону народа, который хочет немедленного прекращения войны. Народ стремится сбросить иго нацизма...

Каждый противник Гитлера должен любыми средствами добыть оружие. Антифашисты, создавайте вооруженные отряды! Объединяйтесь с насильственно угнанными иностранными рабочими и военнопленными! Создавайте подлинный фольксштурм, подлинно народное ополчение, которое с оружием в руках проложит себе путь к освобождению наших городов и сел от нацистских бонз. Создавайте и возглавляйте народные комитеты, которые возьмут в свои руки судьбы наших городов. Для каждого немца, любящего свою родину, существует сегодня только один лозунг: "Весь огонь своего оружия - против Гитлера! Смерть нацистским бонзам! Всенародная борьба за новую, демократическую Германию!"{144}

Если и раньше немецкие антифашисты и военнопленные немецкие солдаты и офицеры переходили через линию фронта с целью организации в самой Германии борьбы против террора эсэсовцев и полевой жандармерии, то теперь борьба немецких борцов сопротивления против нацистского террора и продолжения войны более чем когда-либо соответствовала требованиям национального долга. Наряду с испытанными антифашистами этот долг осознали многие немецкие солдаты и офицеры. Часть отрядов немецких борцов сопротивления действовала за линией фронта, вела агитацию среди солдат вермахта, разъясняя им, что каждый день продолжающейся войны подрывает основы существования немецкого народа. Кроме того, бойцы этих отрядов передавали командирам отдельных воинских частей послания, подписанные генералами и офицерами, членами Национального комитета "Свободная Германия", которые призывали своих бывших сослуживцев проникнуться чувством ответственности и не жертвовать более жизнью своих солдат ради того, чтобы продлить жизнь гитлеровцев, ведущих нацию к гибели. Главная задача антифашистских отрядов сопротивления за линией фронта заключалась в том, чтобы уничтожать нацистские штабы и руководящие учреждения, занимать путем внезапных налетов города и села, препятствуя тем самым продолжению бессмысленной борьбы, в ходе которой они подверглись бы неминуемому разрушению. Эти группы, состоявшие из немецких антифашистов и солдат, часто действовали в тылу, далеко от линий фронта, если вообще в эти недели и месяцы развала гитлеровской военной машины можно было еще говорить об определенной линии фронта. Палач Гиммлер вынужден был признать эффективность этих отрядов. 17 февраля 1945 года он издал специальное постановление, которое, "согласно приказу фельдмаршала Кейтеля", "надлежало немедленно довести до сведения личного состава всех частей Восточного фронта". В этом постановлении Гиммлера приводился следующий случай: "Незадолго до приближения большевиков к Вартегау во двор одного крестьянина, жившего в этой местности, неожиданно въехал автомобиль. Вышедший на зов хозяин, увидел в автомобиле человека в немецкой офицерской шинели... Приезжий оказался его братом, который в середине прошлого года попал под Витебском в плен к русским. Он рассказал ему, что из части немецких военнопленных созданы особые роты".

Разумеется, Гиммлер понимал, чем грозят ему и его эсэсовским палачам такие антифашистские отряды. В тот момент Гиммлер занимал пост командующего армейской группой "Вейхсель" ("Висла"). В качестве такового он отдал приказ своим войскам: "Каждая воинская часть должна быть готова к столкновению с подобными ротами, которые в случае их появления подлежат немедленному уничтожению..."

Приведенный приказ был полон обычной нацистской лжи, с помощью которой Гиммлер стремился запугать немецких солдат и вынудить их продолжать сопротивление. Однако в то же время этот приказ является бесспорным доказательством того, что действия немецких партизан, связанные, конечно, с известными жертвами, были весьма небезуспешны. Эти люди, вместе с советскими войсками сражавшиеся против Гитлера с оружием в руках, помогали скорее закончить войну и тем самым спасли жизнь огромному числу немцев - мужчин, женщин и детей - и предотвратили уничтожение больших материальных ценностей.

В эти дни сторицей оправдало себя то, что руководство КПГ нелегально посылало в страну испытанных товарищей в качестве своих уполномоченных, не считаясь с опасностью, с которой была связана работа этих людей, и понесенными ими жертвами. Одним из таких уполномоченных, которым удалось успешно выполнить задание, был товарищ Винцент Поромбка. Весной 1943 года он был сброшен с парашютом над Восточной Пруссией. Преодолев многочисленные препятствия, Поромбка прибыл в Верхнюю Силезию, где он когда-то работал. Несмотря на преследования и террор, в крупнейших городах, промышленных поселках, на предприятиях и шахтах Верхней Силезии оставались еще сравнительно сильные подпольные группы КПГ. Под руководством товарища Романа Лигендца этим группам удавалось поддерживать некоторую связь друг с другом. Они всячески препятствовали жесточайшему угнетению польского населения Силезии нацистами и стремились объединить здесь всех противников Гитлера. Велась также систематическая разъяснительная работа среди солдат расположенных в Силезии немецких частей, а также среди солдат-отпускников. [23f]