Чтение онлайн

Приготовив свое блюдо, пары закрывали его крышкой и отправлялись в помещение, переделанное под гостиную. Здесь было прохладнее, чему Кейт была очень рада. Вдоль всей длины зала тянулись два деревянных стола, с лавками по обе стороны. Вспышки телефонных камер работали непрерывно, пополняя, как предполагала Кейт, обязательными фотографиями ужинов «Инстаграмы» своих владельцев.

Кейт и Майкл – ей все больше нравилось звучание их имен – сели друг напротив друга и приступили к ужину. По мере того как они лучше узнавали друг друга, их разговор переходил ко все более серьезным темам.

Их семьи были совершенно разными по социальному положению, не совпадали и политические взгляды. Майкл не скрывал, что у него были «проблемы с отцом» из-за постоянного контроля с его стороны, а Кейт доверила ему историю о похождениях своей матери с агентом по недвижимости даже раньше.

– Я хочу сказать, никому не хочется признавать, что твоя мать – легкомысленная особа. Но, к сожалению, моя мама такая и есть, – подытожила она.

Майкл рассмеялся.

– Я правда думаю, что мама была бы намного счастливее, если бы у нее был свой бизнес. Это лучше, чем страдать в бедности.

– Почему люди живут вместе, если они несчастны? – спросила Кейт. – В этом же никакого смысла.

– Чтобы сохранять общественный статус? – предположил Майкл.

– В сороковых, может быть, так и было. Но не сейчас.

– В некоторых кругах развод до сих пор воспринимается как скандал, – произнес Майкл настолько серьезно, что у Кейт мелькнула мысль поискать, что пишут о его семье в глянцевых журналах про светскую жизнь.

– Главный вопрос кроется в том, – сказала она, разливая им воду из графина, – служат ли недостатки наших родителей причиной того, что в двадцать лет мы все еще одиноки? – Она улыбнулась. Ей показалось довольно забавным это предположение.

Но Майкл оставался серьезен. Он взглянул на свою тарелку и осторожно положил на нее свои приборы. Прядь светлых волос упала ему на глаза, но Кейт успела заметить, как он закусил губу, сдерживая слезы. Девушка растерялась. В процессе разговора она забыла о шуме вокруг, и теперь он внезапно прорвал ватное одеяло их общения, заполнив пространство смехом, возгласами и рассказами о своих и чужих прошлых свиданиях, исходящими от других столиков, и неловкое молчание между ней и Майклом на этом фоне проступило еще явственнее.

Не желая показаться грубой, Кейт неохотно положила свою вилку, хотя ее тарелка еще была полна, а карри получился восхитительным.

– Прости, – сказала она, – я не хотела тебя расстроить. Просто пыталась пошутить.

Майкл шмыгнул носом, и Кейт протянула ему салфетку. Он вытер глаза.

– Это не твоя вина, – ответил он, – просто… – Новый всхлип. – Именно поэтому я не женат. Я встречался с Маргарет сначала назло отцу. Она была воплощением всего того, что он не одобрял. Но потом я влюбился. По-настоящему. А потом однажды, когда мы ужинали вместе, я неосторожно рассказал ей, почему первый раз пригласил ее на свидание. И… и…

Майклу требовалось время, чтобы продолжить.

– Она ушла от меня, – закончил он шепотом.

Он смотрел мимо Кейт, словно ее взгляд заставлял его терять самообладание. Ресницы его блестели в свете гирлянд. Крупная слеза вновь покатилась по щеке, смывая на своем пути все воздушные замки, которыми Кейт тешила себя в начале второго свидания.

Пара рядом с ними обратила внимание на их неловкое молчание и таращилась в упор. Еще одна пара, сидевшая несколько дальше, также заметила растерянность Кейт, но им хватило такта попытаться скрыть свое любопытство. Каким-то образом их молчание привлекало больше внимания, чем взрывы фальшивого смеха, раздававшегося в зале. Майкл высморкался сначала в свою салфетку, а затем в салфетку Кейт. Женщина напротив сочувственно передала ей новую пачку. Кейт с улыбкой поблагодарила ее. Достав одну из пачки, она передала ее Майклу. Она видела, как дрожат его руки, и удивилась глубине страдания. «Как давно он сражается со своим отчаянием? И почему именно мне довелось прорвать эту плотину?»

– С-спасибо, – пробормотал Майкл, – извини.

– Что ты. Не за что извиняться, – успокаивала его Кейт.

Люди вокруг стали незаметно отсаживаться подальше, образуя вокруг них ощутимый вакуум. Кейт надеялась, что они не подумали, будто именно она является причиной его рыданий; такая репутация на будущих свиданиях не сулила ничего хорошего. Мысленно она взвешивала, прилично ли съесть немного риса, пока он успокаивается, и пришла к выводу, что, наверное, прилично. Это блюдо ей дорого обошлось, она сама готовила его, но почти не съела. В животе заурчало. Она осторожно потянулась к своей ложке. «Всего одну ложечку, – решила она, но из горла Майкла вырвались сдавленные рыдания, и она опустила руку. – Так близко и так далеко». Вскоре обеденные тарелки сменились десертными блюдцами, и запах сладкого ликера, которым был полит липкий рождественский пудинг, маняще щекотал ей ноздри. Да что ж это за пытка? Они молчали уже десять минут. Губы Майкла мерно вздрагивали, и очередная слеза упала на чайную ложку.

«Ну, ладно, – подумала Кейт, – сочувствие – это прекрасно, но оно ни к чему не ведет. И уж, конечно, не приближает меня к пудингу. Пришло время действовать».

Кейт протянула руку, коснувшись ладони Майкла так, чтобы не волновать его. Молодой человек взглянул на нее и всхлипнул.

– Может, еще не поздно? Возможно, есть способ помириться, – предположила она.

– Как? – воскликнул Майкл надтреснутым высоким голосом и прочистил горло. – Объясни мне, как?

Его плечи начали дрожать, он опустил голову на руки, и сдавленные рыдания сотрясли его, передавая через стол вибрации, от которых по поверхности напитков в бокалах окружающих расходились круги.

Люди начали осторожно отсаживаться с их стола; пожимая плечами и ставя свои пудинги обратно, они бросали на Кейт вперемешку сочувствующие и подозрительные взгляды. Майкл, казалось, не ощущал неловкое положение, которое создавал своими рыданиями.

Официантка пыталась забрать нетронутое блюдо с пудингом, но Кейт придерживала его пальцами. Девушка дернула сильнее, но Кейт крепче сжала край тарелки. Официантка колебалась, словно обдумывала, стоит ли бороться с клиентом за рождественский пудинг. Решив, что не стоит, она насмешливо фыркнула в сторону Кейт, забирая тарелку Майкла. Тот даже не заметил этого. Пока его голова все еще лежала на руках, Кейт быстро и бесшумно закинула в рот ложку пудинга, почти не жуя, поскольку не знала, сколько у нее есть времени.

В конце концов он перестал плакать, но всхлипы и внезапная икота сотрясали его, как подземные толчки. Команда “Lightning Strikes” расчищала столы вокруг них. Глаза Майкла покраснели и налились кровью. Он использовал уже целый ворох салфеток.

Кейт не хотела снова растравлять его раны, но в равной мере было бы оскорбительно и неискренне просто проигнорировать его излияния, сменив тему. И кроме того, она решила, что можно попытаться извлечь хоть что-то позитивное из оставшегося вечера, даже если для этого нужно посоветовать ему встретиться с бывшей после расставания.

– А ты пытался звонить ей, чтобы извиниться? – спросила она.

– А смысл? – Губы Майкла дрогнули.

– Но ты пытался?

– Она сказала, что больше никогда не хочет меня видеть, – всхлипнул Майкл.

– То есть ты этого не сделал, – решила Кейт.

– Я не собираюсь клянчить! – раздраженно бросил Майкл.

«О, привет, гордость. Как обычно, ты стоишь на пути самых обычных извинений».

– Никто и не говорит о том, чтобы клянчить. Но извиниться определенно стоит, – возразила Кейт.